Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль

сильнее впивалась ногтями в ее истерзанную кожу. Патти почувствовала, как ткань ночной рубашки пропитывается влагой. Плечи горели от боли, а сама Мэнди отчаянно билась, будто в психотическом припадке.

– На помощь! – рявкнула Патти, и лишь тогда услышала топот ботинок в коридоре. Тоже мне, охранники. Едва трое запыхавшихся парней ворвались в комнату, как она скомандовала:

– Держите ее!

Им с трудом удалось оторвать Мэнди от Патти: было жутко наблюдать, как двое мужчин пытаются удержать хрупкую девушку, пока та агрессивно тянется к третьему. Патти решительно ступила вперед и перехватила ее руку. Ей понадобилась недюжинная сила и еще – воля, чтобы стянуть это проклятое кольцо с пальца Мэнди. Запахло паленым мясом. Патти бросила кольцо на комод; кончики пальцев сильно обожгло, а на дереве осталось черное пятно.

Когда пресловутое кольцо было изъято, Мэнди обмякла и повалилась с ног. Ее едва успели подхватить на руки. Мужчина, на которого она напала, со вздохом сполз по стене. Константин заворочался в постели. Патти покачала головой.

– Отвезите ее в госпиталь. Я разберусь с остальным.

Мужчина кивнул ей и, закинув леди на плечо, вынес прочь из комнаты. Его приятель забрал их менее везучего товарища.

– Что? – Константин всхрапнул и подскочил на кровати. – Что такое?

– Если ты проснулся, мой дорогой, – Патти улыбнулась, – не будешь ли ты так любезен обработать мои раны?

Они втроем встретились за завтраком в кафе на Хэллбор-гроув. Он относился к зоне того участка, где и Патти, и Роберт раньше работали; им подали традиционный церрийский завтрак из пшеничной каши с беконом. Какое-то время они молчали, прежде чем поделились друг с другом подробностями тяжелой ночи.

– Значит, «Заводные крылья»… – Патти перегнала кусок ветчины по тарелке. – Мне нужно будет заглянуть на работу. Надеюсь, мы можем найти какие-нибудь зацепки там…

– Я могу навести справки через Институт. Или постой… – Роберт вдруг поднялся на ноги и прошел к выходу. Патти и Ронни переглянулись, но не стали преследовать его. Он вернулся через две минуты со свежим номером газеты – «Доводов и домыслов» – в руках. Патти прищурилась, но после расслабилась, увидав что-то про финансовую аналитику на первой странице.

– Вот гляди, – через пару минут сказал Роберт и протянул Патти газету. Она быстро вытерла рот салфеткой и взяла ее в руки. В углу одной из страниц списком располагались объявления: ритуальные, бюджетные и нотариальные… услуги. И адреса.

– Начнем с них?

– Со всех тех, кто подал рекламу в газеты.

– Не уверена, что таинственные продавцы таинственных билетов будут привлекать к себе внимание.

– В таком случае в рекламе их не будет – однако их коллеги будут. По моему опыту, в любой узкой сфере все так или иначе знают друг друга.

– Что верно, то верно. – Патти сложила газету и вернула Роберту. – С хозяином этого издательства я дважды играла в бридж.

Роберт едва заметно улыбнулся и, отложив газету, взял в руки чашку кофе. Пар обдал его лицо, вызывая приятные мурашки. Быть может, ему стоит взять комплексный обед для Феодора? Тот еще не был в курсе расследования, заканчивал последние сессионные дела в Университете. Роберт жестом подозвал официанта.

Патти открыла блокнот. Ей необходимо было систематизировать новые сведения, прежде чем отправиться дальше. Итак, «ночь грабежей». Странно, но Мэнди, по заверению Ронни, так и не вспомнила о ночном проникновении. Была ли она частью происходящего или просто случайной жертвой? Теперь сложно было сказать. Взгляд Патти вдруг наткнулся на сложенную газету и вычленил из заголовка одно слово: пропажа. Она тотчас же схватила ее.

«Произошедшая в магазине антиквариата пропажа кольца всколыхнула общественность!» – так заголовок звучал полностью. Патти похолодела. Роберт покосился на нее.

– Что-то не так?

– Кажется, я знаю, где могу узнать про кольцо. – Она показала ему газету. Он кивнул.

– Думаю, ты можешь съездить туда, пока я переговорю с юристами. Кто-то должен знать нашего продавца билетов.

Патти первой покинула кафе, забрав с собой Ронни. Она остановила таксомотор и добралась до нужного адреса за десять минут. Он располагался в Аптауне. За широкой полосой богатых домиков за высокими заборами, ниже по течению реки, находилась улица открытой торговли: объединенных профсоюзом магазинчиков, небольших, но дорого отделанных. Там Патти и нашла его.

Антикварный магазин располагался недалеко от первого участка аптаунского департамента – а также от дома Мэнди. Это придавало делу еще более жуткий вид. Не могла же Мэнди… украсть кольцо самостоятельно, верно? Патти еще не навещала ее лично, но уже знала, что та будет все отрицать. «Ох, милая, во что же ты вляпалась?..»

Ронни потянул на себя тяжелую стеклянную дверь, Патти вскочила на крыльцо и вошла внутрь.

Ее встретил запах пыли и дерева. Помещение было до потолка заставлено всякой всячиной; на деревянных полках хранились книги, приборы, покрытые цветной глазурью птицы и множество причудливых устаревших вещей. Сложенные палантины свисали с сундуков, несколько глобусов угнездились рядом с витриной, за которой, под парой тусклых лампочек, сияло серебро. Все, что не помещалось в стеллажи, стояло перед ними, вещи складывались в башни одна другой выше.

По правую руку, на старом табурете с бархатной обивкой, примостился сгорбленный старичок. Патти даже не сразу увидела его, заметила лишь тогда, когда он поднял в приветствии ладонь.

– Доброго дня, прекрасная леди. – Он улыбнулся и, встав на ноги, склонил голову. – Добро пожаловать в «Теплые ценности». Вас интересует что-то конкретное?

– Да, я… я работаю над делом о пропаже кольца.

Он понимающе хмыкнул:

– Вы из полиции?

– Я частное лицо. Журналистка. Моя газета помогает полиции расследовать некоторые случаи. Особенно если в деле замешаны репутационные риски.

– Вот как… Что же вы хотите узнать?

– То кольцо, которое пропало… оно отличалось от прочих драгоценностей? Вижу, витрины остались нетронутыми.

Старичок прищурился и перевел взгляд на Ронни, праздно шатающегося на улице за окнами. Он отошел чуть глубже в магазин, к одному из дальних стеллажей, и поманил Патти за собой.

– Моя фамилия Анестис. Вы слышали ее раньше?

Патти потерла висок. Ничего не приходило в голову, во всяком случае, ничего громкого или широко известного, как те же Вельты. Анестисы не были замешаны в каких-либо преступных делах (она бы точно знала) и не мелькали в шоу-бизнесе; едва ли, судя по состоянию магазинчика, они могли быть теневыми магнатами или руководить поисками ископаемых на юге материка. Что же тогда оставалось?

– Моя семья держит антикварные магазины уже много поколений, – тем временем продолжил старичок. – Некогда к нашим услугам прибегали цари, потом цареубийцы, потом коммунисты и так далее. Это то, что вы, молодежь, называете «известностью в узких