Узоры тьмы - Кэри Томас

то, что я видела, было по-настоящему. Во всяком случае, у меня возникло такое ощущение. Я думаю, она показала мне, как допрашивали Элинор, что согласуется с признанием, которое мы читали. И я видела, как… – Анна попыталась унять предательскую дрожь в голосе. – Я видела, как Элинор горела на костре. А потом я…

Аттис присел рядом с ней на корточки, сведя брови на переносице:

– Что?

– Я почувствовала, что тоже горю. И это не было… не было то же самое. За этим наблюдал весь Лондон…

Аттис покачал головой:

– Это все было не по-настоящему. Это все ее штучки. Она проникает тебе в голову, чтобы свести с ума.

Выражение его лица сказало Анне, что с ним Яга именно так и поступила. Она понимала, что он прав, что видения, которые насылала старуха, были сделаны так, чтобы казаться реальными, отыскивать твои слабые места и попадать прямо в них, но она до сих пор чувствовала жар костра на своей коже.

– Это еще не все, – сказала она. – В видении с Элинор у мужчин, которые допрашивали ее, на шее висели цепи… с подвесками с символом БППКП.

Крест в круге. Она мгновенно его узнала.

Эффи сощурила глаза:

– Значит, охотники преследовали Элинор с Ханной, а теперь идут по нашему следу?

– Символы нередко заимствуют. Возможно, БППКП взяло какой-нибудь древний символ и стало само его использовать, – произнес Аттис, но голос у него был слабый, севший от страха. – Ну, то есть это если все эти видения были правдой, а они ею, скорее всего, не были.

– Яга же сказала, что охотники захотят наше проклятие, – напомнила ему Анна. – А что, если это все как-то связано?

Анне не понравилось, как загорелись глаза у Эффи при мысли о том, что они имеют какое-то отношение ко всему происходящему.

– Возможно, в пророчестве на самом деле говорится о нашем проклятии…

– Нет, – попыталась Анна унять энтузиазм сестры. – Я имею в виду не это, а то, что, если верить пророчеству, для них представляют интерес все проклятия.

– Ты понимаешь, что она делает? – Теперь в голосе Аттиса звучал огонь. – Подкидывает тебе наживки, которые должны завести тебя в ловушку!

– Или пытается нас предостеречь.

– Ты слишком доверчивая и наивная, чтобы понять, что она попросту водит тебя за нос…

Анна обернулась к Аттису, чувствуя внутри искру неукротимости Яги:

– Наивная?! Я выросла на лжи и угрозах, если ты вдруг забыл! Я знаю, как с ними управляться.

Ее вспышка явно огорошила Аттиса; стальной блеск в его глазах слегка смягчился.

– Я просто… Я не хочу, чтобы ты пострадала… Ведь я мог бы легко положить всему этому конец.

– Аттис! Ты мне пообещал! – возмутилась Анна. – Я попытаюсь, и ты попытаешься.

Глаза Эффи сузились.

– О каком обещании речь?

Анна посмотрела на Эффи, мгновенно смутившись:

– Ни о каком. Я просто велела ему перестать постоянно предлагать принести себя в жертву… Это бесит. Как бы то ни было, мы должны хотя бы обдумать бредни Яги, в противном случае мы будем просто дураками. – Она повторила начало загадки.

                 – Мария, Мария, упрямица,

                 Как твой садик растет-разрастается,

                 Где колокольцы серебрятся, и тисы траурно клонятся,

                 И вранокамни вразнобой…

– Я знаю, что значит слово «вранокамень», – сказала Эффи. – Слышала, как Азраил употреблял его. Ведьмы Хада называют так надгробия.

– Серьезно? «И вранокамни вразнобой…» Что-то вроде кладбища? – предположила Анна.

– На кладбищах растут тисы, – неохотно признал Аттис. – Это древесная магия ведьм-огам – тис защищает мертвых, помогает их душам совершить переход.

– В Хад.

Губы Эффи скривились.

– Мой Хад везде, и я навеки в нем… – пробормотал Аттис угрюмо, и Анна поняла, что это цитата откуда-то[14]. – Послушайте, давайте загадки Яги вы будете разгадывать без меня. Я сыт ими по горло. – Он вздохнул, потом устремил взгляд на Анну. – Но я могу попытаться разузнать про этот Афедаль, если это поможет. В Лондоне есть лавка, где продаются магические карты. Я свяжусь с хозяйкой, может, у нее что-нибудь найдется.

Анна кивнула:

– Спасибо.

Он кивнул в ответ и ушел.

– Все бы ему в картах рыться, – закатила глаза Эффи. – Он их обожает. Всегда обожал.

Анна вернулась обратно к пустому камину. Выражение, с которым Аттис в очередной раз предложил себя в качестве решения проблемы, тревожило ее. Не надо ей было рассказывать о своем видении.

– Он перенервничал.

Эффи кивнула, как будто не видела в этом ничего необычного.

– Он всегда становится такой, когда ему кажется, что он не может ничего контролировать и ему не под силу всех защитить.

– Ну, мы не можем позволить ему и дальше верить, что он – единственный способ положить конец проклятию.

Эффи бросила на сестру колючий взгляд:

– Разумеется, не можем. Я же сказала тебе, я не допущу, чтобы Аттис снова себе повредил.

Анна не стала ничего отвечать. Ей не хотелось вступать в спор об Аттисе.

– Мы должны продолжать поиски. Наша мать встретилась с Ягой и отыскала заклинание, благодаря которому на свет появился Аттис. Мы можем сделать то же самое. Даже если у нас не выйдет снять проклятие, есть шанс, что нам удастся продержаться этот год, продолжить жить нормальной жизнью.

Эффи воззрилась на нее с таким видом, как будто знала, что Анна сама не верит в то, что говорит.

– Вернуться к нормальности? Пойти в университет?

– Почему нет?

Темные глаза Эффи снова сверкнули.

– Потому что мы предназначены для чего-то большего.

– Ты таким способом пытаешься уклониться от подготовки к экзаменам?

Эффи фыркнула:

– Возможно. – Она передвинулась на край кресла. – А возможно, я ощущаю то же, что и ты… что-то назревает.

Анна ничего не ответила, но от слов Эффи по спине у нее пробежал холодок. Она чувствовала, что тьма подступает со всех сторон и все стремительно выходит из-под контроля, а она каким-то образом во всем этом замешана.

– Для ведьмы нет преград, кроме ее воображения… – Эффи протянула Анне руку, и татуировка в виде паука вновь перебралась к ней на ладонь. – Вместе…

Анна посмотрела сестре в глаза. Когда они оказывались вдвоем, у нее возникало чувство, что вместе они могут быть чем-то большим, только она не знала, хорошо это или плохо.

– Вместе, – отозвалась она, протягивая руку.

Паук перебежал к ней. За ним тянулись тоненькие ниточки магии. Анна попыталась поймать его, но он проворно вернулся обратно к Эффи.

Та ухмыльнулась:

– Пожалуй, нам с тобой стоит сделать парные татуировки.

– Как тебе слова «Берегись моей сестры»?

– Целиком и полностью одобряю.

Нить из тени