Охота на наследницу - Холли Рене

Отец тяжело вздохнул. Его усталость бросалась в глаза даже издалека.

– Если слухи верны, если королева и ее нерожденное дитя мертвы, принцесса – единственная наследница. Король сделает все, что в его силах, чтобы вернуть ее. И мы, как только найдем ее, должны использовать это в своих интересах.

Я стиснул зубы при одном лишь упоминании о короле, человеке, превратившем нас с Вереной в пешек. От мысли о том, что она попадет в его руки, меня пробрала дрожь, воспламеняя яростную решимость найти ее, пока не стало слишком поздно.

Но и своему отцу я не мог позволить добраться до нее.

Эти мужчины – две стороны одного смертоносного клинка, выкованного из одного металла и заточенного до совершенства. Оба несут в себе смертельный яд, готовые нанести удар своим врагам.

Дрожащий свет костра бросал на собеседников пляшущие тени. Отец чуть подался вперед. На лице его отражалось мрачное беспокойство.

– Мы не можем рисковать прямым противоборством с королем, – пробормотал он едва слышно из-за потрескивания угольков. – Наш лучший шанс – застигнуть его врасплох, воспользовавшись его слабостями для нашей выгоды.

Голова Рида покачивалась, медленно и размеренно; он не отрывал взгляда от языков пламени. Казалось, он ищет ответы в огненных глубинах, ищет скрытые истины и откровения в пляске теней и света.

– Значит, мы выманим его принцессой?

– Это большой риск, но король всегда присутствует на сборе десятины, пускай даже с усиленной охраной. Мы предложим ему наследницу в обмен на резервы.

Лицо Рида осталось бесстрастным, но я буквально видел, как в его голове крутятся шестеренки.

– А принцесса?

– Наш наследник – Дейкр. Двух быть не может.

– Если мы это сделаем… Пути назад не будет.

– Дейкру не понравится наш план.

Вопрос Рида тяжело повис в воздухе, обремененный скрытым подтекстом. Я напрягся, ожидая ответа отца.

– Он чертовски увлекся этой девчонкой, но он – наш лучший шанс добраться до нее, пока еще не стало слишком поздно. Я видел их связь. Он станет той причиной, по которой она пойдет с нами добровольно.

Жгучий гнев вспыхнул в моей душе, воспламеняя решимость найти Верену раньше кого-либо другого. Мой отец, моя плоть и кровь, хотел использовать меня – как он использовал всех остальных.

Я знал его, знал его жестокость и безжалостность, и все же при мысли о его предательстве у меня скрутило нутро.

Мама рыдала бы, узнав, во что он превратился. Мой отец так легко готов использовать ее сына во имя власти. А я так легко предаю его ради девушки, питать интерес к которой не имею права.

– Но едва она попадет к нам в руки, их нужно разделить. Девчонку ему доверить нельзя. – Отец откинулся назад, и я выпрямился, молясь, чтобы он не заметил меня.

Верена брела где-то, одинокая, уязвимая, и все из-за моей глупости. Я оттолкнул ее, отдал тиранам, которые выпьют ее досуха, оставив лишь пустую оболочку.

Сердце заколотилось от страха и чувства вины, когда я подумал о тех ужасах, с которыми она, возможно, столкнулась в этот самый момент. Воспоминание о том, как Верену поглотил густой черный дым, преследовало меня, толкая вперед, наполняя решимостью поскорее найти ее.

Я подкрался ближе, стараясь не коснуться ни одной из веток, которые могли бы выдать мое присутствие. Треск костра заглушал шаги, но я знал, что обостренные чувства отца уловят малейший звук.

Голоса стали четче. Обрывки разговора летели ко мне, как листья, подхваченные ветром. Я напряг слух, ловя каждое их слово, каждый их план.

Отец больше не доверял мне. Не доверял в том, что касалось Верены. Что же, разумно.

– Нам нужны резервы. – Сцепив руки в замок, отец подался к огню. – Не знаю, где он хранит силы от десятины, но, несомненно, где-то в этом своем проклятом дворце.

– А если король не захочет обменять силу на наследницу? – Рид, повернувшись, посмотрел на моего отца.

– Тогда мы уведем принцессу в потаенный город и заставим ее говорить. А если у нее нет той информации, которая нам нужна, будем отправлять наследницу королю по частям, пока он не образумится.

Сердце стучало так, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Я стиснул кулаки.

– С Эйраном мы встречаемся у Южного моря. Как только мы получим наследницу, мы выманим короля.

Эйран.

Проклятый лжец. Когда я спросил отца, где Эйран, он, не колеблясь, солгал, что тот вернулся в скрытый город. А на самом деле отец отправил его за ней.

Он держал меня при себе, потому что больше не доверял мне, а его отправил за ней.

Меня предали. Ярость полыхала в душе лесным пожаром, но под ней скрывалось не менее яростное желание – защитить Верену. Одна мысль о том, что Эйран причинит ей вред, разжигала во мне первобытные инстинкты, превращая в бешеного зверя.

Возможно, они и не считают, что она принадлежит мне, но они чертовски ошибаются.

Она – моя. Даже если она сбежала, она все равно моя.

Мне нужно найти Верену, вырвать ее из лап отца и Рида. Она где-то там, и именно я отыщу ее.

А если Эйран уже нашел ее, я не знаю, что сделаю.

Пока они бездушно обсуждали свой следующий шаг, я принял решение. Бесшумно повернувшись к костру спиной, я исчез в ночной тьме, так никем и не замеченный.

Глава 8

Верена

Мы спускались по склону в сопровождении каскада потревоженных нашими ногами мелких камешков. Эйран шагал первым, легко и ловко, в отличие от меня, неуклюжей.

Он, казалось, чувствует себя как дома, передвигаясь по горной местности с уверенной грацией.

Я, напротив, оступалась и спотыкалась несчетное число раз и была благодарна Эйрану, который неизменно поддерживал меня, не давая упасть.

Мы шагали в молчании много – так мне казалось – часов, пока не добрались наконец до подножия склона. Мышцы бедер буквально кричали, призывая остановиться, но я не осмеливалась попросить Эйрана о передышке.

Нам нужно было как можно быстрее уйти как можно дальше на юг, что мы и делали. Отдохнуть я смогу только на палубе корабля, покидающего королевство.

Эйран резко остановился, и оборвался шелест листвы и хруст веточек под его ногами. Оглянувшись на меня, он нахмурился:

– Нам нужна еда.

– Да. – Кивнув, я ощутила знакомую ноющую боль в желудке.

Мужчина перевел взгляд на лук и единственную стрелу, притороченные к моей спине.

– Мне ни разу не удалось ничего добыть. – Чувствуя себя глупо из-за того, что ношу оружие, которым и пользоваться-то толком не умею, я сокрушенно