Непокорный Меч - Гарет Ханрахан

призывая к молчанию. "Сейчас не время обсуждать ошибки последнего совета. Смерть в буквальном смысле слова приближается ко всем нам". Он издал короткий, почти истерический смешок над собственной шуткой, и его рука взлетела ко рту, чтобы подавить его. "Если Дикие пойдут прямо на Некрад, то они могут оказаться у наших ворот уже через три дня. Если же свернут в сторону, чтобы ударить по замку Дуны, это может задержать их еще на два-три дня".

"Замок моего отца не может быть взят..." - начал было молодой Альфрик, но старый Альфрик лишь серьезно покачал головой, и мальчик замолчал.

"В любом случае, похоже, что мы в значительном меньшинстве. Турн собрал множество кланов Диких, и мы не имеем ни малейшего представления о численности их войска. Мы также не можем ожидать своевременного подкрепления из Дварфхольта или Саммерсвелла. Мы должны удержать городские стены, если хотим сохранить хоть какую-то надежду".

"Заступники обещают, что помощь придет", - провозгласила Марит. Молодые рыцари изо всех сил старались выглядеть благочестивыми, даже когда сэр Альфрик Младший подтолкнул сэра Прелана локтем. Альф закатил глаза.

"Конечно, мы будем молиться о том, чтобы быть достойными заступничества, - сказал Вонд. Ему снова пришлось постараться сохранить самообладание. Он махнул рукой, показывая, что говорить должен кто-то другой.

Альф заставил себя заговорить. "Турн мертв. Он был вождем племени Ас-Гола. Похороны будут длиться семь дней. Столько времени у нас есть". Я мог бы полететь на север на дредворме. Мог бы быть там.

Гамлинг фыркнул. "Они глупцы, если останавливаются, чтобы погоревать в разгар войны. Держу пари, они уже на марше".

"Если заклятые черепа сработают, - предположил Тредей, - то это, по крайней мере, хоть как-то поможет".

"Нам придется подойти достаточно близко, чтобы использовать эти чертовы штуки", - возразил Гамлинг. "А они вряд ли согласятся на еще одну встречу".

"Мастер Блейз говорил о пробуждении Каменных Драконов, - сказал ватлинг. "Это оружие предотвратило предыдущую попытку осады Некрада".

"Магистр Блейз не склонен проявлять инициативу, - сказал Вонд, - как и Заступники. Он прячется в своей башне, выходя лишь для того, чтобы передать грозные предупреждения".

"Я проделал весь этот путь из Саммерсвелла не для того, чтобы прятаться в башне или за стенами", - заявил сэр Прелан. "Если решение проблемы удержания города заключается в том, чтобы убить это дитя Перевертыша прежде, чем оно сможет нас осадить, то давайте сделаем это! У нас есть кавалерия, а у Диких - нет. Мои товарищи-рыцари хорошо вооружены магическими камнями и зачарованным оружием, а у Диких только палицы и копья. Давайте выйдем вперед и отрубим змею голову". Лицо мальчика пылало от возбуждения. Сэр Прелан был одного возраста с Вондом. Дети, пытающиеся вести войны.

Альф покачал головой. "Если ты не заметил, за стенами - сплошная грязь. Будь у нас еще месяц зимы, может, земля и выдержала бы твой вес. Но сейчас нет - Дикие будут развлекаться, используя тебя в качестве мишени для стрельбы, пока ты будешь пробираться через трясину".

Прелан щелкнул пальцами. "Карту, пожалуйста". Один из его помощников выбежал вперед и развернул на столе карту местности вокруг Некрада, скрыв шрам, оставленный топором. Карта была сделана совсем недавно: Некрад и все окрестные земли были аккуратно обозначены на языке Саммерсвелла, а над башнями города развевались маленькие знамена Лиги. Некрад был изображен как город с прямыми улицами и аккуратными домиками, из труб поднимались клубы дыма, а на полях за городом трудились крестьяне. Выдумка, нарисованная теми, кто никогда не видел севера.

Сэр Прелан с жалостью посмотрел на Альфа. "Может, я и новичок в этих краях, но в моей компании есть Альфрик, как и у Несравненного Пейра. Твой тезка, Альфрик сын Дуны, едет рядом со мной, и он знает поле боя не хуже любого другого человека". Прелан провел пальцем вдоль дороги, мимо Каменного Дракона. "Дорога к северу от Некрада проходит по возвышенной дамбе, намного выше Кладбища. Дикие воспользуются этим маршрутом, и, без сомнения, Перевертыш будет во главе их. Мы совершим вылазку вдоль Дороги и убьем ее, а затем отступим к стенам. А если не сможем отступить, так тому и быть - лучше умереть на поле с мечом в руках, чем за стеной. Если мы должны погибнуть, пусть это будет конец, достойный песни!"

"Это будет короткая кровавая песня – баллада о рыцарях, которые превратились в пепел!"

"Ты выжил", - выплюнул Гамлинг. "Ты говорил, что она призвала молнию и в Бавдуине, и все же ты здесь, Ламмергейр. На тебе нет ни единой царапины".

"У меня есть Разрушитель Чар".

"И все равно ты потерпел неудачу", - тихо сказал Вонд. "Несмотря на все твои похвальбы по поводу уничтожения монстров, тебе не удалось избавить нас от этой опасности. Возможно, пришло время другой руке взяться за меч, в то время как Ламмергейр возьмет на себя другую обязанность, более подходящую мужчине его лет. Сэр Ламмергейр, передадите ли вы меч чемпиону, которого выберет совет?"

Хотел ли Вонд наказать Альфа за непослушание или считал его ответственным за то, что случилось у Бавдуина, Альф сказать не мог. Но старый стыд терзал его. Неотесанный болван, деревенский парень без имени и титула - ему не место в этом привилегированном совете.

"Меч, - продолжал лорд Вонд, - наше лучшее оружие против Перевертыша - я предлагаю, чтобы им владел другой, чье мастерство и сила неоспоримы. Возможно, сэр Прелан. Что скажете вы?"

"Есть ли у меня право голоса?" раздался в зале совета голос Разрушителя Чар. Настоятельница Марит сотворила знак защиты от зла; улыбка исчезла с лица сэра Прелана.

"Не обращайте внимания на духа клинка", - сказал Вонд. "Он, как известно, злобен. Сэр Ламмергейр, заставьте меч замолчать".

Прелан встал. "Я возьму клинок!"

Альф положил руку на эфес меча. "Ты, черт возьми, этого не сделаешь". Он боролся с желанием урезонить юного негодяя. Он мог бы взять клинок и показать всем им, принять все их презрение и снисхождение, их слащавую, скупую похвалу и продемонстрировать истинную силу. Он убил лорда Боуна! Он был одним из Девяти - с кем из них можно было сравниться? Он подавил это желание, но крепче сжал меч.

"В этом нет ничего постыдного, кузен, - сказал рыцарь Форстер. "Весь Саммерсвелл знает, что вы - величайший из живущих рыцарей, герой Девяти. Но всему свое время. Что может быть лучшим символом обновления и надежды, чем передача символа прошлых побед новому чемпиону? Как сэр Пейр Паладин доверил