Одним махом! - Илона Эндрюс

– Нет. Я закрыла ей глаза. Но она увидела голову. С этим ничего нельзя было поделать.

Мод взглянула на нее.

– Она меня удивляет. Она моя дочь. Она – часть меня. Но иногда она делает странные вещи, и я не знаю, человеческие это странности или вампирские. Это был один из таких случаев. Можно подумать, что такой маленький ребенок не способен понять смерть, но каким-то образом она поняла: ее папа не вернется и долг крови должен быть уплачен. Я думала, что она будет убита горем – и в течение нескольких дней так оно и было, – но потом она пришла в себя, словно ничего не случилось. Возможно, это потому, что последние два года Мелизард редко бывал с ней рядом. Мы либо работали вдвоем, либо он работал один. Наверное, она привыкла к его отсутствию. Не знаю.

Я тоже не знала. Я младшая в семье, у меня не было младших братьев и сестер, так что в пятилетних детях я мало что понимала.

– Что произошло после его смерти?

– Нужно было уплатить долг крови. Поэтому я нашла их, одного за другим, и убила. На это ушли почти все последние восемь месяцев.

Вот такая у меня сестра. Она видела, как убили ее мужа, и вопреки всем трудностям начала охоту на его убийц, попутно пыталась защитить свою дочь. И подытожила она все так же спокойно, будто рассказывала о походе за продуктами во вторник:

– К тому времени, как все закончилось, я обзавелась огромным списком жаждущих мести родственников, а еще двумя предложениями руки и сердца.

Мод взяла из набора еще одну тряпку, побрызгала на нее какой-то черной жидкостью и отполировала нагрудник.

– Ты их не приняла? – подмигнула я ей.

– С вампирами покончено. Скорее ад замерзнет, чем я подпущу еще кого-нибудь из них к себе или Хелен. Они все одинаковые. В любом случае на Кархари нет будущего. Ты была моей последней надеждой.

– Почему ты отправила сообщение с помощью ку? – спросила я.

– Ну, у меня не было особого выбора, – ответила она. – Этот ку решил прокатиться автостопом на корабле Арбитра.

– Серьезно?

У меня возникло странное предчувствие.

– Тот Арбитр остановился в таверне, где мы с Хелен прятались.

– Что?

Этого просто не могло быть.

– Понятия не имею, что он делал на Кархари. Я вообще прежде не видела их вблизи. В общем, там вдруг появился этот мужчина. Красивый, золотисто-русые волосы, ходит с тростью.

Джордж. Как я и думала. Арбитр, который организовал мирный саммит.

– Он остановился у моего столика и сказал, что я похожа на землянку и что странно видеть таких как мы с Хелен в этом ужасном месте. А я ответила, что я с Земли и там у меня осталась семья. Он сказал мне, что еще какое-то время не полетит на Землю, но по долгу службы будет неподалеку и что один из его спутников не против выполнить работу курьера. И если я напишу письмо, он проследит, чтобы оно дошло до моей семьи. Это был единственный шанс. И то я не верила, что сработает.

Джордж точно знал, кто она такая. Конечно, знал. Наверное, он хотел чего-то взамен – если не сейчас, то позже. Этот человек никогда ничего не делал без продуманного расчета. Но меня это не волновало. Отныне он мог жить в гостинице бесплатно до конца своих дней.

– Спасибо, что прилетела за мной.

Она потянулась ко мне, и я ее обняла.

– Все будет хорошо, – сказала я ей так, как обычно говорила наша мама, когда все казалось безнадежным и оставалось только плакать.

– Все будет хорошо, – повторила сестра, обнимая меня еще крепче.

Глава 4

Я расхаживала взад-вперед перед круглыми вратами призыва. Мы с минуты на минуту должны были оказаться в пределах досягаемости Земли. Когда это случится, пустое пространство врат окрасится кроваво-красным, я сделаю шаг внутрь – и окажусь дома. Если, конечно, дом все еще стоит.

Мод и Хелен пошли к ручью посмотреть на разноцветных рыбок. Перед этим Мод сказала, что я превратилась в копию нашей мамы, и рассмеялась. По крайней мере, она все еще может смеяться.

– Если ты продолжишь наворачивать круги, твои ботинки начнут дымиться от трения, – сказал Шон.

Я чуть не подпрыгнула. Мне не было слышно, как он подкрался сзади. Обернувшись, я увидела его, чисто выбритого, в обычных джинсах и футболке. Его волосы казались слегка влажными – должно быть, он недавно принимал душ. Большой вещмешок висел у него за спиной, а маленький он держал в руках. Подкожная броня, которую он получил от Вильмоса, превратилась в завитки татуировок, темные края которых просвечивали под рукавами и воротом.

– Привет.

– Привет, – ответил он.

Я вдруг поняла, что вчера даже не поблагодарила его. Просто схватила Мод и ушла и весь путь назад провела не выходя из комнаты. Хотя путь был недолгий, около двенадцати часов, но все же.

– Спасибо, что помог спасти мою сестру.

– Пожалуйста.

Нужно было перестать пялиться на него, как дура.

– Как она?

– Мод?

Да, о ком еще он мог спрашивать? Тьфу.

– Она стойкая.

– Только посмотри, как она держится, – пробормотал Шон.

Когда берешь ребенка на руки, вполне естественно приподнять бедро и усадить его на него. Я видела, как мама делает это на фотографиях, где она держит меня или Мод. Когда я взяла Хелен на руки, то неосознанно сделала то же самое. Мод держала Хелен на руках, чтобы лучше видеть рыбок, но ее ноги оставались прямыми. Весь вес дочери приходился ей на руки, а Хелен была совсем не легкой. Я понятия не имела, каков средний вес пятилетней девочки, но казалось, сорок – сорок пять фунтов.

В доспехах было неудобно сгибать бедро. Мод стояла как вампир.

– Это пройдет, – сказала я.

Прозвучало так, словно я хотела убедить саму себя.

Шон ничего не сказал.

– Ты собираешься остаться?

И зачем я только это сказала?

– Куда мне идти? – спросил он.

Я продолжала выставлять себя полной дурой. Нужно было добраться до гостиницы. Беспокойство о ней сводило меня с ума.

– Я не знаю, – ответила я. – Галактика огромна. Один оборотень как-то сказал мне, что хотел бы открыть глаза и увидеть ее.

– Я ее увидел.

– Понял что-нибудь важное?

Глаза Шона вспыхнули янтарем.

– Да. Иногда то, что ты ищешь, не так важно, как то, что оставляешь позади.

Меня бросило в жар. Только бы не покраснеть.

– А что ты оставил?

Ох, ну какая же дура.

Он открыл рот, но тут