Солнце - Ник Гернар

привели, больше напоминала серьезную лабораторию, чем офисный кабинет. Все стены были заставлены какими-то приборами, и вокруг них роились лаборантки в белых халатах. А в центре, на высокой кушетке, лежал сам глава «Биосада», укутанный проводами и трубками — в полосатой пижаме и накрытый тонкой простыней. Вокруг кушетки на металлических треногах располагались два больших монитора, на которых транслировалось происходящее в переговорной.

— Поднимите мне изголовье, и выйдите все, — своим искусственным голосом проговорил Антон Львович, и лаборантки дружно бросились выполнять его поручение.

И, когда весь персонал кроме охраны покинул комнату, патриарх наконец-то перевел свой тяжелый взгляд на нас с Яном.

— Молодежь… — проворчал он. — Одни мятежи в вас на уме. И революции. Ничего создавать не обучены, кроме новых проблем для самих себя.

Ян почтительно чуть склонил голову.

— Если это все, что вы хотели нам сказать, то, пожалуй, мы с Маратом пожелаем вам доброго здоровья и попрощаемся.

— Стоять! — прикрикнул на него Антон Львович, сверкнув глазами. — Прямое сейчас там, в одной комнате, собрано пятеро игроков, и по совместительству — глав мощных корпораций. А ты куда-то уходить собрался?

— Почему нет? — с завидным спокойствием проговорил Ян. — Ведь это не я их здесь собрал.

— Господин Гао Фэн — глава китайской энергетической компании СN, господин Хопкинс — руководитель гиганта «Северный Гром», который снабжает всю Америку военной продукцией, начиная от ядерных боеголовок и оборонных роботов и заканчивая бронежилетами. Господин Стивенс — хозяин корпорации «Милый Дом». И все эти люди в качестве партнеров нам будут очень нужны через год. Точно так же, как и Ладыженский с Никитиным. Что за ребячество, в самом деле?

— Я правильно понимаю, что вы решили заключить с ними ряд договоренностей, предложив в качестве стимулирующего бонуса не свои активы, а мои?..

— И что с того, даже если так? — прищурился Антон Львович. — Разве сам факт существования вас и всех этих ваших активов в нашей реальности не является результатом работы корпорации «Биосад»?

Внутри сразу стало так гадко, будто нечаянно дерьма хлебанул.

— Никак нет, — возразил я, нахмурившись. — Это «Биосад» принял участие в операции в качестве дружественного возвращения долга за спасенную жизнь наследника корпорации, Николая Свиридова.

— Молодой человек, — перевел на меня взгляд Антон Львович. — Я не занимаюсь благотворительностью. Я вкладываюсь в перспективные проекты. И вы — один из них. Но если вы оставите в стороне юношеский максимализм и посмотрите на ситуацию в целом, то поймете, что по большому счету ничего не теряете. Сам Флетчер, судя по всему, бесполезен, так что даже если американская сторона пожелает его забрать, я бы не сильно возражал. Что касается документации, ее существование с представителями других компаний я не обсуждал. Теперь по поводу пластин. Я считаю, куда рациональней создать единый исследовательский центр с большими вычислительными мощностями и значительным штатом, чтобы уже к концу месяца большая часть материалов была расшифрована. У нас слишком мало времени, чтобы из самолюбия тянуть с этим вопросом. Особое внимание следует уделить изучению технологического аспекта, и в случае, если в материалах действительно присутствует описание автономных бункеров, оружия или каких-то заградительных механик — все это необходимо тщательным образом исследовать и попытаться воспроизвести, чтобы разобраться, насколько они действительно эффективны. А вам я бы предложил сосредоточиться на изучении катакомб во втором невозвратном, пока это возможно. Проблему старательно пытаются скрыть от прессы, перенаправляя ее внимание в русло интриг и заговоров, чтобы не провоцировать панику. Но правда состоит в том, что случившееся с Селиверстовым-младшим — это не какая-то роковая случайность или результат сбоя навигационной системы. Просто пустыня неравномерно расширилась, выплеснувшись из прежних берегов на юг аж на двадцать километров. К счастью, там большой участок диких земель, так что никого это расширение по большому счету не затронуло… За исключением Селиверстова-младшего, разумеется. Ну и сотни местных дикарей.

— Звучит так, будто ради всеобщего блага вы решили поделиться со всем миром наработками старого ЦИР. Но вы же не занимаетесь благотворительностью, — возразил я.

— Сделать хорошо всем не означает отказа от личной выгоды, — отозвался Антон Львович. — «Биосаду» нужен интерфейс. У нас долгое время хранился один. Но, как оказалось, он неисправен. В случае начала игры наша компания не может себе позволить оказаться без прямого доступа к ее информационному полю, поэтому нам нужно решить это вопрос как можно скорее. Таким образом прямо сегодня главной целью встречи я вижу обозначение и утверждение общих целей, подкрепленные передачей Флетчера американцам — пусть теперь сами с ним возятся. И обещание совместной работы над расшифровкой ваших артефактов в случае исполнения моей просьбы. Ваша главная миссия на этом мероприятии — убедить всех присутствующих в практической ценности сведений, обнаруженных на пластинах. Так что вернитесь, пожалуйста, в переговорную. И решите поставленную перед вами задачу. Лучше без Басаргина. На его присутствии настаивал Гао Фэн, но я не уверен, что все остальные захотят обсуждать подробности своих взаимодействий в присутствии человека другого социального уровня. Без обид, Марат, — перевел он на меня свой полумертвый взгляд. — Корпоративная верхушка очень консервативна. Она даже членов моей семьи не всегда готова признавать за людей, равных себе. Вас можно будет пригласить в переговорную позже.

Ян слушал эту тираду с непроницаемым лицом, но я чувствовал, как напряжение исходит от него волнами. Когда Антон Львович закончил, в комнате повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь мерным писком аппаратуры, поддерживающей жизнь в иссохшем теле патриарха.

— Значит, вы хотите, чтобы я вернулся в переговорную, — спокойно проговорил Данилевский. — Убедил Гао Фэна, Хопкинса и прочих уважаемых господ в том, что сотрудничество с «Биосадом» на ваших условиях — единственно верный путь. А в качестве платы предложил им то, что вообще-то принадлежит мне. Отдал Флетчера и пообещал предоставить свободный доступ к артефактам, ради которых очень консервативная корпоративная верхушка не побоялась стать на время прогрессивной и поддержала судебный процесс над одним из своих. А потом один из гостей в вашей переговорной отправил за мной группу захвата, которую нам пришлось вырезать под ноль. И самое главное — провести всю эту рекламную акцию без Марата, чтобы ненароком не оскорбить чью-нибудь приверженность традициям. Потому что «корпоративная верхушка консервативна». Я вас правильно понял? — проговорил он, с недобрым прищуром склонившись над Антоном Львовичем.

— Вы все правильно поняли, — кивнул Антон Львович, и его искусственный голос прозвучал почти торжествующе. — Я рад, что мы пришли к взаимопониманию.

Ян медленно перевел взгляд на меня. В его глазах, теперь уже действительно оранжевых, почти горящих, виднелось что-то зловещее и звериное.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Данилевский. — Я сделаю, как вы