"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Варна, расскажи, как у тебя получается из простых ингредиентов создавать настоящие шедевры? — спросил Зефир, сидевший рядом с блондинкой, которая, как обычно, занималась приготовлением ужина.

— Ха, и просто так раскрыть мой главный секрет? — усмехнулась однорукая женщина, не прекращая помешивать кашу.

— Ну да, — пожал плечами парень и потянулся к фляге на поясе, чтобы сделать глоток.

Его спутники были так любезны, что выдали ему ремень, емкость для воды и одну из подстилок. Но, к сожалению, лишних штанов и обуви ни у кого не нашлось, поэтому приходилось продолжать пользоваться скатеркой и самодельными шлепанцами.

— Ишь ты, какой непосредственный, — хмыкнула Варна, а затем неожиданно пояснила, — шучу я, никакого секрета здесь нет. Всё дело в соли и специях.

Порывшись в своей котомке, она достала сушеный стебель какой-то травы из небольшого мешочка.

— Вот это, — протянула она молодому человеку растение со странными треугольными листьями, — бегол обыкновенный.

Дождавшись, пока парень рассмотрит его, она достала следующий стебелёк с синими прожилками:

— А это синявка многолетняя. Немногие знают, но эти травы — отличные специи для любого мяса, включая птицу, особенно когда их добавляют вместе. Жаль, что у нас их почти не осталось.

С едой вообще было сложно. Небольшой запас пшена для каши и супа ещё оставался, но вяленое мясо уже заканчивалось, поэтому Хагг и Леопольд расставляли на ночь силки на мелкую дичь вокруг лагеря. Зефир, не обладавший такими навыками, решил поучиться у них во время стоянок, а парни охотно показали ему, как делать простые ловушки из мотка верёвки и палки.

— Обязательно сушить? — уточнил молодой человек, осматривая и запоминая траву.

— Нет конечно, можно использовать и свежие.

— Хм, — Зефир потер подбородок, задумавшись. — А где они растут?

— В Щетине русалки точно есть, — махнула рукой в сторону леса женщина.

— Брут, подойди, пожалуйста, — парень повернулся туда, где на подстилке играли в дочки-матери дети и зверь, а неподалёку сидела Лиса, читавшая книгу и приглядывавшая за ними.

Федон изображал отца, Брут — ребенка с повышенной волосатостью, а егоза Вилтани — мать, причём было видно, что в её воображаемой семье все ходят по струнке. Что касается енота, то он, к удивлению, демонстрировал невиданную покладистость: хоть и без особого энтузиазма, но выполнял просьбу Зефира играть с детьми, что для своенравного мехового засранца было совершенно нехарактерно.

Услышав зов, зверь, изображавший послушное дитё, поднялся и вальяжно подошел к юноше.

Варна, наблюдавшая за этим, до сих пор не могла определиться: было ли это существо когда-то человеком, мутировавшим в животное, или же обычным енотом, который каким-то образом обрёл интеллект, сравнимый с Вилтани. А то, что Выдох не превратил Брута и Зефира в уродливых и опасных монстров, уже было довольно удивительным — обычно долгое пребывание в зоне без защиты не сулило ничего хорошего ни людям, ни животным.

— Сможешь поискать такие же? — протянул молодой человек мохнатому стебельки синявки и бегола.

Осмотрев, понюхав, а затем быстро схватив и запихнув обе специи себе в пасть, Брут тявкнул и отрицательно покачал головой. Наблюдая за его поведением, Зефир тяжело вздохнул и спросил:

— Каша, которой тебя кормили, понравилась?

Енот уже не так уверенно кивнул, не понимая, к чему тот клонит.

— Вот без этих растений, которые ты только что съел, она будет вдесятеро менее вкусной, — сказал, как припечатал, юноша.

Брут, судя по выражению морды, не поверил ему и перевёл взгляд своих глаз-бусинок на Варну, которая кивнула, подтверждая слова парня. Тут же на физиономии зверька появилось замешательство, и он рванул в лес.

— Найдёт? — с интересом спросила женщина.

— Думаю, да, жрать он любит. Кстати, Варна, почему эта дорога заброшена? Она довольно удобна и идёт вдоль хребта.

— Потому что тут есть несколько зелёных Выдохов, довольно обширных. Никто не рискует приближаться к ним, а тем более жить рядом.

— Зелёные — это самые безопасные?

— Ты даже этого не помнишь? — без особого удивления спросила женщина.

— Очень смутно, — признался Зефир.

— Все Выдохи чрезвычайно опасны, потому что никогда не знаешь, как изменились те или иные существа или даже предметы. Но да, зелёные считаются наименее опасными, затем идут жёлтые и оранжевые, далее красные, а самыми смертоносными являются чёрные зоны. И, естественно, эти области не окрашены — цвета в их обозначении служат для наглядности и простоты.

— А как определяют степень опасности?

— Ой, спроси чего полегче, — засмеялась Варна. — Я же не придворный учёный или какой-нибудь маг-исследователь. Но вроде бы по количеству энергии.

И, заметив, что юноша хочет задать ещё вопрос по этой теме, добавила, отмахиваясь:

— Не спрашивай даже, всё равно не знаю.

Тем временем в лагерь вернулись Хагг и Леопольд, расставившие вокруг ловушки, чтобы завтра с утра проверить их на наличие дичи. Конечно, такая охота редко приносила результат — запахи и звуки в основном отпугивали зверей, но иногда парням везло, и кто-нибудь неосторожный все же попадался в силки. Кстати, чудовищ группа пока не встречала, что не могло не радовать. У Зефира до сих пор мурашки бежали по коже при воспоминании о том мутировавшем волке, способном зубами и лапами валить деревья полуметрового диаметра, и нарваться на ещё одного такого ему совсем не хотелось.

Примерно через полчаса поспела еда и вернулся блудный енот, принесший немного специй в лапках. Следом был ужин, а после все довольно быстро легли отдыхать, оставив Зефира на первую смену дозорным. Поскольку группа были в пути уже три дня, подежурив первую ночь вместе с ним, Варна решила впредь оставлять юношу сторожить одного.

Уже давно стемнело, а лагерь погрузился в тишину, изредка нарушаемую беспокойным сном Федона и Хагга. Пламя хорошо освещало поляну, но все, что творилось за кругом света, уже с трудом угадывалось, поэтому Зефир старался не таращиться на огонь, чтобы не терять тех крох видимости, что у него были. Он устроился в десяти метрах от костра, прислонившись спиной к дереву и положив копьё на колени, чтобы видеть спящих. Компанию в этом ему составлял мохнатый, свернувшийся калачиком у его ног.

Вообще, вроде бы эти звери должны были быть ночными, но то ли Брут слишком уставал за день, то ли