Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф

Он не мог до конца понять, почему он здесь и почему он должен это делать. Ученики, простые люди… разве ему было когда-то дело до чужих судеб? Впрочем, у него больше не осталось ни сил, ни времени думать об этом. Как минимум сейчас у него есть цель. А значит, нужно проложить к ней дорогу и найти выход из этой ситуации. Пока его разум был занят решением проблемы, душа находилась в странном покое.

– Учитель? – тихо позвал Яо Вэньмин, видя, как взгляд мастера Цзэ становится остекленевшим от концентрации.

Цзэ Сюлань не ответил. Он просто смотрел на разорванную плоть мира и на плетение древних магических узоров, расползшихся по швам. Он и правда не знал, как восстановить барьер. Техники поддержания, которые он вычитал в дневнике прошлого хозяина тела и которые передавались из поколения в поколение, были как умение чинить прохудившуюся крышу. Сейчас же перед ним был полностью обрушенный храм. Восстанавливать толщину барьера нужно в абсолютной тишине и спокойствии, все внимание должно быть сосредоточено на символах, вплетающихся в общую ткань. Но сейчас это все было бесполезно. Несколько основных узлов оказались уничтоженными, укреплять и поддерживать просто нечего. Теперь оставалось только выстроить это заново.

[И что ты собираешься делать?]

«Пробовать. У нас все равно нет выбора».

Чэнь Хуан тяжело бы вздохнула, если бы только могла.

[Тебе не следовало сюда приходить. Сейчас здесь мастера и старейшины со всего мира. Они точно знают больше тебя.]

«Тогда почему никто не смог организовать сражение? Почему никто даже не предпринял попытки что-то сделать с барьером? Ничего эти мастера не знают».

[А ты?]

«А я что-нибудь придумаю. А ты лучше помогай следить за происходящим».

– Вэньмин, – наконец заговорил Цзэ Сюлань, вскакивая на меч. – Ты будешь моими глазами. Ни одна тварь не должна подойти ко мне ближе чем на десять шагов. Предупреждай о любом движении с любой из сторон. Но не вступай в бой. Это лишь собьет концентрацию, и ты можешь что-то упустить. Просто кричи. Ясно?

– Да, учитель! – тут же ответил Яо Вэньмин. Он вскочил на свой новый меч, на всякий случай сорвав и ученический с пояса, и полетел следом за наставником поближе к барьеру, приковав взгляд к ровной черной спине.

Чем ближе Цзэ Сюлань подбирался к пролому, тем сильнее он ощущал давление темной энергии. Его руки взметнулись вверх, и пальцы сложились в первую из бесчисленных сложных конфигураций. Он не стал чертить грубые печати в воздухе. Вместо этого кончики его пальцев вспыхнули неярким серебристым светом, и он начал плести.

Он не мог восстановить барьер теми печатями, которые оставил оригинальный Цзэ Сюлань, но тщательно их изучил, чтобы было легче запомнить. Поэтому он имел представление о том, какая часть за что отвечает. Ему было не впервой экспериментировать с назначением печатей. Конечно, сейчас не самое подходящее время для такого, но выбора ему не оставили. Нужно было срочно наложить огромную энергетическую заплату. Вытягивая из глубин духовного ядра тончайшие, но безумно прочные нити энергии, Цзэ Сюлань накладывал их на края рваной раны, словно желая просто сшить два края небес.

Он не спешил. Его движения были не резкими взмахами, скорее уж наоборот: они казались слишком медленными. Укрепление барьера было чудовищно долгой работой, а создание нового – и подавно. Но сейчас не хватало времени. Затяни Цзэ Сюлань эту работу на три-четыре дня, и спасать будет просто некого. Поэтому он усилил поток ци, создавая более прочную основу. Его пальцы танцевали, завязывая невидимые узлы, которые медленно, миллиметр за миллиметром, начинали стягивать края бреши. Иногда концентрация терялась из-за проносящихся мимо Скорбных ликов, и края снова стремились разъехаться. Цзэ Сюланю тогда приходилось приложить еще больше сил.

Было сложно не отвлекаться и из-за нестихающих криков наставников и молодых адептов кланов. Пусть система была налажена, все равно заклинатели оставались людьми. Да, они сильнее, выносливее, но сражение шло уже несколько дней. Кто-то убегал, не желая отдавать свою жизнь. Многие падали замертво, не сумев среагировать, кто-то умудрялся передать свое место другому и отскочить в сторону. Слетевшиеся лекари не успевали заниматься истощенными и ранеными, и со всех сторон слышались отчаянные вопли боли и плача.

Линь Ян парил на самом верху, вместе с другими мастерами, точечно поражая, как и сказал Цзэ Сюлань, всех, кто пытался вырваться из общей волны. Он видел, как Цзэ Сюлань начал свою титаническую работу, и почувствовал короткую вспышку надежды. Ему нужно время и безопасное место, и Линь Ян был готов обеспечить ему и то и другое.

Минуты растягивались в часы. Солнце начало клониться к горизонту, окрашивая кровавым светом поле боя, а Цзэ Сюлань продолжал плести. Его лицо стало серым от нечеловеческого напряжения. На его висках выступили капли пота, мгновенно застывающие на холодном ветру. Каждое движение теперь давалось с огромным трудом. Каждая нить вытягивалась с гигантским усилием.

[Я не знаю, где предел, но тебе просто необходимо остановиться! Ты выглядишь ужасно.]

«Если я остановлюсь, то эти твари просто прорвут все, что я строил, и придется начинать сначала».

[Это чистое самоубийство, ты понимаешь?!]

Цзэ Сюлань какое-то время не реагировал, прежде чем заявить:

«В последнее время я слишком много думал, зачем я вообще был призван в этот мир. Почему именно я? Это было точно не для улучшения сюжета и не для спокойной мирной жизни. Если бы эта книга хотела, чтобы я остался, она бы не уничтожила все, что я начал строить. А значит, моя задача – дать фору заклинателям спасти этот мир».

[С каких пор твои взгляды так кардинально переменились? Разве тебе совсем не страшно отправляться в небытие?]

«Не страшно. Теперь я знаю, что даже после смерти что-то есть. Наше существование – не просто набор электрических импульсов, передающихся от синапса к синапсу. А значит, после меня просто ждет новая жизнь».

[Никаких новых жизней!!! Ставь точку и заканчивай.]

Яо Вэньмин, стоявший на страже, бросал на учителя украдкой тревожные взгляды. Он видел, как теряет цвет его кожа, как западают глаза, как начинают дрожать от неимоверного усилия когда-то уверенные пальцы. Но он не смел нарушить приказ. Он только громче кричал предупреждения, отгоняя тупым ученическим мечом редких прорывающихся Ликов.

– Слева! Высоко! – Его голос срывался от усталости и паники.

Линь Ян тоже слышал эти предупреждения и каждый раз старался бросить взгляд на фигуру в развевающихся черных одеждах,