Трансцендентные - Стивен Бакстер

Когда прошел шок, я обнаружил, что лежу на спине и смотрю в мчащееся небо, а весь воздух выбит из моих легких. Я изо всех сил пытался сесть.

Над морем собиралось грибовидное облако. Маленькое, совершенное, симметричное, оно было возвращением кошмара двадцатого века. Вокруг его основания из воды вырывались огромные огненные струи. Я предположил, что нам удалось дестабилизировать некоторые из тех самых залежей гидратов, которые должны были обезопасить, что пламя возникло в результате воспламенения части выделившегося метана. Теперь ветер начал дуть в другую сторону, мне в спину, когда огромная волна жара над океаном начала поднимать воздух к небу и засасывать более холодный воздух с суши.

Я был окружен обломками, разбросанными людьми. Я не мог видеть Тома, или Джона, или Шелли, или кого-либо еще. Я понятия не имел, что стало с Макаем и Барнетт. От низкой сцены, на которой они стояли, не осталось и следа.

Беспилотник с камерой завис перед моим лицом, менее чем в пяти сантиметрах от моего носа. Камера представляла собой вращающуюся сферу размером с мой большой палец. Открылся крошечный портал, и на меня сверкнула линза, похожая на драгоценный камень. Я ошеломленно уставился на него.

Казалось, я не функционировал. У меня были проблемы с дыханием, как будто мою грудь сдавили железными обручами. Казалось, я ничего не чувствовал, даже твердой земли под спиной или арктического холода, и не слышал ничего, кроме неясного, глухого рева. Было почти приятно сидеть тут, в то время как вокруг меня хлопотали бегающие люди, вращающиеся дроны, хлопали куски разорванного шатра.

И рядом со мной была Мораг.

Она сидела на земле, ни на волос не сдвинувшись с места, несмотря на ветер. Но ее лицо было искажено тревогой. — Ты в порядке?

Я мог слышать ее, но больше ни черта не слышал. Согнул руку, проверяя суставы. Ответил на ее вопрос. — Думаю, да.

И тут до меня дошел смысл нашего обыденного разговора. Она была здесь. Я даже мог разобрать ее слова. Я уставился на нее. — Черт. Мораг.

— Знаю, — сказала она. — Это чертовски круто, не так ли?

Мы просидели так еще один удар сердца. Затем я протянул руку, и внезапно она оказалась в моих объятиях, теплая и настоящая.

Кажется, я потерял сознание.

ТРИ

Надо мной нависла Соня. Она была вся в грязи, правую руку прижимала к животу, из раны на ее лбу текла кровь. Она закричала: — Слышишь меня, Майкл? Можешь двигаться?

Я заставил себя выпрямиться. На секунду мир посерел, как будто реальность снова уходила из меня, но ощущение рассеялось. Соня протянула здоровую руку, чтобы помочь мне подняться, но поморщилась. Я встал, пошатываясь. Не думаю, что когда-либо чувствовал себя таким старым, таким обессиленным.

Я оперся на Мораг. Она всегда была сильной, но сейчас казалась очень прочной, как каменная колонна. На ней был простой белый комбинезон — практичная одежда, которую она всегда предпочитала. Но сейчас комбинезон был заляпан грязью и брызгами крови, чьей-то другой крови, а ее светло-рыжие волосы растрепал ветерок. Она была еще более погружена в мир, чем раньше, когда ветер, казалось, не мог коснуться ее.

Каким-то образом она вернулась: на этот раз не призраком, не ускользающим видением, мелькнувшим краем глаза, но здесь.

— Ты настоящая, — сказал я.

Она посмотрела на себя сверху вниз. — Настоящая?

— Ты вернулась в этот мир. — Я коснулся брызг грязи на ее рукаве. — Раньше тебя не было. Теперь ты такая.

— Это выглядит именно так, верно? Как странно.

Внезапно моя голова наполнилась вещами и вопросами, задать которые ей я хотел семнадцать лет. Но даже в тот момент за всем этим стояло одно острое воспоминание о том, что Джон сказал мне об их романе, крупица боли.

Я огляделся. На самом деле, как мне показалось, толпа была гуще, чем до взрыва. Инженеры и важные персоны, покрытые грязью и кровью, бродили вокруг или сидели в грязи. Гостей виртуальной реальности взрыв, конечно, не затронул. Они ходили, как сверкающие призраки, по полю боя, в которое превратилось наше мероприятие; у некоторых из них в руках были даже напитки. Я подумал, было ли у нас несколько посетителей, которых не было здесь до взрыва. Это было обычное явление: любители бутылочных горлышек, как их называли, туристы-катастрофисты.

Я обратил внимание на остальных: Шелли, Джона, Тома. Все они выглядели побитыми и грязными, но не имели очевидных серьезных травм — никто, кроме самой Сони, которая вела нас, несмотря на поврежденную руку. Казалось, она единственная из нас, кто ясно мыслил. Я догадался, что сказалась ее военная подготовка, и был благодарен за это.

Все уставились на Мораг. Возможно, помог шок от того, что мы только что пережили взрыв; если бы все не были притуплены этим, я не знаю, как бы мы справились.

Перепачканное грязью лицо Тома было маской обиды и недоумения. — Папа…

Я почувствовал укол сожаления, что не смог спасти его от этого глубокого потрясения. — Позже. Мы разберемся с этим.

Вернулось что-то от его сухого цинизма. — Что ж, нам будет о чем поговорить, не так ли?

Соня постучала себя по уху; возможно, она получала информацию через свои служебные импланты. — Хорошо, служба безопасности ЗИ выясняет ситуацию. Макай и Барнетт мертвы. На буровой много пострадавших. Сотрудники ЗИ делают хорошую работу, но они обеспокоены последующими атаками. И они надеются перекрыть каналы виртуальной реальности, чтобы мы могли избавиться от этих любителей узких мест.

— А как насчет полиции, властей?

— Посмотрите сами. — Она указала.

Снаружи, где остался след от разрушенного шатра, толпились полицейские и военные, и когда мой слух восстановился, я услышал рев автомобильных двигателей, хлопанье лопастей вертолета. В любом случае, они должны были быть под рукой, чтобы обеспечить прикрытие для этого мероприятия с большим количеством VIP-персон, но они были незаметны, а теперь, казалось, просто вырастали из тундры.

Соня начала выводить нас из шатра. — Полиция штата Аляска на данный момент расследует инцидент. Они хотят вытащить нас отсюда, нас