Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

Артур был настолько вне себя, что даже не понял, кто является этим самым злополучным Джереми. Между тем, это был даже не человек, а настоящий серый волк с широкой мордой с бакенбардами и мускулистым поджарым телом. Когда Артур проходил мимо господина Вольфа, единственной его мыслью было броситься перед ним на колени и умолять о том, чтобы их с Четверкой посадили в разные кибитки, как можно дальше друг от друга. Однако то ли оставшиеся крупицы гордости не позволили ему это сделать, то ли общее подавленное состояние, но он послушно возвращался к тому, кого так боялся, и ощущал себя в этот момент жертвой, которую ведут на заклание.

Волк терпеливо ждал, пока юноша дрожащими руками откроет дверь и сам зайдет внутрь. А так как тот медлил, не решаясь, то он показательно обнажил клыки, поторапливая пленника. Затем, убедившись в успешном выполнении своей миссии, он удалился к хозяину.

Артур обнаружил Уткена сидящим – перед ним горел огарок свечи, из-за чего еще больше делался акцент на его уродливом опухшем лице. Мельком взглянув на друга, Четверка счастливо улыбнулся:

– Я очень рад, что тебе досталось не так сильно!

Правда в том, что мне вообще не досталось, Уткен. Или Тень?

– Нет, серьезно, что тебе сказал управляющий? Он не бил тебя? Со мной вел себя просто как садюга. Я очень боялся за тебя. Не хотелось, чтобы ты сильно пострадал.

Артур, словно не слыша слов приятеля, осторожно присел на пол, всячески стараясь держаться как можно дальше от него. Четверка нахмурился.

– В чем дело? Ты сам не свой. Да, согласен, ситуация так себе… Но, может, кто-нибудь придет нам на помощь? Единица в последнее время был расположен к тебе… Вдруг ребята действительно бежали ночью, пока мы были в отключке? Или та же Оделян… Не думаю, что стоит слишком уж отчаиваться. Да и потом, что с нами будет? Нас просто вернут обратно в Доргейм, вот и все.

Артур продолжал угрюмо молчать, и Четверка вдруг каким-то внутренним чутьем догадался, что дело вовсе не во всеобщем исчезновении, равно как и не в том, что «добросердечный» управляющий на деле оказался совершенной скотиной. Юноша понял это и насупился. Избитое лицо его, и без того весьма непривлекательное, сделалось совсем отталкивающим.

– Не хочешь со мной говорить, да? – хмуро произнес он, сверля Артура тяжелым взглядом. Он вдруг с досадой вспомнил разговор со Спайки у костра.

– Почему ты… Здесь, вместе со мной? – через силу выговорил Артур, с опаской глядя на Уткена. Вероятно, вид у него со стороны был ужасно трусливый, ибо Четверку вдруг озарила мысль:

– Я понял. Ты думаешь, будто это я все специально подстроил, да? – обвиняющим голосом пробормотал он. Клипсянин невольно ощутил в сердце стыд, хоть и не понимал вполне, чем было вызвано это неприятное чувство.

– Я ничего не думаю… Я не знаю, – тихо ответил Артур. – Только почему-то все исчезли, а остался именно ты. И тогда, когда Азор повстречал на болотах Духа, с ним был только ты.

Четверка вспыхнул от негодования. Было видно, что разбушевавшиеся эмоции переполняют все его существо, и в какой-то момент показалось даже, что он вскочит на ноги и набросится на Артура. Но, разумеется, ничего такого не последовало.

– Да иди ты! – в сердцах презрительно произнес он и отвернулся, насколько это вообще было возможно.

Они больше не говорили, и через какое-то время Артура сморил болезненный сон. Покачивающиеся движения кибитки действовали на него не хуже снотворного, а надуманные страхи так измотали его, что он отключился, едва только коснувшись головой какого-то дешевого камзола с павлиньими перьями, валявшегося на полу и заменившего бедняге подушку.

Разбудили клипсянина довольно бесцеремонно – кто-то принялся изо всех сил трясти его за плечи. Распахнув глаза и увидев над собой склонившегося Четверку, Артур вздрогнул всем телом, не в силах побороть непреодолимый страх, который, казалось, уже накрепко укоренился в его сердце. Уткен, тут же распознав эмоции приятеля, дернулся, будто тот влепил ему пощечину. Лицо его было ужасно – оно совсем расплылось. Казалось, еще немного, и оно за ненадобностью своему обладателю само сойдет с него, подобно растаявшему сливочному маслу.

– Вставай и пошевеливайся, – сквозь зубы грубо пробормотал Уткен. – У нас мало времени. Скоро будет Полидекса.

– Чего тебе от меня надо? – вяло запротестовал Артур, однако Четверка, обычно нерешительный и робкий, с силой встряхнул его за плечи, дабы привести в чувство. Затем он сам поднялся на ноги и, проследовав в дальний угол кибитки, принялся греметь какими-то ключами, тихо ругаясь себе под нос. Только сейчас клипсянин понял, что в кибитке, где они находились – две двери: одна вела к управляющему, другая, по всей видимости, выходила на улицу. Его догадки подтвердились, ибо задняя дверь неожиданно распахнулась, впустив внутрь волну холодного завывающего ветра. Лошадь неслась во весь опор, кибитка податливо подпрыгивала на ухабах, и добрая порция снега залетела внутрь, охлаждая и приводя в чувство пленников. Уткен вновь подошел к Артуру и, схватив того за плечи, попытался поднять.

– Ну давай же, шевелись!

Безвольный клипсянин никак не помогал ему, но и не препятствовал, поэтому спустя какое-то время Уткену все же удалось дотащить того до границы их тюрьмы и желанной свободы. Мимо замученных пленников проносились облезлые деревья и остроконечные ели, запорошенные снегом. Неожиданно послышался громкий стук в противоположную дверь. Уткен вздрогнул и боязливо покосился себе за спину. Затем он склонился над ничего не понимающим Артуром, приблизил к нему свое лицо и принялся быстро говорить:

– Ты сказал мне как-то, что воровать нехорошо. Что ж, пусть так. Внутренне я согласился с тобой. Но все же это умение помогло нам теперь, ибо я выкрал ключ от обоих дверей. Та, что перед тобой, ведет на свободу, за другой находятся мучители, которые намереваются на нас нажиться. Мы сейчас скачем во весь опор, вряд ли они будут тормозить повозки. Да и потом, пока догадаются, что произошло, ты уже будешь в безопасности. Я столкну тебя вниз, постарайся сгруппироваться поудобнее, чтобы не расшибиться. Ты сейчас слаб, вероятно, действие напитка еще дает о себе знать, но скоро, я уверен, ты придешь в себя. Спрячься получше в Полидексе, заляг на дно, либо же убирайся подальше отсюда.

– Ты… Не попытаешься убежать вместе со мной? – хриплым голосом поинтересовался Артур, сам хорошенько не понимая,