Тактик 15 - Тимофей Кулабухов

Я остановилась на мгновение, вглядываясь в внутреннее пространство склада. Я-то думал, что столкнусь тут со старинной лабораторией с узкими столами, дефицитом света, пыльными пробирками и мышами по углам. Но реальность оказалась совсем другой. Бреггонида и интендантская служба Штатгаля превратили это место в настоящую фабрику.

Масштаб, на который рассчитывали заместители Мурранга, а это был кто-то из гномов, впечатлял размахом.

Окон не было. Из соображений безопасности. Однако помещение щедро освещали десятки магических светильников, прикреплённых к потолку. Вдоль каменных стен стояли тесные ряды больших дубовых бочек с маркировкой ингредиентов.

Немного в стороне — стеллажи под потолок забитые деревянными ящиками, наполненные одинаковыми стеклянными флаконами.

Логистика на складе была продуманной: пустые контейнеры поступали слева, а сырьё — справа, в центре должен был быть производственный процесс.

И там было на что посмотреть. В центре было ни много ни мало семьдесят широких однотипных рабочих столов. За ними слаженно трудились женщины из ведьминской роты. Их руки двигались быстро и точно: они измельчали какие-то корни, отвешивали порошки, тёрли сушёные травы или минеральное сырьё. Здесь не было магии как таковой, только тяжёлая и монотонная работа, необходимая для производства.

Это была почти что конвейерная система (по наитию, поскольку Бреггонида не могла знать Генри Форда), внедрённая в магический мир.

Я порадовался от того, как всё хорошо организовано. Интенданты и старая ведьма понимали разницу между индивидуальным товаром и массовым производством для армии.

В самом центре этого процесса находились восемь огромных медных котлов, крепко установленных на каменных подставках, которые выпускали густой пар. Под ними горело мягкое алхимическое пламя, поддерживаемое операторами магического корпуса Фомира. Температура в котлах контролировалась, топливом служил уголь.

В каждом котле по моим ощущениям варилось по две тонны мутной жижи бурого цвета. Сырой антидот выглядел неприятно, как ядерные отходы в кино, однако, если он сработает, то может выглядеть и пахнуть, как угодно.

Мои парни проглотят хоть живого паука, если будут понимать, что это защитит их от обращения в нежить.

А проблема стояла остро. Причина, по которой я отдал приказ буквально не жалеть денег (а лозунг «любой ценой» в Штатгале почти ни разу не применялся), была в том, что любой укус и многие царапины превращали моего солдата в солдата врага. Так я не навоюю. Так мне опасно подпускать бойцов к рядам противника. А на войне без личного контакта далеко не уедешь.

Да, недавно я получил уникальную способность контроля нежити. Однако я не тешил себя надеждой, что это будет работать безотказно. Пока на поле только нежить и я, может быть они и будут меня слушать. А вот когда в игру вступит кто-то из богов, они мигом переподчинят мертвяков и мне придётся по старинке полагаться на своих воинов.

В центре токсичная грязь, но его настоящая ценность превышала любые визуальные недостатки. Неподалеку от котлов было оборудовано рабочее место главы ведьминской роты, которая сверялась со своими записями в потрёпанном блокноте.

Рядом с ней находилась маленькая Этна, десятилетняя девочка и единственная Высшая ведьма из известных. Пока что она просто стояла.

Я прикинул, сколько сюда вбухано денег и порадовался, что прижимистый Мурранг сейчас в Мистрасе. Его бы хватил удар от того, что мы потратили на алхимический цех трёхлетний бюджет среднего гномьего клана.

Финансовые вливания были просто колоссальными. Массовая закупка редких ингредиентов, доставка хрупких стеклянных бутылок, котлы эти, плюс уголь.

Но деньги меркли. Деньгами я не мог купить жизни солдат, а когда армия будет снабжена запасом антидота, то и гражданских, а потом он пойдёт на экспорт и как мне кажется, быстро станет очень востребованным товаром.

Это был жизненно важный патч безопасности для всей армии Штатгаля, а в дальнейшем и всех живых мира Гинн.

Пока они работали, я занял место около стеллажа с какими-то вонючими травами.

Толку от меня в производственном процессе — ноль. Только мешал бы: когда главнокомандующий маячит над ухом, у нормальных алхимиков руки трясутся.

Сразу вспоминается фото Ким Чен Ына около солдата с компьютером. Сразу же видно, что боец слегка напряжён.

Бреггонида выкладывать по полной. И физически, и морально. Старая ведьма носилась вдоль медных котлов, седые космы выбились из узла, а морщинистый лоб блестел от пота. Она то и дело сверялась с записями, рычала на подчинённых. Лучше других понимала: на кону репутация всего её ведьминского колхоза.

С ней контрастировала девочка Этна.

Для маленькой, но необычайно важной фигуры — Высшей ведьмы оборудовали отдельное место в углу мануфактуры. Свой островок безопасности. Интенданты притащили мягкий диван из офицерских запасов, отгородили, поставили принудительную магическую вентиляцию — чтобы едкий дым не лез.

У неё там были куклы и игрушки, хотя она ими не интересовалась, бродила вокруг бабушкиного рабочего места, посматривала на котлы, старалась не путаться под ногами.

Вокруг неё — аура безмятежности. Пока взрослые седели и сходили с ума над стратегически важным антивирусом, единственная на весь мир Высшая ведьма тихо напевала под нос какую-то песенку.

Для неё этот эпохальный процесс спасения армии был просто фоновым шумом, не мешающим возне с куклами.

В какой-то момент Бреггонида сама себе кивнула головой. Повела взглядом, увидела меня. Какое-то время смотрела, ничего не сказала и направилась к Этне.

Осторожно, будто фарфоровую, взяла Этну под локоток и подвела к главному чану. От кипящей жижи валил сизый пар, которые сразу же окутал их обоих. Старуха с трудом подняла здоровенный ритуальный черпак — из ветви гоблинского белого дерева, между прочим, и торжественно, как знамя, вручила его девчонке. В детских ладонях инструмент выглядел нелепо: огромный, несуразный.

Этна взяла тяжёлую рукоятку — и хоть бы что. Никакого дискомфорта. На лице — широченная, совершенно искренняя улыбка. Она перевела взгляд на бабку-наставницу, которая уже побелела от напряжения, и звонко, на весь цех, выдала:

— Да не бойся ты, бабушка!

Этна перехватила тяжёлую ручку черпака двумя руками. Ни на миг не колеблясь, она шагнула к медному котлу. Внутри непрерывно кипела буро-коричневая масса, от которой тянуло тухлятиной и гнилью.

И почему ведьминские снадобья пахнут не фиалками?

Едкий пар окутал ребёнка сизой дымкой, но Этна, казалось, даже не заметила этого. Она погрузила инструмент в бурлящую смесь.

Моё магическое восприятие, встроенное в меня как дополнительный, наложенный интерфейс показал резкий всплеск магии. От ладоней Этны к деревянному черенку потекла золотистая энергия, а затем хлынула в саму алхимическую жижу.

Один оборот. Потом ещё один. И ещё третий.

Девочка двигалась ровно и без суеты, легко размешивая вязкую массу.