Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

"Я не могу".

Она прицелилась из лука. "Я не промахнусь, Альф. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не испытывай меня".

"Ты убьешь меня из-за разногласий? После всего, что мы пережили?"

"Из-за разногласий? Ты идиот!" - прорычала она, внезапно придя в ярость, и, что ужасно, он все еще не мог понять, была ли ярость маской, или слезами, или и то и другое было одинаково фальшивым, и он никогда по-настоящему не знал ее. "Я умоляю тебя понять, что произойдет, если мы упустим этот шанс. Эрлкинг затянет свою хватку на душе человечества, и никто никогда больше не бросит ему вызов. Мы потеряем будущее, Альф. Мы проиграем навсегда".

"Это не моя битва". Он повернулся, надеясь, что его друг не...

Полетела стрела. Альф поднял Разрушитель Чар для парирования - быстрее, чем мог уследить глаз, но недостаточно быстро. Силовой удар меча отклонил стрелу от намеченной цели, но лишь на несколько дюймов. Она не пронзила его сердце, но глубоко вошла в левую часть груди.

И все же это была смертельная рана. Все раны, полученные от Мортуса, были смертельными. Дар смерти не доставался недостойным.

Убей ее, - крикнул меч. Владетель, мне нужно подкрепиться, если я хочу спасти тебя.

Вместо этого он, спотыкаясь, побрел прочь.

Позади него вспыхнул свет, превратившись в короткий рассвет, и он услышал крик Берис. Но не осмелился оглянуться. Альф ломился сквозь деревья, пробирался через болото. Зрение меча превратило темноту в резкий полумрак. Альф видел деревья, похожие на белые, как кость, выступы, словно костлявые пальцы, тянущиеся из земли, чтобы схватить его.

Меня поймал линнорм, подумал он, в туннелях под Некрадом. Тогда я продирался сквозь тьму один, не считая меча. Никого из друзей там не было - все остальные Девятеро были рассеяны, и гниль уже началась. Он выполз из туннелей сам, руководствуясь только зрением меча.

Вернись и убей Берис, - призвал меч. Или отдай меня ей с твоим благословением и позволь мне попировать в Авосе. Других вариантов нет.

"Заткнись, - простонал Альф, хватая ртом воздух, - или я..." Он не смог закончить угрозу.

Он упал, его колени глубоко погрузились в грязь. Альф был ужасно уставшим и совершенно потерянным.

"Я брошу тебя в яму", - пробормотал он. "Брошу тебя в вулкан". Там была глубокая лужа воды, черная, как ямы Некрада. Он пополз к ней.

"Владетель?"

"Скажи тому, кто тебя найдет, - прошептал Альф, - чтобы он нашел Ольву. И сказал ей, что я сожалею".

"Это очень глупая идея!" - крикнул меч. "Стоп! Владетель! Не оставляй меня!"

Он выпустил меч.

Все потемнело.

Клинок беззвучно скользнул в глубину.

Хотите узнать, что произошло дальше? Я расскажу вам.

Я лежал в грязи. Смотрел на проплывающих мимо угрей. Я, убивавший драконов и королей, лежал на дне ничем не примечательного пруда и ничего не делал. Это ужасно, когда оружие бездействует. Я был создан, чтобы разрушать. Я был создан с определенной целью. Корталион выковал меня, лорд Боун разбудил меня, а Альфрик Ламмергейр бросил меня в лужу.

Это ранило меня. Я поклялся служить Альфрику, был связан своей клятвой. Я уже не то оружие, каким был, когда он впервые забрал меня у Акрайста. Мой первый владелец - о, Акрайст был величайшим из рыцарей ужаса, рукой лорда Боуна, но он также был эльфом. Эльфийское оружие, как бы это сказать, декоративно. Эльфов так мало, что они предпочитают работать через приспешников, через агентов и инструменты. Я никогда не говорил об этом Альфрику, но Акрайст редко привлекал меня к бою. Он сидел на своем дредворме и руководил армиями скелетов, ватлингов и Диких. А я ждал у его бедра, предвкушая момент, который так и не наступил.

Альфрик, при всех своих многочисленных недостатках - а я знаю их лучше любого поэта, - хорошо меня использовал. Он умел делать только одно, и какое-то время неплохо управлялся со мной.

Потом он бросил меня в лужу.

Должен ли я восхищаться смелостью этого человека? Нет. Девятеро доверили ему меня, потому что знали, что он никогда не возьмет меня в руки без праведной причины, а он довел это поручение до крайности. Ни одна причина не могла быть достаточно праведной для Альфрика Ламмергейра! Ни одно дело не могло сравниться с простой чистотой его первого задания, и поэтому он бросил меня.

Теперь его нет.

Заступники порхали над головой, как небесные мошки, и искали меня. Я жаждал зарубить их.

Армии лорда Брачана атаковали Авос без меня. Откуда я знаю? В тот день с обеих сторон пролилось так много крови, что Великая река от переправы до моря стала красной. Бойня, невиданная уже много веков! Самая славная битва со времен осады Некрада, и где я был? В луже.

Немного крови поднялось по ручьям и речушкам и просочилось в мой пруд. Вот откуда я знаю. Меня там не было, но я знаю.

Я слышал звуки войны. Смертные бежали через болото. Мятежники проиграли битву за Переправу. Они отступили в Илавентур, преследуемые эвеслендцами. Я надеялся, что какой-нибудь достойный рыцарь забредет в мой пруд. Вот это был бы хороший повод для легенды! Отчаявшийся рыцарь, окруженный врагами, погружается в воду и выныривает, держа в руках самый могучий клинок на свете! Но увы! Увы! Это меч зла. Использует ли он его?

Конечно, использует.

Смертные слабы.

Большинство смертных слабы.

Мой хозяин должен быть сильным.

А потом меня нашли. Этот беспокойный огонек заплясал на поверхности моего пруда. Я ненавидел его, но был всего лишь оружием. Я мог только лежать там.

И говорить.

"Сгинь!" - сказал я. Признаюсь, не самая лучшая моя реакция.

"Ты что, собираешься так и лежать здесь вечно?” - спросил он меня. Видно было, что подобные речи дорого ему обходятся.

"Пока мой владетель не вернется".

"Он жив, но далеко, вне досягаемости от тебя, и меня".

"Я - меч", - ответил я. "А у тебя нет рук. Моя и твоя досягаемость одинаково коротка".

"Я могу показать кому-нибудь, где ты находишься".

"Кому, Берис?" Я рассмеялся так презрительно, как только мог, учитывая, что находился на дне пруда. "Приведи ее сюда! Я сделаю себя тяжелым, как тысяча наковален, и утоплю ее. Она предала моего владетеля".

"Тогда другого".

"Остались только эвеслендцы. Меня возьмут в качестве трофея в Эвервуд".

Огонек поплыл вниз. Я разглядел, что когда-то это был Заступник,