Упал намоченный 2 - taramans

— А вы сено собрать-то успели? — поинтересовался Сысоев у Степки.

— А как же? И по вечерам ездили, «копнили», и в любое другое свободное время. Три стога сметали, на зиму хватит, — удовлетворенно усмехнулся Степа, — А вы чё — не успели, что ли?

Сысоев кивнул:

— Успели. Правда, нам ездить куда дальше, это вы с тестем заграбастали покос чуть не под носом.

— Чё это мы — заграбастали? — возмутился Городня, — У тестя тот покос со времен царя Гороха, если чё. Я лишь договорился, чтобы нам вдоль опушки участок отдали: а как же — то тесть с тещей одни были, а то теперь и наша семья добавилась. Шутка ли: две коровы, пара телушек и бычок еще на откорме.

Фактически все участковые имели родных, что держали обширное домашнее хозяйство. У Степки — тесть, тот еще куркуль — обставил жилой дом по периметру сараями, стайками и прочими постройками, где мычали, хрюкали, кудахтали и гоготали разные сорта будущего мяса. У Сашки Сысоева — и у родителей, и у тестя, проживавших в частных домах, тоже немалое хозяйство. Даже у Пашки Сергиенко имелось, кому помочь с уборкой сена: тоже тесть и тоже — тот еще кулачишко.

— Юр, а твои — что? Скотину не держат? — полюбопытствовал Васильев у Ложникова.

— Корову-то? Нет, давно уже не держат. Поросят парочку, да курей, чтобы яйца домашние всегда были. Батя сказал: ну ее на хер, корову эту, некогда ему с сеном валандаться.

Отец Юрки работал всю жизнь в одном из местных автотранспортных предприятий, катался на своем «газике» как по району, так и по всей области.

— А тесть с тещей у Юрки — «антилигенты», — фыркнул Степка, — Всю жизнь в квартире прожили, забыли уж, как земелька пахнет. Слышь, Юрк — твоя-то хоть корову доить умеет?

Ложников засмеялся:

— Не, не умеет. А зачем нам это? Молоко всегда в «Гастрономе» купить можно.

— Ну-ну, в «Гастрономе» молоко купить, — хмыкнул Городня, — Стой там в очередище за тем молоком. И что там за молоко? Обрат, а не молоко.

— Ну, пока девчонки малыми были, мы молоко у соседки брали, у нее корова имеется, а сейчас… Да и не любят особо у нас в семье молоко, так только — когда блины завести, да в охотку, если… — пожал плечами Ложников.

Васильев знал, что частный сектор Кировска был в подавляющем превосходстве над многоквартирным жильем: как по занимаемой городской площади, так и по людям, в нем проживающим. И почти в каждом дворе имелись коровы, свиньи и прочий скот и птица. Может, поэтому особой необходимости в мясе и молоке в здешних городских магазинах не имелось? Здесь так было устроено издавна: у соседей всегда можно было купить и молоко, и яйца, и мясо. Правда, последнее — только по осени, когда в ноябре начинался массовый забой скота. А про картошку и говорить не приходится: даже у жителей благоустроенных многоквартирных домов имелся если не дачный участок, то участок под посадку «второго хлеба». Как раз к началу семидесятых до правительства наконец-то дошло, что нужно дать людям возможность прокормиться самим, вот и принялись делить-кромсать пригородные земли теми самыми садово-огородными кооперативами и прочими СНТ, а организациям выделялись земельные участки под посадки картофеля работниками. И это резко уменьшило проблемы с продовольствием в стране, по крайней мере — в больших городах. А в мелких городишках и селах проблем с пропитанием не было и ранее.

Колбаса, говорите? Ну-ну… Если по правде — колбаса-то уж никак не является основным продуктом питания людей. Свободное время для отдыха у народа в будущем, когда от личных подворий избавились, вдруг появилось? Ну, если менять это свободное время на качественные, натуральные продукты для всей семьи… А в будущем люди как раз-таки работать разучились, им это свободное время подавай. Только — для чего? Для саморазвития? Да как бы, не так! Для поездок по мировым курортам? А много ли людей могут позволить себе разъезжать по разным курортам? Много, говорите? Хе-х… Сдается, даже не половина населения могло это себе позволить.

«Так… О чем я? Ага… Пусть местные потрындят о домашнем хозяйстве, о нормах твердых кормов на одну голову крупнорогатого скота. У меня другая пичалька: свиданка с девчонками сорвалась. И ведь Ленка вчера позвонила-таки, повздыхала о срыве „мероприятия“, посетовала на погоду, посмеялась надо мной: что, дескать, облом тебе, Сережа? Х-м-м… А я расстроился? Или — нет? С одной стороны — как бы — да. А с другой стороны? Вот скажи себе честно — хотел бы с ними поехать на те карьеры? Н-у-у… Да, хотел бы. И что — надеялся на секс в формате Ж-М-Ж? А вот здесь… Не уверен, совсем не уверен. Это же — не так все просто, если разобраться. Это только в „порнухе“ все прекрасно и завлекательно!».

Какой кошмар: Васильев смотрел «порнуху»!

«Ага. И Васильев смотрел, и Евгений Плехов — тоже. Оба они развратные типы и гнусно-аморальные подонки. Сексуально-озабоченные самцы. М-да… Можно подумать, можно подумать… Да девяноста девять целых и девяноста девять сотых процентов людей регулярно или периодически смотрят фильмы с тремя „иксами“, чего уж там. Там такое актеры и актрисы вытворяют… „До того красиво, что я чуть было не попал в лапы Тель-Авива!“. Но это все — кино. Да и женщины, что там снимаются… И мужчины — тоже! Настолько опытные дяди-тети, что простому люду такое повторить — не каждому под силу. И самое главное — далеко не все психологически могут на такое сподобиться. Физически — да, а психологически — не все!».

Васильеву что-то подобное в прошлой жизни доводилось испытать. И не раз, но далеко не каждый раз все получалось так, как задумывалось. То кто-то из женщин вдруг засмущается, то мужчина окажется не на высоте. Сложно, в общем, все. Ну — как минимум непросто.

«Вот если представить… Постесняется Ленка трахаться в