Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

в тысячи тончайших ледяных игл. Сирена, усиленная фоновой энтропией своего господина, одним взмахом руки отправила эти иглы в цель. Иглы пробили магические щиты артефакторов так же легко, как бумагу, вонзаясь точно в сонные артерии. Заклинания магов захлебнулись, так и не долетев до цели. Тела в серых мантиях начали молча падать с балконов, разбиваясь о малахитовый пол с глухим, влажным стуком.

Шувалов, поняв, что стандартные методы не работают, попятился к трону, активируя скрытый артефакт на своей груди.

— Выпустите Мясников! — истерично заорал граф, срывая голос. — Активировать протокол Спящих!

Из четырех потайных ниш за императорским троном, снося декоративные панели, вырвались они. Последний, абсолютный козырь Тайной канцелярии. Древние големы из плоти.

Это были существа, сшитые из трупов лучших гвардейцев прошлых эпох, накачанные алхимией и кровью самих царей. Трехметровые туши, лишенные глаз, не чувствующие боли и магии, полностью защищенные от прямого воздействия энтропии за счет рун отрицания, вырезанных на их серой, мертвой коже. Они двигались с неестественной скоростью, сметая всё на своем пути.

— О, а вот это уже по нашей части! — радостно прохрипел Ржавый Гвоздь, вскидывая роторный гранатомет. — Урраг! Спорим на бутылку сакэ, что мой ствол проделает в них дырок больше, чем твой кухонный ножик?!

Глубинный орк не ответил. Он просто взревел от первобытного счастья и, оттолкнувшись от пола с такой силой, что малахитовые плиты разлетелись в крошку, ринулся навстречу первому голему.

Зал наполнился грохотом. Гвоздь нажал на спуск, поливая мертвые туши алхимической картечью. Фторсурьмяная кислота вгрызалась в серую плоть големов, заставляя их шипеть и дымиться, но руны отрицания гасили часть урона, позволяя монстрам продолжать наступление.

Урраг врезался в одного из Мясников. Два гиганта сцепились в смертельном объятии. Голем попытался раздавить череп орка своими массивными ручищами, но Урраг, хохоча, вонзил зачарованный тесак прямо в шею монстра, прорубая позвоночник. Черная, густая алхимическая кровь брызнула во все стороны, заливая золотые украшения зала.

Ильяс не вмешивался в бой своих людей. Они были профессионалами и наслаждались своей работой. Целью Архимага был граф Шувалов.

Серб начал медленно подниматься по ступеням, ведущим к трону. Каждый его шаг сопровождался падением температуры. Хрустальные подвески на люстрах лопались от холода, осыпаясь стеклянным дождем.

Шувалов отступал, пытаясь выставить перед собой многослойные кинетические щиты.

— Ты не посмеешь, бастард! — шипел глава Канцелярии, чувствуя, как его собственные артефакты начинают покрываться инеем. — Ты находишься перед лицом Императора! Убьешь меня — и вся государственная машина раздавит твой жалкий Род! Тебе негде будет прятаться!

— Я больше не прячусь, Шувалов, — голос Ильяса звучал не из его уст. Он раздавался отовсюду, отражаясь от вымороженных стен. — И я не воюю с государственной машиной. Я её ломаю.

Граф, в отчаянии, попытался использовать атакующее заклинание — копье концентрированного света, способное пробить танковую броню. Он метнул его прямо в грудь Архимага.

Луч света просто исчез. Он был поглощен черным пламенем Малика, которое пульсировало вокруг Ильяса невидимой, голодной аурой.

— Вы мыслите категориями интриг и законов, граф, — произнес серб, оказываясь на расстоянии вытянутой руки от старика. — Вы не понимаете, что перед вами не человек. Перед вами — закрытая термодинамическая система. Вы попытались добавить в неё энергию. Теперь система должна сбросить излишки.

Ильяс положил руку в черной перчатке прямо на грудь Шувалова, поверх его золотых орденов.

Граф задохнулся. Он попытался отшатнуться, но не смог. Пространство вокруг его тела было сжато до состояния сингулярности.

— Протокол Изоляции, — прошептал глава Рода.

Это не было мгновенное испепеление, как с гвардейцами. Ильяс применил точечный, микроскопический вакуумный коллапс, направленный исключительно на сердечную мышцу графа.

Вся тепловая энергия из сердца Шувалова была выкачана за одну секунду. Орган внутри его грудной клетки превратился в кусок сверхтвердого, вечного льда. Кровоток остановился мгновенно, но мозг старика, благодаря магии Ильяса, продолжал функционировать, в полной мере осознавая происходящее.

Глаза графа выкатились из орбит. Он рухнул на колени прямо перед ступенями трона. Его рот открывался в беззвучном крике агонии. Он чувствовал, как кусок льда в его груди обжигает внутренности холодом, парализуя нервную систему. Шувалов умирал медленно, захлебываясь собственным бессилием, пока его жизнь утекала в абсолютный ноль.

Спустя десяток долгих, мучительных секунд, глава Тайной канцелярии замертво рухнул на малахитовый пол. Его грудная клетка с тихим хрустом треснула — ледяное сердце расширилось, разрывая ребра.

Ильяс перешагнул через труп своего главного врага и поднял взгляд на Царя.

Правитель Империи вжался в трон, сжимая подлокотники так, что побелели костяшки. Он видел, как его элитная гвардия превратилась в пепел. Как его последний козырь, големы-Мясники, прямо сейчас разлетаются на куски под ударами смеющегося орка и огнем наемника. Как самый могущественный интриган страны умер, даже не сумев поцарапать северного бастарда.

Мразко стоял перед монархом. Один глаз — синий лед, другой — черное пламя. Живой бог, который мог прямо сейчас стереть Царя в пыль и забрать корону.

— Ваше… Ваше Величество… — Царь попытался заговорить, но его голос сорвался на жалкий, недостойный монарха сип.

— Я не Ваше Величество, государь, — холодно и предельно вежливо поправил его Архимаг, опуская руку. Морозная аура в Тронном зале начала медленно спадать, позволяя выжившим аристократам судорожно глотать воздух. — Я — Ильяс Михеевич Мразко. Глава Рода. И теперь — Сёгун Северных провинций Японской Империи.

Царь судорожно сглотнул. Он понял намек. Перед ним стоял не просто сильный маг. Перед ним стоял правитель чужой армии, обладающий силой, превосходящей любую армию.

— Вы… вы пришли убить меня? Узурпировать трон? — прошептал монарх, ожидая неминуемого удара.

В голове Ильяса Малик недовольно фыркнул.

— *А почему бы и нет?* — проворчал Владыка Инферно. — *Снеси ему башку, Мразко. Сядем на эту неудобную каменную табуретку, прикажем подать вина и будем смотреть, как горит столица. Узурпация — это весело.*

— *Узурпация Империи — это чудовищная трата энергии на бюрократию и подавление восстаний,* — прагматично мысленно ответил симбиот. — *Мне не нужна корона. Мне нужен контроль.*

Ильяс посмотрел на дрожащего правителя сверху вниз.

— Убивать вас неэффективно, государь, — произнес Архимаг, и в его голосе прозвучала пугающая, деловая логика. — Ваша смерть создаст вакуум власти, который приведет к гражданской войне. А война повредит инфраструктуру Империи, которую я собираюсь использовать. Вы останетесь на троне. Вы будете править. Но вы подпишете несколько указов.

Ильяс указал рукой на мертвое тело Шувалова, чья грудь всё еще дымилась морозным паром.

— Во-первых, вы официально признаете Род Мразко Первым Родом Империи, с полным иммунитетом от любых судебных преследований. Во-вторых… Тайная канцелярия. Она доказала свою некомпетентность. С этого дня этот аппарат переходит под