Фантастика 2026-158 - Максим Арх

С этими словами Тагази приблизился к сейду вплотную, потянувшись, сунул руку по локоть в проем между камнями и положил сверток, так и не развернув, там. Потом, отступив на два шага, поклонился с достоинством и посмотрел на волшебную пирамиду перед собой, как на живого человека. Сейд был огромен, да. В отличие от других подобных сооружений, у этого на трех малых подпорках стоял не один, а целых три камня. Причем самый верхний был необычной формы, напоминавшей вырубленную топором, плохо проработанную, но вполне узнаваемую голову с грубым намеком на лицо со стороны, обращенной к гоплиту. Таким и должно быть лицо у Черного Шамана, подумал Тагази. Некрасивым, невозмутимым, непроницаемым. Людей должно бросать в дрожь при одном только взгляде на него. Почувствовал, что ему снова стало не по себе, с теми же симптомами: сердцебиение, стесненное дыхание. Тем не менее, глядя в этот каменный лик, он продолжил монолог.

– Нойд! Послушай меня! Я не хочу, чтобы ты думал, будто я отношусь к тебе не с должным почтением, и не оказываю приличествующего тебе уважения. Это не так. Дело в том, что просьбой поговорить с тобой меня застали врасплох, уже здесь, но если бы я знал об этом заранее, я бы приготовился лучше, нашел и принес бы тебе, что следует, кусок бирюзы и орлиное перо. И я принесу тебе все это, когда окажусь поблизости в другой раз. Поверь мне. Бирюза у меня уже есть, а вот с орлиным пером придется постараться, потому что разогнали всех орлов, не летают они больше над нашими землями. Но и это не проблема, если надо, я достану тебе перо где угодно. Главное, чтобы ты не разозлился на Макара с Лидушкой. Они хорошие люди, однако, не нашей крови, и, хоть живут в этих лесах почти всю свою жизнь, не знают обычаев, иначе, конечно же, сами принесли тебе все, что подобает. Да, кстати, теперь и наши с тобой соплеменники не помнят, не знают старых обычаев, что уж говорить о других? Тем не менее, я прошу тебя помочь моим друзьям так, будто они все сделали правильно. Ведь ты, насколько я знаю, шаман Ночного Пути - так проведи для них полную церемонию! Уверен, у тебя имеется полный набор магических предметов, вся твоя волшебная связка. Помоги Лидушке, помоги Макару, помоги исцелиться сыну их Даньке. Ну, и нас не забудь, тех, кто пришли к твоему дому этой ночью, проследи, чтобы мы вернулись обратно живыми. Предоставь нам духовную защиту, шаман! Мы просим об этом!

Закончив говорить, Тагази стянул с головы шлем вместе с шапкой и снова склонился перед шаманом, и простоял так в почтительном молчании несколько долгих минут. Выпрямившись, с каким-то смущением и неловкостью, очевидно, за разговоры вслух, пригладил волосы, расправил косицу и, укрыв голову защитой, уже собрался было уходить, но вдруг остановился. Он понял, ощутил в этот миг, что сказал не все, что должен и хотел бы. Другие еще слова голосили, вопили в нем. Он снова повернулся к нойду.

– Все, что я тебе сказал, шаман, до этого момента, так это то, что должно говориться по протоколу, по церемонии. Ты и сам знаешь. Но кое-что я хочу добавить и от себя лично, от души. Я хочу спросить тебя, Черный Шаман, долго ли еще ты собираешься стоять здесь бесполезным истуканом? Поправь меня, если я чего-то не понимаю, но мне кажется, что твоя Сила нашла тебя не просто так, не шутки ради, а для того, чтобы ты послужил ей своему народу. Не знаю уж, как ты оказался в таком положении, кто и за какие грехи превратил тебя в камень, но в результате ты оставил народ свой без защиты и покровительства, и с народом приключилась беда. Пришли другие, чужие из преисподней, люди не смогли им противостоять, и вынуждены были уйти под землю. А оставшиеся рассеялись по другим странам. Что же нам делать дальше? Чего еще ждать? Ты видишь, чужие снова здесь, в двух шагах от тебя, шаман, они делают все, что им заблагорассудится, а ты никак на это не реагируешь. А? Как же так, шаман? Враг на нашей земле, наши люди терпят беду и притеснения, а ты стоишь здесь немым чурбаном, даже не шевелишься, а лишь медленно, все глубже погружаешься в трясину забытья. Тебя еще знают, как Черного Шамана, кое-кто, но никто, никто уже не помнит твоего настоящего имени. Похоже, ты и сам не помнишь себя. А если так, какой смысл тебе быть вообще? Расслабься, и вон, заправляй чужие электрические игрушки. Или же восстанови свою память, напрягись как-нибудь, и вернись! Ты нужен здесь! Ты должен предоставить, ты обязан обеспечить народу духовную защиту! Короче, я сказал, ты, надеюсь, услышал. И, не обессудь. Я не со зла, и не потому, что хотел обидеть. Но просто, да, считаю, что ты нужен нам, и был бы полезен. Кто, как не ты, может собрать народ вновь! Ладно, оставайся. Думай, если еще можешь, а мне пора.

Он повернулся к сейду спиной и побрел прочь от него, в темноту, где, должно быть, как он надеялся, уже поджидали его товарищи. С плеч словно упала гора, но ноги странно обессилили и едва двигались, а в голове продолжали звучать сказанные им шаману слова, гулко, точно брошенные в пустой комнате камни, отскакивали от стен сознания – щелк, щелк, щелк! Может, поэтому он не сразу услышал прозвучавший позади голос. Но вновь раздался хруст, что-то следом обвалилось негромко, и тогда до него донеслось:

– Постой, воин! Не уходи!

Тагази почувствовал, как вслед за голосом точно пронзила его молния, и ноги едва не подогнулись совсем. Он замер, пригвожденный к месту, потом медленно повернулся. «Кто это, неужели нойд?» – пронеслось в голове. Вот этого-то он точно никак не ожидал. Несмотря на все свои верования, устремления и ожидания.

– Подойди ближе, – сказал шаман. При этом каменное лицо его оставалось неподвижным, и как ему при этом удавалось произносить слова, Тагази не понимал. Чудо, да, это было настоящее чудо. Или проявление магии, как хотите. В этом, вообще, есть какая-то разница? Чудо, магия... Разве только эмоциональная. Чудо не может быть со знаком минус, магия не