Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Люй-эр и Цзяо-эр засмеялись с облегчением.

– Какие истории вы знаете, господин! – Цзяо-эр в благодарность влила ему чарку вина прямо в рот. – Никогда о таком не слышала.

– А я слышал только в детстве. – Люй-эр принялся разминать ему плечи. Пальцы у него и вправду были что надо, умелые. – Говорят, лет сто назад, когда тут было много речных разбойников, они прятались под землëй, и их сокровища с тех пор там лежат. Но прадедушка нынешнего Сына Неба навсегда эти берега очистил от разбойников и демонов, без них про тайный город все забыли.

Опять подземные сокровища и тайны. Недаром Фэнбао так долго избегал этого места! Будто сам воздух здесь был отравлен.

Малыш Юань говорил, что, когда стоит солнечная погода и нет траура, в столице весело и красиво, но всë, что видел Фэнбао, – вечную слякоть на вонючих улицах, не в меру разросшиеся купеческие усадьбы, лачуги внешнего города, едва не лезущие на стены города внутреннего.

Облупившаяся краска, поблëкшая позолота…

Лодки на реке ему, пожалуй, нравились, но стоило подойти ближе к лижущим каменный берег коричнево-зелëным волнам, как в нос ударял запах гнилой рыбы и человеческих испражнений.

Малыш Юань заявлял, что это его дом, что он любит этот город, а сам удирал в степь при первом удобном случае. Разве место благородному соколу в выгребной яме? Вот такие, как Люй-эр и Цзяо-эр, здесь чувствовали себя вольготно! Деньги не зазорно и из нечистот вылавливать!

В конце концов он приказал этим двоим провести время без него и просто смотрел, задумчиво ощипывая виноградную кисть.

Значит, слуг не казнили за то, что проморгали смерть хозяина. Но почему? Неужто были сообщниками убийцы? Тогда скоро жди новостей о том, как они со стыда повесились. Может, свою плату они получили, да только кто оставляет в живых таких опасных для дела людей? И что, император ни на ком не выместил гнев за смерть сына? Не пожелал смерти хотя бы его слуг?

Папаша, чужими руками избавляющийся от сына, начавшего мутить воду… чего только не бывает у этих царственных семей!

– Слишком заковыристо, – недовольно сказал он вслух.

Цзяо-эр немедленно убрала обнажëнную изящную ногу с плеча Люй-эра.

– Вам не хочется смотреть на такие игры, господин? Надо быть грубее?

– А? – Фэнбао и забыл, на что смотрит. Фыркнул. – В наши дни даже шлюх надо всему учить! Иди сюда, покажу, как надо.

«Только не показывать им “угря, прячущегося в расщелине”», – напомнил он себе. Кое-кто просто волю терял, когда демон удлинял язык в самые неожиданные моменты. А эти, чего доброго, убежали бы в ужасе…

* * *

В конце концов ему стало скучно и душно. Он высыпал усталой, взъерошенной парочке остатки серебра, перецеловал девушек, давно забросивших играть музыку и налегавших на закуски.

Ничего в этом городе его не веселило, так что он решил отвязать от причала какую-нибудь лодку, отойти на середину реки, чтобы поймать хоть немного прохладного воздуха с гор, а там уж распить бутылочку вместе с луной и облаками.

Луна как раз вылезла на небо полная, белая, подмигивала из-за туч, маня…

…а значит, тëмное, без огней, судно, пришвартовавшееся к берегу, выбрало не лучшую ночь.

Фэнбао как раз спустился в шлюпку и собирался оттолкнуться от причала, да замер с веслом в руке, пригнувшись.

Из чëрного брюха корабля вышел неприметный матрос с фонарëм. Осмотрелся, махнул рукой. Следующим показался погонщик – иначе его назвать было нельзя, потому как по трапу он вëл скованных между собой рабов, оборванных и грязных. У каждого на голове был мешок, так что шли они послушно, будто стадо – куда потянет вожака пастух.

Из-за угла подъехала, громыхая, крытая повозка, запряжëнная мулами. В неë рабов набили как сельдей в бочку, так что оси прогнулись.

Никто этих людей не жалел, никто ими не дорожил. На продажу, значит? Или…

Фэнбао привязал лодку обратно и, подождав, пока скроется в трюме матрос, бесшумно последовал за скрипучей повозкой.

– Не высовывайся, – шикнул он на луну, и та послушно закрылась облаками.

* * *

Повозка петляла по улочкам, будто возница не знал дороги, но, когда его вздумали остановить стражники, хватило пары слов и чего-то показанного на ладони, чтобы они отступили. Даже деревенским дурачком он не стал прикидываться. Неужто не в первый раз…

Фэнбао сперва решил следовать за ним по крышам, но луна не исполняла договор – то и дело высовывалась посмотреть, – и он спустился на землю, опасаясь, что его тень будет заметна.

Впрочем, и так следить было удобно: вот повозка свернула в переулок, остановилась в тупике…

Он слишком поздно понял, что это значит, и едва успел перехватить направленное ему в затылок копьë.

Двое, замотанные в чëрное так, что только глаза блестели из складок ткани, накинулись одновременно: оба орудовали короткими копьями, а вот ему с кнутом в узком переулке было не развернуться. Вокруг – высокие стены, не навязать им бой на крыше.

«Да и к чëрту!»

– Кто тут первым хочет помереть, а? – поддразнил он, прижимаясь лопатками к холодному камню. Двое сосунков, подумаешь! Двух ударов достаточно будет, чтобы с ними справиться…

Так он думал, пока глаза «сосунков» не зажглись жëлтым пламенем.

Тот, что был повыше, повëл плечами, хрустнул шеей. Тот, что поменьше, выставил руку, показывая удлинившиеся когти.

Значит, ублюдки вроде того, которого малыш Юань притащил в лагерь. Фэнбао вздохнул.

– А, так вы из тех, что демонами себя называют? Ну и дурачьë же вы! Не узнали своего предка!

Первому он дохнул огнëм в лицо, и тот отскочил, взвыв, прикрываясь руками. Второй, неожиданно гибкий, умудрился подскочить сбоку и пронзить ему когтями горло насквозь. Только вот вытащить их не успел – Фэнбао схватил его за предплечье, ногой упëрся в грудь…

Затрещала ткань, заорал недодемон, и упал на мостовую, истекая кровью.

Фэнбао с трудом выдернул его когти из шеи, швырнул руку обратно хозяину. Говорить было неприятно – кровь хлестала, заполняя рот, – так что пришлось расправляться с идиотами молча, а это отнимало половину веселья.

Когда всё было кончено, он перешагнул через тела и отдëрнул полог повозки.

– Вылезайте! Вы свобо… – прохрипел он и медленно опустил полог.

В повозке никого не было.

Но как?! Он следил за этими ублюдками всю дорогу, и ни на мгновение они не останавливались!

А потом, пусть он был занят боем, не пропустил бы толпу рабов, бегущую мимо в узком переулке!

– Ну и где они? – с вызовом спросил он у мула, дремлющего в упряжке. Мул