Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

Через минуту шаман отошел и широко улыбнулся, демонстрируя отсутствие двух зубов – одного на верхней челюсти, другого на нижней. Он вручил Сэму полосатую черно-белую свечку в стеклянном стакане и что-то сказал.

– Натри ею волосы, лицо и тело, – перевела Шочи.

Сэм скептически посмотрел на свечу, но подчинился. Забрав свечу, Луло зажег ее и поставил к остальным на сияющем алтаре.

– Ну, а теперь можно идти? – спросил Сэм.

– Да, – ответила Шочи. – Можно.

Глава 43

Музей мумий был еще закрыт. И слава богу. Меньше всего Дину хотелось бы иметь дело с толпами обгоревших на солнце туристов, если Элвия решит снова пойти вразнос.

Музей находился в старом колониальном здании, выкрашенном в желтый и коричневый цвета, с рядами колонн и арок на фасаде. Все было надежно закрыто: тяжелые решетки, стальные ворота, никаких окон и только один запасной выход за углом от основного. Отключить сигнализацию было плевым делом, а вот с дверью предстояло повозиться: на ней стоял эксцентриковый замок «Медеко». Не то чтобы его невозможно было вскрыть, но помучиться придется. Отправив брата высматривать сторожей, Дин отключил сигнализацию, вытащил отмычки и приступил к работе. Он относился к замкам, как к женщинам, ему нравилось, когда они бросали ему вызов. Дин мысленно отключился от всего, что его окружало, и сосредоточился на едва заметных движениях пальцев. Не думал ни о Клаудии, ни о Сэме, ни о Звездных Демонах. Почти готово. Почти…

Дверь вдруг распахнулась изнутри. От неожиданности Дин отскочил, уронил отмычки и потянулся к пистолету. Из-за двери высунулась Шочи, огляделась и махнула рукой, приглашая внутрь. Сэм улыбнулся и знаком предложил Дину идти первым. Тот, собрав отмычки, нырнул в темную душную тишину.

– Как, черт побери, ты сюда пробралась?

Шочи указала на молодого круглолицего охранника, который, краснея и не сводя с нее глаз, маячил вдалеке.

– Не один ты умеешь заговаривать зубы противоположному полу, – Шочи послала охраннику воздушный поцелуй и подмигнула. Тот опустил голову и покраснел еще сильнее.

Дин усмехнулся.

– Ладно, – вмешался Сэм. – Как нам найти тут Элвию?

– Кажется, я знаю, где она может быть, – ответила Шочи.

Включив фонарик, она повела Винчестеров через длинный темный холл в выставочный зал со стеклянными витринами. Дин шел следом, а замыкал процессию Сэм. Направляя луч на витрины, Дин знал, что увидит, но знать – одно дело, а видеть – совсем другое. За стеклом были трупы. Десятки высохших мертвых тел – хрупких, с пергаментной кожей, открытыми ртами и пустыми глазницами. У многих до сих пор сохранились волосы, у некоторых – истлевшая одежда. Хотя большинство были обнажены. Некоторые лежали, некоторые с помощью проволоки стояли на скрюченных ступнях.

– Что это за трупы? – поинтересовался Сэм.

– Это естественные мумии, – пояснила Шочи. – Они сохранились из-за каких-то минералов, содержащихся в почве. В конце девятнадцатого века ввели налог на погребение, и если семья не могла заплатить за родных и любимых, тела выкапывали и выкидывали с кладбища. Правда, никто не хотел выбрасывать мертвых вместе с мусором, поэтому их складывали в хранилища. В пятидесятые эту практику отменили, но вскоре посмотреть на коллекцию мумий стали приезжать туристы. Тогда и создали этот музей.

– Круто, – Дин посветил на сгорбленную мумию с иссохшими грудями и длинными тонкими волосами, заплетенными в косу. – Развлечение для всей семьи.

Лиза была бы, мягко говоря, не в восторге, а вот Бену тут понравилось бы. Дин заставил себя перестать думать о них и сосредоточился.

– Как думаешь, где прячется Элвия? – спросил Сэм.

– Ну, – рассудила Шочи. – Если бы я была растерянной сумасшедшей матерью, потерявшей маленькую дочку, думаю, я отправилась бы кangelitos.

– Куда? – не понял Дин.

– К ангелочкам? – догадался Сэм.

– Да, – Шочи указала на дверь, ведущую в еще один длинный зал. – Ангелочки.

Дин посветил на табличку с надписью «LOS ANGELITOS», а ниже на английском было написано «Самая маленькая в мире мумия!».

Аngelitos оказались мертвыми детьми: от двух-трех лет до «самой маленькой мумии» – нерожденного плода, который извлекли из мертвой матери и поместили отдельно. Многие дети были одеты в яркие костюмчики и лежали на кружевных подушечках. Рядом с некоторыми имелись маленькие таблички, поясняющие, кто они такие, а другие оставались загадочными и неизвестными.

Шочи замерла и, прижав ладонь к груди Дина, остановила его. Потом поднесла к губам указательный палец. И тогда Дин тоже услышал: тихий жалобный звук, будто скулит тоскующая собака. Одна из витрин в дальнем конце зала была открыта.

Глава 44

Биты с обсидианом пришлось оставить в Ногалесе, и хотя Дин знал, что ему нужно поговорить с Элвией, а не убить ее, ему все же было очень не по себе оттого, что он оказался в такой ситуации без оружия.

– Дин, – брат указал на открытую витрину.

Старые деревянные ящики возвышались над полом, выложенным плиткой, на пятнадцатисантиметровых ножках, под ними оставалось пустое пространство. Из теней под витринами медленно высунулась длинная серая рука, и Дин снова почувствовал кожей тот же странный статический разряд, как в доме Клаудии.

– Элвия? – позвал он, медленно присел на корточки и заглянул под ящики. Страж втиснулась в узкое пространство, сжимая в руках мумифицированного ребенка в крестильном платьице. Она была в человеческом облике, но неестественно тощая и вся покрыта клочковатой серой шерстью. Черные дыры-глаза сверлили Дина, из черного оскаленного рта капал яд. Дышала она слишком быстро, почти задыхалась.

– Элвия, мы не причиним тебе вреда, – сказал Дин и оглянулся на Шочи.

Шочи повторила его слова по-испански.

Страж тихо и хрипло зарычала, ее когти заскребли по плитке.

– Твоя дочь в опасности, – сказал Дин. – Ей нужна твоя помощь.

Шочи снова перевела.

– Где она? – спросил Дин. – Где Клаудия?

Шочи, опустившись рядом на колено, повторила вопрос.

Тишина.

– Надо исцелить ее сейчас, – сказал Сэм. – Исцелить или убить.

– Что? – переспросил Дин, не отрывая взгляда от Элвии.

– Сейчас, пока есть возможность, – продолжал Сэм. – Другого шанса может и не представиться.

– Если мы исцелим ее сейчас, – возразила Шочи, – она снова станет обычным человеком. Ее связь с Клаудией прервется. Это все равно что убить ее. Без этой связи мы не найдем Клаудию. А когда нагвали поймут, что связь оборвалась, им незачем будет оставлять ее в