Охота на наследницу - Холли Рене

Я уже воспользовался своей магией, чтобы исцелиться, когда, споткнувшись на каменистом склоне, едва удержался на ногах и напоролся на острый выступ.

Зазубренный край рассек обе голени, оставив глубокие раны, саднящие при каждом шаге.

Тело и так уже вымоталось от недостатка отдыха, а применение магии усугубило изнеможение.

В этом мире ничто не дается даром; даже наша магия берет свою дань. И я не мог избавиться от страха, что цена Верены будет самой высокой из всех.

Над головой ярко сияла полная луна. Небеса заливали полуночные сине-пурпурные тона. Легкий ветерок нес прохладу. Только решимость придавала мне сил. Я шел на юг, на юг, к самой далекой точке, до которой мог добраться.

Эйран направлялся к Южному морю, и я почти уверен, что Верена тоже идет туда. Она как-то сказала мне, что мечтала подняться на корабль и уплыть из той жизни, которую она знала, из мира, который намеревался уничтожить ее.

Но тогда я не понимал, насколько реальной может стать эта мечта.

Если Верена хотела уцелеть, если хотела прожить мало-мальски стоящую жизнь, ей нужно было покинуть королевство.

Сердце бешено заколотилось, когда я подумал о королевстве без нее. Я знал о принцессе с рождения, знал, какую сыграю роль, чтобы лишить ее короны, и все же в тот момент, когда она вошла в мою жизнь, она стала этой жизнью.

Меня не волновали ни ее корона, ни правление, ни проклятый король, ни то, чем он готов поступиться ради нее.

Меня волновала только она, и это было опасно.

Мягкий ветерок шептался с деревьями, вороша их листву, и от этого шороха по моей спине пробежала дрожь. Я потер руки, пытаясь отогнать холод.

Не получилось.

Хрусткий мороз не был лишь признаком наступившей ночи. Он нес зловещую неподвижность и безмолвие. Что-то было не так. Волосы на затылке поднялись дыбом. Я не мог избавиться от ощущения, что за самой границей поля моего зрения что-то скрывается. Поселившаяся в животе тревога приказывала быть настороже в ожидании… чего угодно.

Все чувства мои были обострены, сила трепетала и пульсировала в предвкушении. Я сжал рукоять кинжала с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Взгляд метался по сторонам в поисках малейшего движения, малейшей угрозы.

Лес был спокоен и тих, но я никак не мог избавиться от гложущего душу беспокойства.

Я скорчился за корявым дубом, кривые ветви которого давали хоть какое-то укрытие. Грубая кора царапала ладони, но я не обращал на это внимания, напряженно вслушиваясь. Однако зловещую тишину нарушал только шелест листьев.

Казалось, чаща затаила дыхание, как будто природа понимала, что что-то не так.

Но что?

Минуты ползли, оставляя на коже ледяные мурашки. Руки и ноги дрожали, но я заставил себя подняться.

Все тело зудело, исколотое шипами тревоги.

Я двинулся дальше, на юг, с каждым шагом нервно поглядывая по сторонам, озирая каждый дюйм окружающего пространства. Тихий хруст палой листвы под ногами отдавался эхом в безмолвии ночной чащи.

Все мышцы мои были напряжены, готовы немедленно среагировать на угрозу, а я все шагал по коварной земле, отнимающей силы, но инстинкты не позволяли мне остановиться.

В горле пересохло, ноги болели, разум словно медленно утекал куда-то. Не знаю, было ли то проявлением изнеможения, но одно мне предельно ясно: грызущее чувство в животе становилось невыносимым, и я нуждался в воде и отдыхе, чтобы продолжать путь.

Я повернул на запад, к небольшой речке, которую оставил позади, намеренно держась в миле от нее, понимая, что мой отец наверняка будет двигаться вдоль берега. Знакомая тропа вилась параллельно руслу, ведя меня туда, где можно напиться.

Пока я тащился, обуреваемый жаждой, в голове сложился план. Нужно добраться до воды, а потом найти укрытие и поспать пару часов. Хотя главной целью все равно было как можно быстрее достигнуть южного побережья.

Мысли о Верене поглощали меня.

На юг.

Найти ее.

И я найду. Неизвестность простиралась пред нами, будущее полнилось неопределенностями и опасностями, но я знал, точно знал, что не остановлюсь, пока не найду ее.

Когда впереди наконец показалась река, меня захлестнула волна решимости.

Она – моя, и я найду ее.

Едва эта мысль окончательно сформировалась в сознании, волосы на моем затылке встали дыбом.

Здесь кто-то был.

Я осторожно подкрался к кромке воды. Под ногами тихо хрустела галька. Лунный свет блестел на темной зыби, бросая на каменистый берег пляшущие тени.

А потом в тишине ночи прозвучал возникший словно из ниоткуда голос:

– Не пей слишком много сразу. Стошнит.

Предупреждение сопровождалось смешком, знакомым смешком, который невозможно забыть.

Эйран.

Я сделал еще шаг, оскальзываясь на камнях, и, укрывшись за кряжистым кленом, выглянул из-за ствола.

Я увидел его широкую спину. Он стоял, совершенно не подозревая о моем присутствии.

Он же должен был вернуться в скрытый город!

Так сказал мне отец, и хотя я уже знал, что он лгал, вид стоящего прямо передо мной Эйрана еще глубже вогнал мне в грудь кинжал отцовского обмана.

Эйран здесь, и он не один.

– Я понимаю, что куда разумнее и безопаснее держаться подальше от воды, но, боги, как же я хочу пить.

Кровь заледенела в моих жилах при звуках этого голоса.

Верена.

Он настиг ее.

Я пригнулся, вглядываясь во тьму, и наконец различил ее. Она стояла на коленях у воды, вся заляпанная грязью после долгого путешествия. Из туго заплетенной косы выбивались каштановые пряди, обрамляя тонкие черты. Верена зачерпнула воды в ладони, поднесла их к губам и принялась пить – так, словно не пила много дней.

Эйран настиг ее, но она жива и вроде бы невредима.

– Знаю, но все равно нам придется разбить на ночь лагерь. – Эйран стоял, скрестив руки на груди, не отрывая взгляда от Верены. – Остановимся неподалеку, и ты наешься досыта. Обещаю.

Верена зачерпнула еще пригоршню кристально чистой воды, поднесла ее к губам, сделала большой глоток – и стряхнула оставшиеся капли обратно в поток.

Раскрасневшаяся, взъерошенная, она выглядела дикой. Неприрученной.

– На этот раз ты будешь дежурить первым. – Поднявшись, она посмотрела на него, я и заметил, как она немного поморщилась, когда переступила с ноги на ногу.

Ей больно.

– Я сделаю все, чтобы ты хоть немного отдохнула от этой твоей лодыжки. Давай найдем безопасное место, где ты сможешь полежать.

Верена кивнула, медленно и устало. Эйран решительно подошел к ней, обнял ее за талию, и она, доверчиво привалившись к нему, закинула руку ему