Гибнущий мир - Карина Крылова

там уже было негде встать. На высоком постаменте прямо перед воротами застыла мрачная фигура в черном в окружении личной охраны, вокруг прибавилось вооруженных людей в разноцветных одеждах. Они выстроились позади отряда Фэнриса, выбиваясь из стройных рядов облаченных в доспехи солдат Аталейна.

– Не похоже, что все закончится переговорами, – неуверенно сказала Айрин.

Она осматривала беспокойную толпу. Общее настроение собравшихся, превосходивших отряд Газ-ан-Далада числом, настораживало. Квинт поискал взглядом Фэнриса – внимание того по-прежнему было поглощено застывшим перед ними мужчиной.

– Надо подступиться к лаэту Фэнрису!

– Стой здесь, – Минос сжал локоть Квинта, оттаскивая его в сторону, – ты весь в крови и только спровоцируешь их. Нам придется положиться на Фэнриса и позволить ему самому разобраться.

Квинт не сразу, но отступил. Люди продолжали стекаться на площадь, пока не заняли все свободное пространство. Квинт с Миносом и Айрин держались чуть в стороне, чтобы в случае чего подоспеть вовремя, и вскоре и возле них уже стояли горожане. Зажав между собой Айрин, Квинту и Миносу приходилось сдерживать натиск толпы.

– Жители Цзиньшу!

На крыше дома, недалеко от того места, где стоял Юй Хэн, из песочной дымки выступил Юй Чжэюань, по правую руку от него стояла Ло Фэнси. Они переоделись: на Ло Фэнси были черные одежды, расшитые золотым изображением феникса, в то время как на таких же одеждах Юй Чжэюаня был изображен дракон.

Подняв правую руку вверх, Юй Чжэюань дождался, пока толпа затихнет и рассмотрит его на фоне темнеющего неба.

– Как вам прекрасно известно, семья Ло, всегда отстаивавшая наши интересы и независимость, была обвинена в сговоре с Газ-ан-Даладом, а после убита в одну ночь. Казалось, доказательства были неопровержимы. Вы наверняка задавались вопросом, как так вышло, что праведная семья оказалась замешана в сговоре. Но сейчас вам стоит оглянуться, посмотреть друг на друга и на воинов Газ-ан-Далада и спросить: откуда они здесь, если предатели мертвы? Почему они все еще находятся в Цзиньшу? Ло Фэнси…

Бесстрашно ступив вперед, Ло Фэнси обратила на себя внимание. Толпа зашумела, стоило им разглядеть ее повнимательнее. Природу шума было сложно определить: половина людей, не скрывая презрения, сплевывала на землю, половина неверяще, с какой-то надеждой смотрела на девушку.

– Вы вправе мне не доверять, но я прошу вас хотя бы выслушать меня! – начала Ло Фэнси звонким, крепким голосом. Дождавшись, пока толпа затихнет, она продолжила: – Наш дом не посмел бы даже помыслить о том, чтобы предать Цзиньшу! В одну ночь к нам явились воины Газ-ан-Далада, которые были в сговоре с Юй Хэном! Все документы, найденные в комнате моего отца, были подброшены. Разве вам не казалось странным, что никто не выжил при нападении? Как удобно: если нет свидетелей, значит, некому и встать на защиту семьи. Но у меня есть доказательства, что именно Юй Хэн провел их в город. Он же дал им пустующий дом, ставший их крепостью! Желая править единолично, глава Юй продал наш город Газ-ан-Даладу, платил им дань и давал обещания, которые не имел права давать! Я была в отчаянии и не знала, как доказать его вину и свою невиновность. Мне улыбнулась удача: в Цзиньшу прибыл Фэнрис-лаэт. Он стоит сейчас перед нами, рискуя всем, чтобы помочь арестовать Юй Хэна для справедливого суда. После этого – я клянусь вам! – он сразу же покинет город.

Квинт видел, что Ло Фэнси продолжала что-то говорить, но он совершенно ее не слышал. Разъяренная толпа словно по команде ринулась на газдаладских воинов. Ярость изменила их до неузнаваемости, они стали похожи на зверей: оскал зубов, точно у рассвирепевшего льва, горящие алым взгляды. Стоявшие ближе всех к высоким воротам поместья Юй люди стали выламывать их, навалившись всем весом. Кто-то полез вверх, пытаясь карабкаться по стенам, кто-то бешено отбивался от газдаладцев, стремящихся вырваться из оцепления, хотя это было бесполезно. Взбудораженную и жаждущую крови толпу было не остановить. Вскоре ворота пали.

К счастью, солдат из Аталейна никто не трогал – Фэнрис отдал им приказ расступиться, организовав коридор, и отойти в сторону. Квинт, Минос и Айрин, пробравшись сквозь толпу и стараясь не попасть под руку особо рьяным горожанам, поспешили к Фэнрису.

– Лаэт, что нам делать дальше? – спросил Квинт, едва оказался рядом.

Фэнрис никак не отреагировал, продолжая безмолвствовать.

Минос отрешенно смотрел в сторону своих бывших товарищей, которые, продолжая бороться, рубили подступающих к ним людей.

– Построение каре! Мы вчетвером пойдем в центре! Защищать лаэта! Возвращаемся в лагерь!

Ко всеобщему удивлению, команду отдал Квинт. Несмотря на заполнявшую его неуверенность, он смог перекричать шум сражения. Он встал перед воинами лорда и Аяза, приготовившись к спорам и препирательствам, но те, получив приказ, с готовностью построились. Растерянность в их глазах вмиг сменилась решимостью и готовностью защищать.

* * *

Дни после ареста Юй Хэна тянулись медленно. Фэнрис стал раздражительным и угрюмым. Он почти ни с кем не разговаривал и занимался какими-то одному ему известными делами. Айрин была расстроенной и рассеянной. Квинт постоянно куда-то уходил и чаще всего возвращался изрядно помятым и непривычно тихим. Его снедало чувство вины.

Город постепенно восстанавливался: рынки заработали в тот же день, ближе к закату, перекрытые улицы открыли. Горожане начали выходить из своих домов без опаски, и вскоре Цзиньшу наполнился прежним шумом и гомоном. О случившемся напоминали разве что следы крови на площади перед наполовину сгоревшим поместьем Юй да раздающиеся тут и там шепотки сплетниц.

Главу Цзяо заключили под стражу. Ло Фэнси лично отдала приказ и сопроводила его в темницу. На ее лице застыла маска безразличия, ни одно оскорбление, слетевшее с языка старика, не достигло цели.

Юй Чжэюань отдал закладные на дом главе Цзи без какой-либо оплаты или призрачного намека на ее обещание, чтобы сохранить достоинство. Все же дом Цзи не стал поддерживать Юй Хэна даже под страхом полного уничтожения рода.

Газ-ан-Далад остался ни с чем. Целый отряд клановых воинов погиб у ворот поместья Юй. Умереть вдали от родных стен не было чем-то необычным, почетная обязанность отомстить за подобное ложилась на кшатри, но не в этот раз. Дела между главой Юй и Зейдом велись втайне, месть будет приравниваться к нарушению нейтралитета Цзиньшу. Газ-ан-Далад никогда на такое не пойдет.

Минос, прохаживаясь по улицам в поисках выживших газдаладцев, если таковые вообще были, подозревал, что новость о его местонахождении и о случившемся в Цзиньшу пока не ушла далеко за пределы города. Зейд слишком умен, чтобы погибнуть здесь вместе с остальными, так что он был где-то на полпути от Цзиньшу, и затишье