Кровавый пир - Го Цзинмин

– Даже не способен выстоять против горстки клинков. Как ты сможешь защитить меня?

Ци Лин с трудом поднялся, однако, еще не успев прочно встать на ноги, увидел, что сверху под прямым углом вокруг него опустилась дюжина щитов, высотой с человека – такие использовались солдатами для обороны города. А затем сквозь щели внутрь медленно вошла и дюжина пик, упершись остриями в его грудь, бедра, спину так, что он не смел сделать и лишнего вздоха.

Апостол вскинул голову, собираясь было выскочить сверху, но заметил угрожающе нависшее кольцо серебряных мечей. Они снижались, сантиметр за сантиметром приближаясь к его макушке, а парень упрямо продолжал стоять, не желая склонять голову. Их острые концы пронзили его собранные волосы, кожу на его голове, из неглубоких ранок уже засочилась кровь, но мечи все продолжали непрерывно снижаться…

В конце концов Ци Лин униженно встал на колени.

Он продолжал опускаться все ниже к земле, пока не прижался к ней весь, словно брошенный хозяином щенок, и тогда мечи остановились.

Юноша поднял голову, лицо его заливали слезы. Размытым зрением он разглядел сквозь щель между щитами лицо Инь Чэня – с холодным, безжалостным видом князь развернулся и пошел прочь.

Глава вторая. Кровь на шраме

Западная империя Асланд, Гланорт, зал серебряного жреца

– Я вернулась с телом, что вы велели мне отыскать. – Закончив с приветствием, Тэрэя поднялась с ледяной поверхности древнего камня.

На холодном полу перед кристальной стеной лежало мертвое тело мальчика из Коридора Бездны. Окоченелый труп накрывал слой плотной белой ткани, в складках которой угадывались контуры крохотной фигуры.

Тэрэя прикрыла ладонью нос, словно труп мальчика вызывал в ней нестерпимую тошноту.

Однако дело было вовсе не в отвратительном запахе разлагающихся останков – наоборот, тело сохранилось относительно идеально: не пахло гниением, от него несло пронизывающим холодком, напоминающим запах сосновых иголок, замерзших в сугробе.

В Коридоре Бездны круглый год царили влажность и сумрак, ущелье вдоль и поперек укрывали древние заросли ярких болезнетворных грибов, однако на теле не имелось ни следа разложения, что выходило за рамки объяснимого. Женщина была совершенно уверена в том, что этот труп не был трупом в привычном ей понимании, не был обычным телом, состоящим из костей и плоти.

Когда князь достигла конца влекущей нити, сначала она даже усомнилась, верно ли привела ее нить, потому что представшая перед ее глазами вещь – именно «вещь», потому что ничем иным назвать это было нельзя, – совершенно не походила на мертвое тело. Более корректным названием для нее было…

…«оболочка».

Она напоминала пустую оболочку личинки цикады и немного сброшенную кожу змеи. Это была прозрачная куколка, обладавшая всеми признаками цельного человеческого тела: отчетливыми конечностями, головой, чертами лица, однако не имевшая при этом ни скелета, ни внутренних органов, ни крови и сосудов. Тело казалось вырезанным из кристалла полым вместилищем, материал его был полупрозрачным, не твердым и не мягким, слегка напоминающим наполовину засохшее желе. Там, где на лице должны были находиться глаза, не виднелось век, только две пустые дыры, дымящиеся наружу густым холодным паром. На лбу пустой оболочки имелась почти незаметная взгляду тонкая ранка с остатками на ней чего-то клейкого, наподобие смолы черного цвета, которая, казалось, вот-вот исчезнет. Когда Тэрэя отыскала тело, конец влекущей нити оказался ровно в этой ранке – все это время нить вела не к самому трупу, а к остаткам черноты на лбу юноши.

Женщина подняла голову:

– Вот только я не совсем понимаю. Это тело…

– Ступай, – не дождавшись окончания вопроса, перебил ее ледяной голос кристальной стены.

От такой резкости Тэрэя слегка опешила, однако, помедлив лишь мгновение, улыбнулась:

– Слушаюсь. – Она бросила взгляд на стоящего в тени угла серебряного посланника и без каких-либо задержек развернулась и покинула комнату.

Западная империя Асланд, Гланорт, Крестовый Коридор

Тяжелая каменная дверь комнаты серебряного жреца медленно отворилась.

Из нее неторопливо вышел серебряный посланник с укутанным в белую ткань телом на руках – тот самый, который прежде неотлучно ждал в углу зала. Шаги его звучали отточенно и уверенно. Фигура посланника быстро скрылась в конце Крестового Коридора, и в темном, сыром проходе снова воцарилась тишина.

Из тени, следя за своим шагом, тихонько показалась Тэрэя, она моргнула, и ее глаза обратились мутным белым туманом, перед ними исчезло все: высокие стены, статуи, темно-голубые огни, ниши. Осталась лишь первозданная абсолютная тьма, в глубине которой отдалялся прочь слабый золотистый огонек.

Уголки рта женщины приподнялись, и она незаметно пошла следом.

Первую часть пути они двигались по хорошо знакомому Тэрэе подземному храму под императорским дворцом Гланорта. В свое время, пользуясь свободным временем, она успела разобраться в планировке и даже оставила несколько едва заметных меток в местах, вызывавших у нее особый интерес.

Однако посланник продолжал идти вперед, спускаясь глубже в ту часть дворца, которая, очевидно, никогда не открывалась для посещений и даже не упоминалась в разговорах.

Солдаты и стража постепенно редели, и очень скоро остался лишь след духовной силы шедшего вперед посланника, ни души более. Тэрэя смотрела на стены, что становились все потертее, на медные двери и на изредка встречающийся в углах проходов зеленый мох… Куда именно направлялся посланник с мертвым телом в руках?

Перед ним продолжали распахиваться двери, а ступени все уводили дальше вниз.

Капля за каплей в сердце Тэрэи копилась тревога.

Перед ее глазами вдруг появилась огромная, похожая на глубокий колодец пещера. Вдоль стены закручивалась лестница, древние каменные ступени которой вели к непроглядно-темному подземелью. Женщина ступала с особой осторожностью, стараясь не вызвать сильного эха в этом глубоком колодце.

Когда ступени наконец-то закончились, ей предстала пестреющая ржавчиной большая дверь. Замка не висело, и именно за этой дверью мгновения назад исчез серебряный посланник. В глазах Тэрэи забушевал белый свет: за дверью лежал коридор, достаточно быстро упиравшийся в поворот, где безмолвным караулом стояло трое серебряных посланников с острыми лезвиями в руках. Стоило открыть эту дверь, и она бы тут же оказалась обнаружена. Тэрэя отозвала щупальца восприятия и опустила глаза. Женщина молча застыла, словно что-то обдумывая.

В воздухе раздался свист.

Обрушившиеся сверху белые шелка неистовыми питонами мгновенно оплели троих посланников и, кружа, потянули к потолку. Белая ткань поднимала их высоко над полом, продолжая обвиваться вокруг тел, и очень скоро в углу потолка образовалось три белых шелковых кокона. Коконы трепыхались, словно из них вот-вот должны были появиться бабочки, однако мгновение спустя движение прекратилось и все затихло.

Тэрэя