Бесконечное пламя - Ребекка Росс

Теперь Лес звал и самого Джека.

Он написал Адайре записку и оставил ее на столе.

«Любимая!

Я ушел играть духам. Лучше мне сделать это одному, хоть я и желал бы, чтобы ты была рядом. Прости меня, но я не хотел тебя будить. Надеюсь скоро вернуться.

Вечно твой

Джек».

Во рту он ощущал легкий привкус пепла. Джек в последний раз взглянул на Адайру, а потом выскользнул из комнаты.

40

Проснувшись, Адайра услышала причитание ветра и почувствовала, как холодно в постели. Она поежилась, щурясь от сумрачного света. Поняла, что даже не представляет, который час, и села.

– Джек?

Адайра огляделась в темноте. Она заметила, что постель рядом с ней примята, и провела рукой там, где лежал Джек. Простыни были холодны – он ушел давно. Девушка соскользнула с кровати, поморщившись, когда ноги коснулись ледяного пола.

Его сапоги пропали, так же как тартановая накидка и арфа. Тут Адайра обнаружила его записку на столе и дважды прочла ее, прежде чем смять в кулаке.

Девушка бросилась в гардероб и спешно надела все самое теплое, что только смогла найти. Но не могла отделаться от дрожи в руках и нараставшей тревоги, от которой перехватывало дыхание.

«Почему он меня не разбудил?»

Адайра поняла, что без огня остался весь замок, только когда пришла в чертог. Здесь было битком народу, и казалось, будто время застыло в сумерках. Девушка вглядывалась в волновавшуюся толпу, удивившись, что Сидра была уже здесь.

Адайра направилась прямо к ней, лавируя между собравшимися. Женщины с детьми, закутанные в тартановые накидки, ели простое угощение, состоявшее из хлеба и сыра, а мужчины приносили из кладовых ящик за ящиком.

– Сид, – позвала Адайра, добравшись до целительницы.

В скудном свете она видела, что Сидра разложила свои лекарские припасы на столе, рядом с тем местом, где накануне произошло отравление. Сидра занималась мальчиком с порезом на руке, и Адайра смотрела, как она заканчивает зашивать рану.

– Как хорошо, что ты встала, – сказала Сидра, взглянув на Адайру. – Не могла бы ты подать мне вон тот рулон бинта?

Адайра выполнила ее просьбу, не в силах побороть изумление от того, что Сидра так естественно заботилась о маленьком Бреккане, словно делала это уже не первый раз. Потом Адайра заметила очередь из Брекканов, уже ожидавших, чтобы их полечили.

– Здесь что, все ждут, пока ты их осмотришь? – прошептала Адайра.

Сидра забинтовала мальчику ладонь и улыбнулась ему. Не сказав ни слова, он спрыгнул на пол и растворился в толпе.

– Нет, – сказала Сидра, отирая кровь с ладоней. – Твоя мать превратила чертог в убежище. Несколько домов в городе обрушилось из-за ненастья. Боюсь, погода только ухудшается. Все время говорят о том, чтобы заколотить как можно больше окон, но тогда мы останемся совсем без света.

Адайра закусила губу.

– Ты не знаешь, который час?

– Нет, но я, кажется, слышала будто колокола сняли, – ответила Сидра, перебирая привезенные пузырьки с травами. – Тоже, думаю, из-за ветра.

– Не могу поверить, что ты проснулась раньше меня, Сид!

– Ну, без огня было холодновато, и я решила, что в движении будет теплее.

– Прости, – сказала Адайра, словно была виновата, что от огня остался лишь пепел. – Ты не видела Джека?

Сидра наконец посмотрела на Адайру.

– Боюсь, что нет.

Адайра хрустнула пальцами. То страшное чувство снова закрадывалось ей в душу, будто тень, от которой она не могла отделаться.

– Хочешь, принесу тебе поесть? – спросила она Сидру. – Чаю?

Сидра поморщила нос.

– Боюсь, без огня никакого чая не будет.

– Ах да! – опомнилась Адайра, но тут вдруг покачнулась, и пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть.

Сидра, конечно, заметила.

– Что случилось, Адайра?

– Ничего. Мне просто нужно найти Джека. Уверена, он где-то здесь. Он просто… проснулся раньше, и я не представляю, где его искать.

Сидра нахмурилась. Она вдруг показалась Адайре очень бледной в тусклом свете, будто вспоминала день, когда пропал Торин.

– Интересно, а…

– Где тут тамерлейнская целительница?

И Адайра, и Сидра обернулись и увидели двух Брекканов, которые несли раненую женщину. Та стонала и прижимала к голове окровавленную тартановую накидку. Сидра тут же подозвала их и расчистила место на столе.

Адайра закатала рукава, чтобы быть на подхвате, когда почувствовала, как кто-то взял ее за руку и отодвинул.

– Мне нужна твоя помощь, – сказала Иннес. – Во дворе рухнула одна из кладовых, и ветер вот-вот унесет все наши запасы на зиму.

Адайра взглянула на мать, испугавшись при виде пятен крови на ее тунике.

– Ты ранена. Давай я отведу тебя к Сидре. Она может…

– Это не моя кровь, – возразила Иннес, но голос у нее был усталым. – Ранены были другие, в основном, из города, где крыши и стены не такие крепкие. Твой отец отправился им на помощь, но скоро ходить по мосту станет слишком опасно, и мне придется приказать, чтобы ворота не открывали, пока гроза не закончится.

Адайра резко втянула воздух, но расспрашивать мать и долго рассуждать о том, каким натянутым был их разговор накануне, не было времени. Они с Иннес вышли во внутренний двор, где ветер бушевал так, что едва не сбивал их с ног.

Несколько построек лишились крыши. Солому унесло ветром, и когда Адайра осторожно ступила на двор, то увидела груду камней и деревянных балок, словно на домишки наступил великан. Под обломками лежали раздавленные мешки зерна и ящики с припасами. Один мешок порвался, и из него высыпался овес. Ветер поднимал и уносил зерно прочь. В этом хаосе и отчаянном шуме туда-сюда бегали Брекканы, пытаясь хоть что-нибудь спасти.

Ветер хлестнул Адайру по глицу, когда она бросилась помогать. Дождь уже закончился, и северный ветер сдувал всю влагу до последней капли, делая воздух холодным и мучительно сухим. Тучи теперь повисли низко над головой, кружа в устрашающем вихре.

Страх разгонял кровь. Адайра не сразу собралась с силами, чтобы начать складывать мешки. Она гадала, где Джек. Сыграл уже или только собирается? Сможет ли его музыка остановить грозу или от нее буря только усилится?

Адайра ходила туда-сюда, работая бок о бок с Иннес и другими Брекканами и относя все, что можно было спасти, в замок. Казалось, будто прошло много часов, однако Адайра потеряла всякое чувство времени. В конце концов Иннес заставила ее вернуться в чертог.

– Выпей, – велела ей мать, сунув в руку кубок вина.

Адайра не догадывалась, как хочет пить, пока не сделала