Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

он вернулся и снова засел в беседке. Тут уж Фэнбао вернулся. И допил вино прямо из кувшина – мало ли, вдруг там и правда яд? Тем более что выглядел малыш Юань совсем бледным.

– Не говори только, что ты поверил этому лису, – потребовал Фэнбао.

– Нет. – Малыш Юань нахмурился. – Его слова меня не убедили.

– Так чего же ты тогда такой кислый?

– Я солгал брату, сказав, что мне ничего не известно. Я ненавижу лгать родным! – Он в сердцах ударил по столу так, что чарки подпрыгнули. – Мы семья! Разве могут между нами быть недомолвки?! Противно!

Фэнбао выдохнул так тяжело, что пар изо рта пошëл.

– Мой император вырос среди братьев, которые предавали и убивали друг друга. Взойдя на престол, он казнил самую шуструю половину, оставил лишь тех, кто слишком его боялся, да тех, кто не смог бы взойти на престол по здоровью или способностям. Правда, и за этими установил надзор. Все императорские семьи таковы: отец растит сыновей, которые только и мечтают о том, как расправиться с ним и друг с другом. Почему твоя семья должна отличаться, а, глупый баоцзы?

Малыш Юань гневно сверкнул глазами.

– Ты бык, ставший демоном, у тебя никогда не было семьи! Тебе не понять, каково мне сейчас! Пойди прочь, собирай вещи!

Фэнбао взял его чарку, допил из неë тоже.

– У меня был мой пион, – сказал он негромко и ушёл.

Глава 26

– Не горбись! – Веер старшего братца с треском приложил еë между лопаток.

Шэ Юэ выпрямилась в седле. Мало того что еë заставили надеть шляпу с вуалью, так ещë и осанку приходилось держать всю дорогу, и есть аккуратно. Братец как будто решил за несколько дней пути выучить еë тому, чему матушка и за годы не смогла!

Сам он собрал волосы в гладкий пучок, против своего обыкновения, и слова произносить старался так же звонко и чисто, как А-Юань. То есть изо всех сил делал вид, что живëт в столице. Правда, Шэ Юэ так и не поняла зачем: всем же известно, что клан Шэ – священная школа из Цзянху.

Лесистые холмы сменились скучными полями, вдалеке шëлковой лентой поблëскивали извивы реки. Спокойный и мирный пейзаж – старший братец даже заставил Янь-яня вспомнить какие-то стихи по случаю, – но Шэ Юэ было неспокойно. Что, если А-Юань в столице станет… другим?

Она вспомнила Линь-эра из школы Горного Ветра. Когда дядя Жуань-цзы брал его с собой, Линь-эр всегда был добр к ней, показывал, как делать запруды на ручье и вить из травы силки для птиц. Но однажды отец взял еë с Юем в гости с ответным визитом, и Линь-эр сделал вид, что не знает еë, прогнал, не разрешив играть с мальчишками. Ему было стыдно с ней водиться!

Шэ Юэ навсегда запомнила это предательство. Вдруг и А-Юань застыдится еë…

Но А-Юань встретил их за воротами, а с ним – десять воинов с флагами, в парадных доспехах, изукрашенных оскаленными львиными мордами.

Всех торговцев с тюками, всех путешественников с котомками, всех лоточников, даже верблюжьих погонщиков разогнали, чтобы дать проезд маленькой повозке да трём всадникам!

Шэ Юэ впервые порадовалась, что шляпа скрывает еë лицо и дорожная одежда тоже новая, потому что все глазели на неë!

Янь-янь тоже надвинул шляпу пониже, съëжился, а вот Цзюэ, наоборот, будто стал ещë выше: горделиво поглядывал по сторонам, но делал вид, что никого не замечает, просто любуется пейзажем.

– Не вздумай выскочить первая. Сиди и молчи! – прошипел он Шэ Юэ, прежде чем легко спрыгнул с коня и поклонился А-Юаню.

– Недостойный подданный Шэ Цзюэ приветствует светлейшего принца Ци! – громко провозгласил он. Вызнал даже титул А-Юаня!

А-Юань спешился, такой славный, улыбчивый, придержал его под локти.

– Вы добрались, господин Шэ! Я рад. – Он учтиво кивнул Янь-яню, прячущемуся за повозкой. – Молодой господин Шэ.

Потом… потом поклонился Шэ Юэ, и глаза у него заблестели, теперь он едва сдерживал улыбку, чтобы не стала ещë шире!

– Барышня Шэ.

Шэ Юэ совсем растерялась, забыла, что нужно по этикету: молчать или сказать «здравствуйте»?

Ей хотелось подбежать и крепко обнять А-Юаня, но, чего доброго, братец еë потом отлупил бы. Поэтому она просто поклонилась. А потом приподняла вуаль и подмигнула А-Юаню… и, не удержавшись, скорчила рожу – так, чтобы только он видел: высунула язык, скосила глаза к переносице. А-Юань так и прыснул со смеху, но тут же овладел собой.

– Вы, должно быть, устали с дороги. Прошу вас, проследуйте в моë скромное жилище! – серьëзно сказал он и, вскочив на коня, скомандовал отправление.

* * *

Скромное жилище! Шэ Юэ никогда ещё не видела такого великолепия! Огромный сад с озером, и ручьями, и высокими деревьями, что растут не кучками среди вытоптанных тренировочных площадок, а укрывают сенью мостики, беседки и лужайки. Вместо огорода, поросшего сорняками, потому что ни у кого руки не доходили до прополки, раскинулись цветники с такими огромными розами и такими высокими кустами хризантем, что их будто с Небес спустили!

И вообще, стоило ступить в ворота поместья, как весь шум, все запахи улицы оставались где-то далеко, в другом мире. Ах, не удивительно, что А-Юань любил свой дом!

Правда, то, что этот дом окружало, Шэ Юэ не слишком понравилось. Она думала, что столица будет красивой и яркой, но оказалось, что всё в ней напоминает город призраков Ван Сиюя: та же суета, те же разносчики еды и уличные гадатели, топот волов и крики торговцев… даже лица как будто те же.

Ещё хуже становилось от траурных лент и полотнищ. А-Юань тоже был в трауре, оказывается – умер его брат, но он сказал об этом, извиняясь, словно это не горе, а какая-то досадная помеха.

Это было вовсе не похоже на её А-Юаня, и она вновь вспомнила город призраков – как гадала тогда, живой её возлюбленный или иллюзия.

Ещё ей не понравилось отчего-то, что богатые отгородились от бедных огромной стеной с воротами, а император отгородился даже от богатых. По дороге Цзюэ рассказывал ей, что так и должно быть, что-то про оборону и так далее, но всё равно это было неправильно. В деревне все жили вместе, и бедные, и богатые, никому не пришло бы в голову строить отдельный квартал. Одно дело – огородить свой двор, чтобы никто не подглядывал, но отделиться совсем…

Да, конечно, за той стеной, где жил А-Юань, было тише и чище. И скучнее. Пусть он говорил, что поместья