"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

В то же время сидеть просто так было очень скучно, поэтому молодой человек пытался пробудить свою дырявую память — как это было в тот раз, когда он вспомнил о Выдохах. Для этого юноша прогонял в голове абсолютно несвязанные мысли обо всём на свете, пытаясь спровоцировать появление новых воспоминаний. Прогресса не наблюдалось, но парень не сдавался. К тому же делать всё равно было нечего, а так он хотя бы занимал себя чем-то.

Внезапно в правой ладони появилось странное ощущение, отвлекающее от мыслей. Поднеся руку к лицу, Зефир внимательно её осмотрел, но никаких повреждений на коже не обнаружил. Впрочем, у дерева было слишком темно. Отставив копьё, он подошёл ближе к костру и, присев на корточки, ещё раз тщательно осмотрел ладонь.

Освещённая ярким светом пламени, кисть оставалась совершенно обычной — по крайней мере внешне. Но смутное ощущение неправильности вдруг превратилось в ясное понимание: достаточно было немного напрячься, и…

В следующий момент над кожей сформировалась ароматная маслянистая жидкость — и вот уже струя бьёт из центра ладони, описывая дугу прямо в костёр. Юноша не успел ничего предпринять, как пламя вспыхнуло, словно в него вылили бочку масла, а огненные языки взметнулись почти на десяток метров вверх, заливая светом всё вокруг.

— Зефир! — раздался приглушённый и взволнованный голос Варны, которой то ли не спалось, то ли она до сих пор проверяла и караулила его, — что происходит⁈

Женщина мгновенно поднялась и стремительно приблизилась, в то время как вылитая в пламя жидкость догорела, и огонь вернулся к обычному состоянию. Блондинка замерла в двух метрах от юноши, ее взгляд был предельно серьезным, а вытащенный из ножен меч, с которым она не расставалась даже на ночь, опасно мерцал в сполохах пламени.

У Зефира в этот момент в голове не было никаких мыслей, а на лице — бровей. Он, словно давно несмазанный заводной кролик, повернул голову с двумя глазами-блюдцами к женщине и уставился на нее. Даже в своих самых смелых мыслях парень и подумать не мог, что мутации с его организмом не закончились, и теперь он может еще и плеваться из руки какой-то вкусно пахнущей и горючей дрянью.

— Что произошло? — настойчиво повторила Варна.

— Э-м-м, не знаю, я пытался разобраться… — мысли Зефира путались, он не мог толком объяснить происходящее, что заставило теряющую терпение женщину произнести медленно, по слогам:

— Что. Ты. Сделал?

Сидящий на корточках юноша взглянул на свою правую руку, которую продолжал держать ладонью вверх, а затем повернулся к Варне и произнес: «Вот», — после чего продемонстрировал свою новую способность. Будь Зефир в менее шоковом состоянии и способен здраво мыслить, он вряд ли стал бы применять ее к вооруженной женщине, и без того скептически относившейся к его «искаженной» природе.

Но история не знает сослагательного наклонения — мощная струя жидкости вырвалась из ладони и полетела снизу вверх прямо в лицо Варне. Не прошло и секунды, как жидкость попала ей в глаза, а когда женщина открыла рот, собираясь что-то сказать, вещество проникло и туда.

В тот же миг блондинка взорвалась действиями. Сделав шаг вперед, она попыталась молниеносно кольнуть молодого человека мечом в горло. У нее были все шансы лишить юношу жизни, но тот наконец начал соображать и резко отпрянул, завалившись назад.

Падая на спину, Зефир с ужасом осознал: не будь его усиленных рефлексов, он был бы уже мертв. Перекатившись через плечо, парень бросился к копью. В то время как ослепленная женщина, зрение которой еще не восстановилось, ориентируясь на звук, снова попыталась пронзить его клинком.

Едва увернувшись и выжав из себя максимум скорости, молодой человек подскочил к оружию у дерева и выставил его перед собой, когда раздался резкий окрик:

— Варна, остановись!

Голос рыжей, поднявшейся с лежанки во весь рост, разнесся по стоянке. Блондинка замерла на месте, а затем начала протирать глаза рукавом, не выпуская меч из рук.

Зефир тоже убрал копье. Его сердце бешено колотилось, готовое выскочить из груди в любой момент. Мозг, получивший ударную дозу адреналина, наконец заработал, и он быстро пробормотал:

— Извини, я был в шоке, когда из руки начало литься ароматное масло, и не соображал, что делаю.

— Оно ещё и с клубничным вкусом, — проворчала Варна, немного успокоившись, и добавила, — и не масло это, а что-то другое. И я очень надеюсь, что безвредное.

Услышав её слова, Зефир спохватился, сорвал с ремня флягу и осторожно подошёл к женщине:

— Вот вода, промой глаза и прополощи рот.

— Я помогу, — вмешалась подошедшая Лиса, принимая деревянную емкость из его рук.

Пока девушки приводили себя в порядок, Зефир огляделся. Весь лагерь уже проснулся: дети и Хагг лежали на подстилках, испуганно наблюдая за происходящим, а Леопольд стоял поодаль с шестопёром в руках, однако в происходящее не вмешивался. Енота, кстати, нигде не было видно, но, присмотревшись, юноша заметил полосатый хвост и блестящие в свете костра глаза среди густой листвы ближайшего дерева.

Закончив умываться, Варна убрала меч в ножны и устало опустилась на бревно у костра. Её глаза всё ещё были немного красными, но, судя по всему, вещество не нанесло серьёзного вреда.

— Садись, Зефир, — похлопала она по месту рядом. — И объясняй, только теперь без наглядных примеров.

Вздохнув и чувствуя вину, юноша присел, но выбрал место подальше от женщины, невзначай положив рядом копьё. Варна заметила это и уже собиралась что-то сказать, когда между ними со всей возможной непосредственностью уселась Лиса.

Леопольд тоже приблизился — как бы он ни отгораживался от происходящего, но все же и ему было интересно, что здесь произошло.

— Я сидел у костра и почувствовал странное ощущение в правой ладони, — начал объяснять молодой человек. — Не могу точно описать, но оно было настолько необычным, что я подошёл ближе к огню, чтобы рассмотреть руку. В этот момент в голове что-то щёлкнуло, и я понял, что могу что-то сделать. Ну я и проверил… к сожалению, рядом с костром, который вспыхнул, как пух от искры.

— А в меня зачем своей струей запустил? — с лёгким раздражением спросила блондинка.

Для женщины парень представлял собой одну сплошную аномалию, и она уже хотела поскорее расстаться с ним. Не то чтобы Зефир был плохим человеком,