Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

– Не переживайте, брат Сяо, мне говорили, будто бы в Черчене есть пара искусных лекарей. Как выберемся, сразу покажем им вашу сестру, – сказал он. Этот человек только что спас ему жизнь, и, промолчав при таких обстоятельствах, Цуй Буцюй показал бы себя как черствый и неучтивый господин.

Сяо Люй горько усмехнулся:

– Мэй-нян мне не родная сестра – дочь дядюшки. Когда она была маленькой, один гадатель сказал, что ей на роду написано страшное несчастье – то ли гибель, то ли похищение, – и потому ей следует на несколько лет оставить родные края. Тогда семья отправила ее обучаться боевым искусствам в школу Желтых гор, и с тех пор мы не виделись больше десяти лет. В прошлом году старики из ее семьи вдруг попросили меня приехать: оказалось, что по пути домой она вдруг бесследно исчезла. Они боялись, что Мэй-нян попала в беду, и просили меня помочь найти ее. Все зацепки привели меня сюда, но я никак не думал, что…

Для женщины подобная участь была, пожалуй, хуже смерти даже по меркам северных земель, где нравы всегда отличались определенной свободой.

Они еще долго изучали каменное подземелье, но так ничего и не нашли: оставалось лишь вернуться туда, откуда и начались поиски. Трупы тигра и стражников так и лежали на прежнем месте, а к запаху благовоний примешался запах крови, так что аромат утратил все свое очарование и, напротив, казался тошнотворным.

Сяо Люй обыскал все вокруг, но не обнаружил никаких потайных проходов. Скрывать тревогу у него получалось все хуже: о себе он не беспокоился, но с ним была настрадавшаяся Мэй-нян, и чем дольше они здесь будут оставаться, тем хуже для нее.

– Здесь как будто углубление в камне, – вдруг сказал Цуй Буцюй.

Сяо Люй воспрял духом, подошел ближе и принялся тоже ощупывать стены и пол. В самом деле, в углу нашелся камень, лежавший чуть ниже остальных. Сяо Люй с усилием надавил на него.

– Поддалось! – просиял он.

В тот же миг с потолка полилась вода, окатив их с головы до ног.

– Беда! – Цуй Буцюй вдруг осознал, для чего нужны были два стражника: видимо, устройство можно было запустить только вдвоем, а сейчас камень прожал один Сяо Люй, и потому проход не открылся. Хуже того, вода так и лилась нескончаемым потоком, словно они ненароком открыли ров, ведущий прямиком к озеру.

Подземелье стремительно затапливало, вода доходила им уже до середины голени. Если ничего не предпринять, они и вовсе никого не спасут – только сами утонут.

«Лучше поздно, чем никогда», – подумали Цуй Буцюй с Сяо Люем, переглянувшись. Не теряя времени, даос нащупал второй такой же камень и нажал на него одновременно с Сяо Люем.

Водослив с гулким грохотом медленно затворился, а на его месте из стены выдвинулся еще один камень.

– Неужто Дуань Циху собирался настоящий подземный дворец построить? – горько усмехнулся Сяо Люй.

– Вряд ли он сам все это соорудил, – заметил Цуй Буцюй. – По-моему, это подземелье больше смахивает на древнюю гробницу. Вероятно, Дуань Циху ее разграбил, а комнаты приспособил под собственные нужды.

Сяо Люй вдавил появившийся камень, и сбоку наконец показался проем, сразу за которым начинались ступени, ведущие вверх. Должно быть, это и был настоящий выход!

Оба с облегчением выдохнули. Первым на лестницу шагнул Цуй Буцюй, за ним последовал Сяо Люй с Мэй-нян на спине. Что до остальных пленниц, сейчас они им ничем помочь не могли и намеревались вернуться, когда сами окажутся в безопасности.

Подниматься пришлось недолго – за это время успела бы догореть лишь одна палочка благовоний. Впереди показался свет, и послышались истошные вопли Дуань Циху.

Цуй Буцюй полез в тайный ход и ввязался в эту опасную и изнурительную погоню только лишь для того, чтобы помешать Янь Сюэсину. Пусть Дуань Циху и суждено было погибнуть, но перед смертью необходимо было вытащить из него как можно больше сведений о Тринадцати Заоблачных Теремах. Одного Юй Хэна недостаточно: требовалось сопоставить показания этих двоих, чтобы понять, где правда, а где ложь.

И вот, когда Цуй Буцюй наконец выбрался из подземелья, меч Янь Сюэсина как раз распорол Дуань Циху брюхо.

062

Сказать, что Дуань Циху был на последнем издыхании, – не сказать ничего. Янь Сюэсин уже успел отрубить ему руки и ноги, и теперь он, испустив последний пронзительный крик, лишь тяжело дышал, выпучив глаза. Янь Сюэсин стоял рядом, глядя, как тот истекает кровью, и лишь когда счел, что враг достаточно намучился, воткнул меч ему в живот.

Когда Дуань Циху бежал, спасая собственную шкуру, даже не задумываясь о судьбе родных, Янь Сюэсин понял: такого человека смертью домочадцев не пронять – в миг, когда на волоске висят жизни всей семьи, его заботила лишь собственная судьба. Так что если он хочет, чтобы Дуань Циху в последние свои часы страдал, то остается лишь истязать его тело.

Учитывая все, что Дуань Циху успел натворить за свою жизнь, Цуй Буцюй не смягчился бы к нему, даже если бы Янь Сюэсин не просто отрубил разбойнику руки и ноги, а еще и отрезал нос и выколол глаза. Вестника раздосадовало другое: Дуань Циху лежал при смерти, а значит, теперь от него уже не удастся получить никаких зацепок о Заоблачных Теремах.

Завидев Цуй Буцюя с Сяо Люем, Янь Сюэсин насмешливо улыбнулся:

– Что, тоже пришли расправиться с ним? Прошу меня извинить, но я вас опередил.

Он нагнулся к тому, что осталось от его заклятого врага, и прожал несколько жизненных точек, запирая кровь, а потом влил в Дуань Циху немного собственной ци. Конечно, делал он это вовсе не из жалости: он желал лишь продлить мучения разбойника, а не спасти его.

Видя, что Янь Сюэсин схватил Дуань Циху за ворот и собрался куда-то утащить свою добычу, Цуй Буцюй со всех ног бросился к нему – не напрасно же он превозмогал все тяготы подземелья.

– Постойте, господин! – крикнул он.

Янь Сюэсин прикинулся, будто ничего не слышал, и двинулся прочь, но тут вдруг Сяо Люй воспарил и с обнаженным мечом ринулся на Янь Сюэсина.

Поначалу тот не воспринял противника всерьез, но вскоре обнаружил, что меч его чрезвычайно остер, а сияющая ци перекрыла все пути к отступлению. Волей-неволей пришлось бросить Дуань Циху и принять бой.

Засверкали клинки, но, обменявшись парой-другой ударов, противники внезапно отпрянули друг от друга. На бесстрастном лице Янь Сюэсина мелькнула тень удивления:

– Кто вы?

Сяо Люй спрыгнул с верхушки дерева: рукава его развевались, ветер играл длинными черными прядями, кончики которых были белее снега, словно иней случайно пристал к его волосам. Да