Искупление - Стивен Бакстер

Пул прижался к ней. — Я потерял все это. Я потерял Мириам. Я не могу потерять и тебя тоже.

— Я просто… Что в восьмой комнате?

— Никола? Никола!..

74

Как только они оказались за пределами гнезда, пока остальные заботились о Никола, Джофиэла отправили вернуть Макса.

Мужчина неподвижно стоял на своем посту часового. Без возможности прикоснуться к нему Джофиэлу потребовалось долго бормотать утешения, отвлечения и команды, прежде чем Макс позволил вывести себя из гнезда.

Тем временем Ашер и Чинело спасли, что смогли, от скелета Никола, реконструировали его, залатали ее шкуру, набили бинтами. И они поставили ее перед артефактом ксили, который безмятежно парил над поверхностью обшивки корпуса.

Итак, Никола стояла, обнаженная в своей серебристой шкуре призрака — теперь в скафандре не было необходимости — стояла высокая и прямая, ноги вместе, руки скрещены на груди. Широко открытыми глазами она смотрела на гнездо ксили.

Когда Джофиэл вернулся с Максом, Чинело и Ашер, устроив Никола на этом месте, стояли в стороне, размышляя. Джофиэл знал, что Майкл Пул, пытаясь погрузиться в работу, забился во флаер. Макс молча наблюдал, совершенно сбитый с толку.

Чинело неуверенно провела рукой в перчатке по животу Никола. — Мы проделали хорошую работу, собирая ее обратно, не так ли? Ты никогда не узнаешь.

Ашер кивнула. — Ей бы это понравилось. Она никогда не жаловалась на слабость или боль. И даже не показывала этого. Тем не менее, ценила достоинство. Хотя теперь я задаюсь вопросом, захотела бы она стоять там целую вечность, показывая непристойный жест в сторону ксили. Или в сторону Майкла Пула.

Джофиэл ухмыльнулся. — Не думаю, что ее бы это сильно волновало, так или иначе. Я никогда не встречал человека с меньшим чувством загробной жизни. Непрерывности после смерти. Я думаю, именно поэтому из всех религиозных учений, которые она изучала, ее так привлекали древнескандинавские истории. Для норвежцев не существовало бога-творца, награды за добродетель или мужество, спасения. Мир возник из ничего, наполнен жестокими и разрушительными богами и вернется в ничто.

— Но я думаю, ей понравилась бы ирония в том, что в конце концов она отдала свою жизнь, чтобы спасти смертельного врага Пула, ксили. — Он снова ухмыльнулся. — Также то, что она единственная, кому вместо него в итоге поставили статую в центре Галактики. Даже если ее высота меньше двух километров.

Ашер мягко сказала: — Это была долгая вахта. Вернемся к флаеру?

Джофиэл заколебался. — Минутку. Есть кое-что, чего хотела бы Никола. Помните? Одна комната, которую мы так и не исследовали. Мне нужно вернуться и закончить работу. — Он поднял взгляд на пустое серебряное лицо. — Это для тебя, Никола. Когда остальные вернулись во флаер, Джофиэл в одиночестве направился обратно к парящему синему ящику.

Вошел в него.

По памяти и следуя по оставленным коммуникационным кабелям, он составил свой маршрут обратно через многомерный лабиринт первых семи комнат.

Нашел восьмую комнату.

И затем…

75

Он был последним человеком.

Он был вне времени и пространства. Обширные квантовые функции, охватывающие вселенную, скользили мимо него подобно огромной бурной реке, и его глаза были наполнены серым светом, на фоне которого все явления кажутся тенями.

Время уходило незаметно.

И затем, миллионы лет спустя после вторжения кваксов, миллионы лет после его собственного спуска в червоточины и глубокое время… В космосе дрейфовала коробка, кубическая, с прозрачными стенами.

Из-за невозможного угла в коробку вошел человек. На нем был потрепанный скафандр старомодного покроя.

Он изумленно смотрел на звезды, яркие, изобилующие, молодые. Взрывающиеся. Расширенное сознание Майкла Пула зашевелилось.

Что-то изменилось. История возобновилась.

76

Время с момента старта корабля: 28 лет 288 дней

Земная дата: 3 998 000 г. н. э.

После возвращения группы к основному конвою Коши события стали развиваться быстро.

Вернувшись в похожее на матку нутро флаера, Макс еще больше замкнулся в себе и почти не разговаривал в течение нескольких недель путешествия. Теперь, как только исследовательская группа вышла из флаера, Харрис Кемп выбежал поприветствовать их, вколол Максу транквилизаторы и отвел его в грузовик, который он использовал в качестве своей клиники. Харрис приказал Максу отказаться от всех своих обязанностей на обозримое будущее, и Майкл Пул сам взял на себя роль главы службы безопасности и порядка.

Джофиэл подумал, только это, похоже, соответствовало настроению Пула.

После того краткого, разрушительного всплеска эмоций, последовавшего за его нападением на ксили и потерей Никола, Пул как будто замкнулся в себе, превратился внутри в робота. Харрис, самый близкий к психологу в экипаже, предположил, что нападение Пула на ксили было катарсисом, даже если оно не привело к уничтожению самого ксили. Харрис предположил, что в некотором смысле он разрешил проблемы, которые мучили его всю жизнь, жуткое предопределение, которое всегда преследовало его — определенно, с момента вторжения ксили в Солнечную систему на двадцать пятом году жизни Пула.

Может быть, — подумал Джофиэл. — Если так, то это стоило ужасной цены. Но такими были Пулы для вас.

Тем временем Харрис с некоторым любопытством изучал самого Джофиэла. — Не понимаю, почему это не должно было ударить по тебе так же сильно, как по твоему шаблону.

Джофиэл тоже этого не понимал. Он сильно горевал по Никола — тяжелее, чем мог себе представить; возможно, он заботился о ней гораздо больше, чем осознавал. И, возможно, она о нем. Теперь он никогда не узнает.

Что касается его самого, у Джофиэла была личная, ненаучная теория, что как только он, Джофиэл, появился на свет, они с Пулом отдалились друг от друга — или стали противоположностями, хотя все еще были связаны вместе. Противоположные концы этого диполя. Пул сохранил свою суровость; Джофиэл развил в себе более мягкие качества, сомнение, сострадание — и, возможно, немного больше психологической глубины, даже самопознания. Две половинки одного человека, ни одна из которых не является полной без другой. Что ж, возможно.

Итак, Джофиэл, казалось, мог наблюдать за страданиями Пула. В то время как сам Джофиэл, казалось, вообще ничего не чувствовал.

Между тем, вся эта травма среди руководства не могла произойти в худшее время.

Завершение кольца ксили в Великом аттракторе по-прежнему прогнозировалось примерно через пять миллионов лет после ухода Коши из Солнечной системы — на миллион лет больше по земному времени, всего на семьдесят дней больше по релятивистски ускоренному календарю нулевой палубы Колеса.

Команда все еще не имела четкого представления о том, что намеревались делать ксили, когда будет достигнута отметка в пять миллионов лет. Но даже если