Блистательные - Стивен Бакстер

видны человеческому глазу с Земли. Стена, которую вы видите, является частью Молекулярного кольца, огромного пояса газовых и пылевых облаков, областей звездообразования и небольших скоплений. Кольцо окружает сам центр, где сосредоточены ксили.

— Кольцо расширяется, — ровным голосом произнес Доло. — Считается, что оно образовалось в результате взрыва в Ядре миллион лет назад. Мы понятия не имеем, что это вызвало.

— Как замечательно, — сказал Люка. — В этом густонаселенном месте это обломки взрыва: огромная катящаяся волна рождения звезды. И что это за розовый свет, пробивающийся сквозь облака?

Впервые за все дни, прошедшие с тех пор, как он встретил ее, Тиил посмотрела прямо на него. Ее голубые глаза казались такими же широкими, как океаны Земли, и он почувствовал, как у него перехватило дыхание. — Это, — просто сказала она, — Фронт. В этом свете люди умирают.

Люка ощутил сложную смесь страха и предвкушения. Всю свою жизнь он прожил в человеческом пространстве глубиной в тысячи световых лет. Он мог посмотреть на небо и выбрать любую звезду на свой вкус, и знать, что либо там были люди, либо они побывали там и ушли, оставив систему безжизненной и заминированной. Но теперь все было по-другому. Этот кусок неба с его густыми облаками и молодыми звездами не принадлежал человеку. До сих пор он был слишком озабочен своими отношениями с Тиил и Доло, а кроме того, своим долгом, чтобы думать о будущем. Он понял, что понятия не имеет, что он может найти здесь, в самом Ядре, совсем ничего.

Он машинально произнес: — Короткая жизнь горит ярко.

— Здесь у нас другой лозунг, — пробормотала Тиил. — Смерть — это жизнь.

Корабль-сплайн двинулся дальше, осторожно приближаясь к огромным облакам света.

II

У астероида был официальный номер и даже вдохновляющее название, предоставленное комиссарами на далекой Земле. Но солдаты, которые летали на нем, называли его просто Скалой.

— Но, с другой стороны, — тихо сказала Тиил Люке, — так они называют каждый астероид.

И с поверхности этой скалы все казалось крошечным на фоне великолепного неба. Теперь они были очень близко к сердцу Галактики, и небеса были усеяны яркими горячими маяками, которые, удаляясь, сливались с облаками света, где они родились. За ним виднелась завеса из сияющих молекулярных облаков, отгораживающая истинный центр Галактики, — завеса, сквозь которую непрерывно лился вишнево-красный свет, сияние битвы, сохранявшееся уже много веков.

Они втроем, вместе с флотским охранником, прогуливались по поверхности Скалы в легких защитных скафандрах. Астероид представлял собой просто каменный шар диаметром около пятидесяти километров, один из роя, окружавшего горячую бело-голубую звезду. Слабый свет молодого солнца отбрасывал резкие тени от каждого кратера, которых было множество, и от каждой ямочки и пылинки у ног Люки. Он обнаружил, что его завораживают мелкие детали — то, как пыль, которую вы поднимаете, вздымается и опускается по аккуратным параболам и прилипает к вашим ногам, так что кажется, будто вас окунули в черную краску, и как некоторые кратеры засыпаны гораздо более мелким бело-голубым порошком, который каким-то образом будет обтекать вашу перчатку почти как вода, будучи связан электростатически.

Но это была трудная обстановка. Ботинки с инерционным управлением приклеивали его ноги к пыльной скале, но в условиях микрогравитации астероида его тело не имело ощутимой тяжести, и ему казалось, что он плывет в какой-то невидимой жидкости, приклеившись ступнями к каменистому полу — или, если он не был внимателен к своему чувству перспективы, ему могло казаться, что он поднимается по стене или даже свисает с потолка. Он знал, что остальные, особенно Тиил, заметили его отсутствие ориентации, и каждый неуклюжий шаг, который он делал, приводил его в ужас.

Между тем, по всей поверхности этой Скалы, в свете бесконечной войны, трудились солдаты.

Солдаты были одеты в защитные скафандры военного образца, сложные наряды, изобилующие сосками и розетками и покрытые въевшейся астероидной грязью. Некоторые скафандры были отремонтированы; на них виднелись выцветшие заплаты и грубые швы, вваренные в их поверхность. Эти одетые в заплатки фигуры двигались сквозь огромные облака черной пыли, в то время как машины лязгали, парили и ползали вокруг них.

Головы большинства солдат были гладко выбриты, что было практично, если вы были обречены носить скафандр без перерыва в течение нескольких дней. Из-за въевшейся в поры грязи невозможно было определить, сколько им лет. Они выглядели уставшими, но, несмотря на это, продолжали свою работу, что было далеко за пределами человеческих возможностей. Они были совсем не похожи на воинов со стальными глазами, которых Люка себе представлял. Они выглядели экспертами только по выносливости.

Люке показалось, что они в основном копали землю. Многие из них пользовались простыми лопатами или даже голыми руками. Они рыли траншеи, котлованы и норы, выкапывали подземные камеры, и каждый солдат, благодаря микрогравитации, вытаскивал огромные массы покореженной породы. Люка представил себе, как эта сцена повторяется на огромном множестве этих дрейфующих скалистых миров: солдаты бесконечно роются в грязи, как будто они строят единую огромную траншею, которая окружает само ядро Галактики.

Доло сделал замечание по поводу залатанных скафандров.

Тиил пожала плечами. — Скафандры здесь дорогие. Сами солдаты стоят дешевле.

Люка сказал: — Не понимаю, зачем они роют ямы в земле.

— Чтобы спасти свои жизни, — сказала Тиил.

— Это называется "верхом на Скале", начинающий, — сказал Доло.

Люка узнал, что, когда астероид будет подготовлен, он будет выброшен из своей родительской системы и направится через Молекулярное кольцо к скоплениям ксили. На первом этапе полета будет задействована энергия, но после этого Скала будет падать свободно. Солдаты, съежившись в своих норах в земле, должны были "работать бесшумно", как они это называли, используя только самые слабые источники энергии, производя как можно меньше шума и вибрации. Цель состояла в том, чтобы одурачить ксили, заставив их думать, что это безобидный обломок, и для прикрытия в них будет брошено много незанятых камней по похожим траекториям. На ближайшем расстоянии к позиции ксили — рафинадной глыбе — солдаты выскакивали из укрытий и начинали штурм.

— Это звучит как грубая тактика, но она работает, — сказал Доло.

— Но ксили наносят