Искупление - Стивен Бакстер

Пул огляделся. — В какую сторону?

— Налево от вас. Стена слева от вас.

— Хорошо. Чинело, остаешься здесь в качестве часового. Никола, Джофиэл, со мной. — Затем он нетерпеливо смахнул светлячков, которые все еще кружили вокруг его шлема. Подошел к левой стене.

Ударил кулаком по поверхности.

Синий люк распахнулся.

И Джофиэл приготовился умереть.

Потому что в комнате за ним над полом парили ксили.

73

Они шагнули внутрь, один за другим.

Ксили доминировали в этом пространстве, в этой седьмой комнате — в этом двухсотметровом кубе, точно таком же, как и другие грани тессеракта. Люди стояли, потерявшись перед ними.

Джофиэл не смог бы сказать, откуда он узнал, что это были сами ксили, обнаженный враг. Но форма была такой знакомой. Ксили, подумал он, были похожи на уменьшенную модель своего собственного корабля, корабля-семени платана, который Пул увидел впервые, когда тот вырвался из червоточины Юпитера. Тут было основное тело, приземистое, компактное, похожее на удлиненный артиллерийский снаряд — но теперь Джофиэл мог распознать, что это центральное ядро имело много общего по своей форме с похожими на жуков существами из конденсированной материи, которых они видели в пятой комнате. Возможно, они были сделаны из того же материала, конденсата, экзотического состояния материи. У них не было головы как таковой. Тем не менее, передний край основного тела, казалось, был снабжен щупальцами, узкими, слизистыми, окружающими то, что могло быть круглым ртом. Щупальцами, способными манипулировать, возможно, более тонко, чем человеческие пальцы.

И еще были крылья, изящные, с лопастями, откинутые назад. Такие тонкие, что сквозь них он мог видеть бледное свечение стен. Джофиэлу показалось, что он различил структуру в этих крыльях: линии, что-то вроде перепонки, почти слишком тонкой, чтобы он мог ее разглядеть, и если там и был какой-то узор, то тоже неуловимый.

Но теперь он увидел, что эти нежные крылья были разорваны дырами, которые выглядели лишь частично зажившими. И в этой разорванной перепонке он увидел электрически-голубые искры. Что-то похожее на светлячков из шестой комнаты, ползающих по этим искореженным крыльям…

Его аналитическое мышление уступило место неприкрытому страху. Несомненно, это чудовище в своем логове могло бы стереть их с лица земли без особых усилий. Краем глаза он видел Чинело, такую молодую, такую близкую к смерти. Его собственный разум сотрясали сомнения, страхи, сожаления. Что, во имя Леты, они здесь делали? Им следовало действовать помедленнее, обследовать, разработать стратегию… Что угодно, только не врываться вот так.

И все же, пока что, он все еще дышал. Практически, во всяком случае.

И пока что ксили ничего не предприняли.

Майкл Пул подошел и встал прямо перед ними, свирепо глядя.

Это было точно так же, как тогда, вспомнил Джофиэл, когда ксили разыскали Пула на краю термоядерного ядра Солнца и встретились лицом к лицу с ним, заключенным в кокон внутри его корабля. Теперь Майкл Пул нашел ксили, здесь, на оси Галактики. И теперь он снова стоял лицом к лицу с ними, Джофиэл справа от него, Никола слева, Чинело позади них троих. — Три архангела разгневанного бога, — подумал Джофиэл.

Но Джофиэл не чувствовал себя ангелом. Что же он тогда чувствовал? Он не мог сказать. Он представил, что сказала бы Мириам Берг. Просто наблюдай. Почувствуй, когда у тебя будет время.

— Здесь фантомы квагмы, — прошептала Ашер им на ухо. — В этой комнате. Они не причинят вам вреда. Конденсированное вещество — это все, что вы принесли, что они могли съесть. Кажется, они витают вокруг этого панциря, который тоже из конденсированного вещества. Садятся, взлетают. Зачем ксили понадобился такой твердый панцирь? Может быть, им пришлось пережить какую-то эпоху хищничества…

— Симбиоз? — пробормотала Никола. — Фантомов квагмы и ксили?

— Возможно, да. Как птицы садились на спины слонов в поисках личинок и клещей.

— Крылья дифференцированы. Каждое из них содержит своего рода пространственно-временный изъян, разрыв листа. Точно так же, как и их расширения в корабле семя платана, которые, как мы полагаем, обеспечивают движение ксили на субсветовых скоростях. Эти разрывы, распространяющиеся через само пространство-время. Эти крылья, однако, не простые структуры; они выглядят так, как будто они… сплетены. И эти светлячки работают над этими крыльями с разрывами пространства-времени…

— Кажется, как будто они исправляют это. Еще один симбиоз? — спросил Джофиэл.

— Может быть, — ответила Ашер. — Вы знаете, дизайн корабля-семени платана теперь выглядит просто продолжением формы его корпуса, не так ли? То, что оружейники эпохи антропоцена назвали бы механической частью… Я думаю, они слышат тебя, Майкл. Конечно, они знают, что ты здесь.

— Как ты можешь сказать?

— Крылья. Разрывы. Они никогда не стоят на месте. Они пульсируют, Майкл. Пульсация со значением — излучение — это гравитационные волны, и есть своего рода фокус — о, Джофиэл, по крайней мере, тебе я могу показать.

И теперь глаза Джофиэла, слегка улучшенные, показали ему мерцающий, волнистый узор, полный спектр ложных цветов, струящийся по крыльям. — Лета, это прекрасно. И она права, Майкл. Вокруг тебя что-то вроде ореола. Я думаю, они знают, кто ты.

Майкл Пул сделал еще один шаг ближе к ксили, его движения были жесткими, сердитыми. Теперь этот ореол отраженных гравитационных волн двигался вместе с ним, заметил Джофиэл.

— Значит, они знают, что я здесь. — ну и что? Почему они не реагируют? Должно быть, они заметили наше приближение, мы врезались в их защитную сеть, ползали по всему этому сооружению, и теперь мы здесь, в их святая святых. Почему они не убили нас раньше? Почему они не убивают меня сейчас? Не обращая внимания на утраченную историю, на войну продолжительностью в миллион лет. В конце концов, мы причинили им боль. — Майкл Пул указал на раны на крыльях. — Мы сделали это еще в Солнечной системе. С помощью оружия с монополями.

— Да, мы это сделали, — сказал Джофиэл. — Но посмотри, что последовало за этим, Майкл. Они сбежали, прибыли сюда и построили… это. Мы знаем, что Колесо — это своего рода машина времени с ускоренной перемоткой вперед. И наше лучшее предположение заключается в том, что они пытаются вернуться домой. Еще несколько субъективных месяцев, и тогда они смогут вернуться к своим собратьям на Великом аттракторе. Так близко.

— Да, — настойчиво сказала Ашер. — И они, должно быть, намеревались забрать с собой множество вторичных форм жизни. Посмотри, чем они окружили себя здесь. Даже будучи ранеными, даже здесь, в своем самом сокровенном убежище. Все эти незрелые виды,