Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Пустельга погладил вздернутый нос лаптя, похлопал по нему с любовью.

– Да, красивая машина получилась, – сказал он с гордостью и теплотой в голосе. – Значит, должна летать. Надо бы сделать фото и отослать в Авиа-ревью. Или в Крылья родины. Жаль, что возле трамплина меня не будет, чтобы старт заснять. По ракетному. Очень эффектный кадр, полагаю, получится. Шедевральный.

– Поручи кому-то из тех, кто внизу останется, у подножия. Да хоть тому же Тузу, или кому другому. Щелкнет, делов-то...

Самому Пустельге, разумеется, придется оставаться рядом с машиной, вплоть до самого старта ее с вершины Кашканара, это даже не обсуждалось.

Тем временем, пока шла постройка аэротрака, другие люди, специально назначенные, подготавливали заезд на гору. Для этого расчистили, выпрямили и утрамбовали имевшуюся там и так довольно неплохую дорогу, и подготовили три гусеничных тягача – два рабочих и один запасной. На проблемных, более крутых участках подъема, установили лебедки, прикрутив их тросами к стволам самых толстых из растущих на склоне деревьев – на всякий случай. Оставалась еще лысая макушка горы, где деревья не росли, но этот участок в месте заезда был, как ни странно, не таким вздыбленным, и там понадеялись обойтись тягачами.

Параллельно строили трамплин. На основании замеров на местности и по подготовленным Пустельгой чертежам. В соседнем с аэротраком ангаре из толстых деревянных брусьев сколотили прочную конструкцию, настелили поверху лиственничную доску-пятидесятку, плюс еще покрыли листовым железом. Трамплин состоял из отдельных блоков, которые относительно легко можно было доставить на место, на склон холма вручную, куда машиной проехать нельзя. Так и сделали, непосредственно под руководством самого Сержа притащили, установили в нужном месте, а после намертво скрепили скобами отдельные части настила между собой. И, в довершение, засыпали толстым слоем снега, который утрамбовали и облили водой.

– А давай чего-нибудь захерачим оттуда, – сказал мечтательно, когда трамплин был готов, центурион Докучеев, и затуманенным взором посмотрел вверх, на четко прорисованную на фоне звездного неба вершину Кашканара. Все-таки жив в каждом муже мальчишка, им бы всем кораблик пустить по потоку, да самолетик в небеса отправить, или же свалить что с вершины, а то и саму вершину уронить. – Заодно трассу обозначим. И расчистим, если что. Пробьем, во как это называется.

– Кстати, да, – согласился Серж. – Надо бы проверить настройку.

– На цель?

– Сначала хотя бы на трамплин, епт. А с него, я считаю, и так прямой визир на цель.

– Вот завтра с утра и организуем. Проверочку.

Сказано-сделано.

Следующим утром приволокли из автопарка на вершину две волокуши. С каждой, между прочим, единственный трактор справился. При этом одна выглядела просто большой платформой, массивной и устойчивой, на широких железных полозьях. Другая была в точности такой же, но с кунгом, сиречь, с будкой на закорках, то есть, по массе, раза в два солидней первой. И право открыть трассу, вполне предсказуемо, предоставили более легкому снаряду. Немного разравняли стартовую позицию, по уговору предупредили войско внизу сигнальной ракетой и, благословясь, запустили, как пускают бобы по бобслейным трассам – с толкача и с разгона. Правда, никто в уходящий боб не вскочил.

Первый, блин, запуск, как ему и положено, вышел комом.

Серж, прижимаясь спиной к стене, устроился прямо на морде верблюда, на оттопыренном карнизе губы, откуда в бинокль отлично просматривалась вся трасса. Ветер на вершине был крепкий, трепал, гад, тянул за одежду, наскакивал, как петушок, все порывался столкнуть или унести. В таком-то месте, на краю пропасти. При взгляде вниз у Сержа перехватывало дыхание от тоскливого предчувствия, возникало желание отказаться, избежать, даже исчезнуть. Но как избежать неизбежного? Такой возможности не предполагается в общем перечне степеней свободы. Назвался груздем, полезай в кузов, – это из той же серии.

Волокуша ухнула вниз, в пропасть, как в небытие, без звука и стона, и понеслась на дно мира в облаке взбитого искрящегося электрически снега, подпрыгивая на неровностях и ухабах, сметая со своего пути, того даже не замечая, кустарники и мелкие, застывшие на пути, камни. Все, стронутое ей со своих мест, неслось позади небольшой лавиной, расползаясь по сторонам и заполняя рытвины и провалы. Но где-то на трети пути случилось то, что и должно было случиться: платформа пошла в разнос. На очередном ухабе ее бросило слегка влево, где как раз торчал неприкрытый снегом скальный выход. После удара об этот камень, железный тюбинг завертело с неимоверной угловой скоростью и отбросило в противоположную сторону, вправо, где он врезалась в другой монолит, стоявший и никого до того не трогавший ниже по склону. Вот тут до наблюдателей как вверху, так и внизу, донесся металлический лязг и грохот обрушения камней.

После второго удара платформу закрутило в обратную сторону, она плоско шлепнулась на трассу и понеслась вниз, как звенящая циркулярная фреза, уже без новых фатальных столкновений, сбривая и отбрасывая в стороны все, что попадалось ей на пути торчавшего. Подобно раскрученному гироскопу, она была устойчива, сохраняя ориентацию в пространстве и направление движения. По нижней параболе вертушка прошла легко, вжимаясь в поверхность и шлифуя снежный наст, выскочила прямехонько на трамплин и вылетела с него, похожая издали на вращающийся лист фанеры. Перелетев через падь и взбив там очередное облако снежной пыли, салазки ухнули на склон дальней сопки, прямо в заросли дубняка, в которых, как предполагалось, скрывался неприятель. Духи, озорничавшие до того довольно весело, глумясь, постреливая и погромыхивая, мгновенно притихли, затаились.

– Ну вот, что и требовалось доказать, – сообщил довольный запуском железки Докучеев. – Во всяком случае, трассу для тебя расчистили так, что лучше и невозможно.

– Это точно, – согласился с ним Серж, – расчистили. А ты заметил, где самое тонкое и опасное место? Вон те две скалы, надо точнехонько между ними проходить.

– Да, наши Сцилла и Харибда, – неожиданно щегольнул Иван Станиславович знанием греческой мифологии. – Ну, что? Еще по одной?

– Только осторожно! Чтобы прошло буквально по лезвию бритвы. По волоску. Тоненько!

Будку на полозьях подтащили к месту старта и осторожно, прицелившись в проход между камнями, пустили вниз. И в этот раз все получилось как нельзя лучше. Снаряд миновал все возможные преграды, явные и до поры не выявленные, удачно просквозил опасный участок, не задев ни одну из скал, и далее