Солнце - Ник Гернар

я тебе завтра с курьером пришлю. Когда я отдал твою ДНК для исследования на предмет совпадений, в системе случился какой-то сбой. Она там столько народу тебе в дальние родственники записала — мама не горюй. Совпадения от 0,5 до трех процентов. Иногда даже все пять. Ради интереса я взял анализ Флетчера и сравнил его с твоими данными. Совпадение — три процента. Так что можешь взять этот документ, явиться в клинику и потребовать выдачу своего недееспособного родственника. Конечно, там на месте тут же сделают анализ и подтвердят, что это ошибка. Но это неважно. Главное — побольше шума и суеты. Само собой, официально я об этом твоем намерении не знаю, и потом принесу за тебя извинения. Не извинить тебя нельзя, ведь ты собственными руками спас Флетчера, рискуя жизнью. Неудивительно, что ты не хочешь его отпускать.

Я шумно выдохнул.

— Блин. Вообще-то из нас двоих Шут — это ты!

Ян улыбнулся.

— В связи с насыщенным графиком назначаю Отшельника моим дублером. Ниже печать и подпись.

— И зачем весь этот балаган?

— Чтобы о нем узнал наследник «Биосада», конечно, — ответил Ян. — Ночная встреча прошла без него, поскольку, насколько я могу судить, Николай не одобрил бы такой маневр патриарха. Само собой, внутри компании о случившемся ему не расскажут. Я — не могу, потому что связан корпоративной этикой. Да и плевать Свиридову-младшему на горести Данилевского. Ты — мог бы, но это слабый ход с возможными осложнениями. А вот если случится некий открытый конфликт в клинике, наследник сам придет с вопросами. К тебе. К раздраженному на тебя патриарху.

— Фу, — сморщил я нос. — Звучит омерзительно. Хочешь, чтобы я манипулировал Крестоносцем?

Ян нахмурился.

— Позволю себе напомнить, что нас с тобой только что хорошо поимели. А в ответ мы просто дадим возможность Николаю узнать чуть больше о своих близких, чем им бы хотелось. Само собой, никакой особенной реакции после этого эпизода ждать не стоит, поскольку авторитет патриарха слишком силен, и его влияние на остальных членов семьи трудно переоценить. Но…

— Костер разжигают постепенно, — проговорил я. — Сначала подбрасывают мелкий хворост, потом дрова посерьезней.

— В данной ситуации нам даже ничего подбрасывать не надо. Просто… подуть в нужную сторону.

Я умолк, растирая большим пальцем щетину на подбородке.

Город медленно просыпался. Ночь еще укрывала его сумерками, но часы уже показывали утро.

— Зная твой характер, могу предположить, что уложить всех биокоррозией тебе было бы комфортней и проще, — сказал после некоторой паузы Ян. — Но здесь это не работает.

— Ты хочешь посеять раздор внутри «Биосада». Тебе нужен сейчас раскол внутри этой компании?

— Нет, мне плевать на их домашние дрязги. Я хочу заменить короля.

Я удивленно приподнял бровь.

— Однако…

— Николай Свиридов по своему складу чем-то похож на тебя, — усталым голосом сказал Ян, тоже отворачиваясь в окно. — Не самая подходящая кандидатура для корпоративных плясок, но очень удобная для нас в контексте предстоящего начала игры. В чрезвычайной ситуации я бы предпочел иметь дело с молодым медведем, у которого «да» это «да», а «нет» это «нет». Чем с древним ящером, который сегодня прикидывается ископаемым, завтра — твоим покровителем, а послезавтра внезапным броском норовит откусить тебе руку.

Я вынужденно кивнул.

— Согласен.

— Есть еще кое-что, о чем ты должен знать. Временное правительство на то и временное, чтобы рано или поздно уступить место правительству законному и постоянному. «Белая Корона» намеревается выдвинуть Никитина в качестве кандидатуры на предстоящих выборах. Это пока неофициальная информация, но, если так действительно случится, я намереваюсь поддержать эту инициативу. Не демонстративно и громко, а вполголоса, но максимально эффективно.

В первую секунду я онемел. Потом открыл рот, чтобы шумно возмутиться.

Как так-то? Хозяина ферм по выращиванию ока Минервы — на царство? Серьезно?

А потом до меня дошло.

Каким бы уродом не был Никитин, он все-таки не лишен здравомыслия. И он — игрок.

Столкнувшись с бюрократической машиной государственной власти и судебно-правовых решений, Ян хотел видеть в главном кресле страны человека, которому по крайней мере не надо будет доказывать простые и очевидные любому игроку вещи.

И в данный момент в корпоративной среде был только один человек, у которого могло бы получиться занять это кресло вопреки традиционному постулату, что президент не должен быть связан с корпоративной средой. Его конкурентом мог бы стать Ладыженский, если бы не скандал с «ГеймМастером», в котором репутация главы «Всевидящего Ока» изрядно пострадала в глазах общественности, в то время как миротворческие действия «Белой Короны» наоборот добавили баллов Никитину. А тут еще ЧП со вторым невозвратным рифтом и претензии касательно недееспособности ЦИР…

Да, у Ладыженского шансов явно поубавилось.

— Судя по тому, что ты вот уже на протяжении пяти минут молчишь и продолжаешь ехать со мной в одной машине, ты догадался о моих причинах поступить таким образом, — повернулся ко мне Ян.

— Ну… Должен сказать, с твоей стороны это был смелый поступок — сообщить мне об этом вот так, без обиняков и прямо в лицо, — невесело усмехнулся я.

— Должен же и у меня быть хоть один человек на свете, перед которым можно ничего не разыгрывать, — скрипнул перчаткой Данилевский. — Поверь, обо всем этом и речи бы идти не могло, если бы не сроки. Кое в чем старый ящер прав — нам нужно хорошо подготовиться к началу игры. Можешь себе представить, какой это геморрой — государственная армия, пресса и общественное мнение в руках у человека, который в критический момент просто не понимает, что происходит вокруг на самом деле?

Я со вздохом растёр лоб кончиками пальцев.

— А еще у него есть эти фермы… Так ведь?

Ян вздохнул.

— Скажу честно. Я стараюсь не думать об этом. Надеюсь, научный центр, создание которого было инициировано сегодня, действительно сможет справиться с расшифровкой как можно быстрее. Чтобы хоть примерно понимать, что нас ждет. Но политические и военные решения в чрезвычайных условиях, Марат, это как… как ответственность хирурга. Всегда грязно, некрасиво и много крови. И еще неизвестно, выживет ли пациент. Но если совсем ничего не делать и заботиться о чистоте рук, он точно умрет. Поэтому я… не могу тебе гарантировать, что этот метод никогда и ни при каких условиях не будет использован. Ты как-то сказал Локи, что лучше сдохнешь, чем переступишь через какие-то внутренние законы и правила. Достойная позиция. Но обречь на смерть одного себя из-за принципов — это одно. И совсем другое — принять аналогичное решение за десятки, сотни тысяч других людей. Или, к примеру, за своего