Фантастика 2026-158 - Максим Арх

– Спасибо! – Серж хмыкнул. Разговор имел явную подоплеку, и, подумалось ему, пора его сворачивать. – А что, когда?

– В субботу уже.

– Ух ты, как быстро! Спешите?

– По законам военного времени, в ускоренном режиме. Нет, на самом деле, все давно уже решено и вертится.

– Понятно... Что дарить вам на свадьбу?

– Ну, ты спрашиваешь! Традиционно, себя... в конвертике.

– Заметано!

Серж пожал протянутую Хакопнышем теплую и мягкую руку. Он желал им со Светланой счастья, и не испытывал по поводу предстоящего события сожаления. Хотя грусть, да, была – по уходящему и отжитому. Этот человек, Андрей, был ему симпатичен, но, подумалось, так и оставался, не вполне понятен, эдакой вещью в себе. Может быть, потому, что пришел с гражданки, и оставался гражданским внутри до сих пор. Все-таки, прожить несколько лет в казарме многое значит. Казарма перемалывает сознание и характер любого, кто способен ее вынести, и оставляет на каждом свою печать, как знак отличия, признак своего. У Андрея его не было, и какие там мысли крутились в его голове, не ведомо. А то, что он думал больше и не то, о чем высказывался, было очевидно. Вот, вот, уловил. Возможно, это: военные, прошедшие срочную службу, после училищ – более открыты. При всех различиях и оговорках. Какой-то алгоритм в нас заложен, подумал Серж, не шаблон, но способ – как мыслить, метод – как действовать. Сопричастность. Узнаем своего не только по галстуку на резинке. Интересно, вот он знает, что зеленый армейский галстук называют селедкой? Вряд ли. Скажи, и не поймет, о чем речь.

Он долго еще развлекал себя разными пустяковыми мыслями, параллельно соображая, как подобраться к нужной ему информации. Проще всего было бы индекс и заводской номер «Маргаритки» посмотреть на самой «Маргаритке», на блоке, на том самом – предположительно, том самом – шильдике, который лежал у него в кармане. Но поскольку блока в пределах досягаемости больше не наблюдалось, оставался лишь один реальный способ, заглянуть в книгу учета оборудования. Форма 16. А она секретная, хранится в секретном отделении и никто ему ее просто так не выдаст, потому что доступа у него к ней нет. А у кого есть? Да у того же Дукшта-Дукшицы, и еще, вроде, у Хостича. Надо придумать, как, не вызывая подозрений, уговорить кого-то из них получить книгу в секретке и дать ему в нее заглянуть. Вот как это сделать?

Ничего не придумывалось, а ближе к обеду ему помахал рукой Марлинский.

– Пойдем, покурим, – предложил он.

– Слушай, уже и покурить не с кем, – пожаловался он в курилке, угощая Сержа сигаретой. – Хакопнический бросил, да, Светка ему условие поставила: или – или. Хорошо, хоть ты еще держишься.

– Курящий чужие, – возразил Серж, – считай что не курящий. А так, стрелок.

– Стрелок, но не радист!

Они посмеялись, потом какое-то время молча дымили, ощущая, что заняты делом. Может, и не важным, но конкретным. Вообще, шутки в курилке, быть может, не менее важны, чем те же пресловутые патроны, которых если нет, то и не очень-то постреляешь. Только если край нужно и очень постараться.

– Да, радистам сейчас не позавидуешь, – догоняя мысль, согласился Серж.

– Ну, так тю! И я о том же, – подхватил Петр Петрович. – Кстати, и физкультурникам тоже.

– А что с физкультурниками?

– Ты не слыхал? Про нашего начфиза? Майора, не помню фамилии?

– Бегунов его фамилия, соответствующая. А что с ним? Я его вот только на днях видел...

– Все, убыл в Особый легион.

– Точно, что ли?

– Точно так. Откомандирован решением Командующего.

– Ничего себе...

– Да.

Они снова замолчали. В голове у Сержа лихорадочно вертелись мысли. Этот Бегунов, по слухам, крутил шашни с женой Марлинского, красавицей Нинелью, и вполне возможно, что... Небольшая помощь племяннику? Неужели?

– А у нас с Нинелечкой просветление в отношениях, – словно откликаясь на мысли Сержа поделился с ним новостью Петр Петрович. – Малый ледниковый период закончился, наступило потепление. Даже вот думаем второго детеныша завести, пока не поздно еще. А то Юльке одной скучно, братика ей подавай.

О-хо-хо, подумал Серж, а не оставил ли бравый майор Бегунов после себя рассаду? Ох, как ненавидел он себя порой за такие внезапные и, по всему, чужие мысли! Но, блин...

– Тут еще, такое дело... Официально, естественно, не сообщается, но тебе я скажу. Командующий наш, да, Горынин, недавно снова женился. Супруга его прежняя, тетя Ира, умерла несколько лет назад. Ну, ты не знаешь, а я ее знал хорошо. Так вот, дядя Ваня женился, снова, на молодой. Девица – бомба сексуальная. Я бы и сам перед ней не устоял, если бы не Нинель. Кстати, ее однокурсница. Имя такое чудное, как у ведьмы, не помню... Не важно. Я тебе зачем это рассказываю: ты держись от нее подальше, ладно? Командующий и так ревнивый, а теперь, с молодой женой, в сто раз больше стал. А ты у нас гусар известный, парень молодой, красивый, целеполагание у тебя понятное, куда член, туда и ноги. Я тебя чисто по-дружески предостеречь хочу.

– Да ладно, Пит, что ты, ей-Богу! Я же не ребенок.

– Я просто предупреждаю.

– Хорошо, ладно, спасибо. Мне и в самом деле еще такого залета не хватало.

– Вот именно. Ну, докурил? Пошли! Ты, кстати, с кем в ночное пойдешь?

– С Хостичем, должно быть.

– А... Мы с Андрюхой вместе.

– Никто и не сомневался, что так будет.

– Хороший друх лучше любых других двух... Ха-ха... Кстати, ты приглашение получил? Я тоже, хе-хе. Значит, там встретимся. Хакопнический обещал так график дежурств отрегулировать, чтобы все приглашенные на свадьбу попали. Своя рука – владыка, правильно же? Пропьем Андрея, как положено... Ты же знаешь, как жениха пропьешь, так и жизнь его дальше сложится. Ну да. Придется постараться.

До конца рабочего дня ничего нового разузнать ему так и не удалось. Да и некогда было заниматься делами, если и не совсем посторонними, все же напрямую со служебными обязанностями не связанными.

Он вернулся со службы как обычно, около половины седьмого вечера. Когда он после посещения столовой подошел к дому, на лавочке у подъезда сидела Марь Иванна. Судя по всему, она поджидала именно