Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

– Жду приятеля.

– Ну ладно. Очень приятно было снова встретиться. Заходи как-нибудь в Хибару Курощупов!

– Непременно, – задумчиво произнёс Джантифф в спину удаляющемуся Олину.

Олин предъявил пропуск и прошёл на Поле голосов. Элементы головоломки сложились в уме Джантиффа с болезненной настойчивостью облегчения, наступившего после слишком долгого ожидания, – и образовали картину потрясающих пропорций. Не может быть! Конечно же, где-то вкралась ошибка. Но где? Джантифф рассматривал результат то с одной точки зрения, то с другой. Результат не менялся – величественный в своей ужасной простоте.

Приближалось назначенное время – куда запропастился Риль Шерматц? «Почётные гости» сотнями вливались на Поле голосов. Джантифф с напряжением вглядывался в каждое лицо: Шерматц мог бы и поторопиться!

До полудня оставалось меньше двух часов. Джантифф устал стоять на одном месте и проглядел все глаза, но заставлял себя не терять бдительность. Взглянув через плечо в щель между пластинками жалюзи, он увидел, что огромная овальная площадь уже заполнилась. От «почётных гостей» буквально прохода не было. В их числе, понятное дело, оказался Олин. Но почему через турникеты не спешил ни один из бывших соседей Джантиффа из Розовой ночлежки? Лихорадочные мысли остановились, натолкнувшись на препятствие. Ошибка? Несоответствие? Возможно. Опять же, может быть и нет.

Над площадью прогремел аккорд фанфар. Из сотен громкоговорителей зазвучал гимн Аррабуса. Церемония начиналась. Несколько припозднившихся «почётных гостей» спешили к турникетам, спрыгивая на бегу с полотна латерали. А Шерматца всё не было!

Громкоговорители разнесли над Полем голосов оглушительный голос:

– Уважаемые почётные гости! Делегаты Аррабуса! Эгалисты всей страны! Шептуны приветствуют вас! Скоро, несмотря на козни отчаянно сопротивляющихся прогрессу эксплуататоров и реакционеров, они поднимутся на Пьедестал, чтобы поделиться с вами сокровенной, но осуществимой мечтой, поразительными перспективами будущего! Враги равноправия делают всё возможное, чтобы воспрепятствовать воле Шептунов, и вскоре все мы убедимся в том, что происки оппозиции приобретают поистине катастрофические масштабы! Но не падайте духом! Наша сила – в единстве! Наш путь – …

Джантифф бежал к Четырнадцатой латерали – Риль Шерматц сходил с движущегося полотна. Заметив Джантиффа, Шерматц приветственно поднял руку:

– Прошу прощения! Меня задержали важные дела. Но у нас ещё есть время. Пойдём, вот твой пропуск.

У Джантиффа онемел язык – он с огромным усилием выкрикивал бессвязные фразы:

– Нет, нет! Назад! Нет времени! Нет времени! – Схватив Шерматца за руку, он остановил его продвижение к турникету. Риль Шерматц удивлённо смотрел Джантиффу в лицо. Джантифф выпалил: – Здесь нельзя оставаться. Уже ничего нельзя сделать, ничего! Пойдёмте, надо бежать!

Шерматц колебался только мгновение:

– Хорошо. Куда бежать?

– Ваш космический бот на космодроме. Нужно взлететь – как можно выше!

– Так и сделаем. Но ты не мог бы объяснить…

– По пути! – Джантифф бежал, бросая торопливые обрывки фраз через плечо. Шерматц, бежавший рядом размеренной атлетической трусцой, помрачнел темнее тучи:

– Да, вполне логично… даже вероятно… Ты прав, риск слишком велик.

Они взбежали по трапу в космический бот. Люк закрылся, бот взмыл над Унцибалом – бесконечными параллельными рядами разноцветных блоков, сходившимися в дымке перспективы. Немного в стороне простиралось Поле голосов, почерневшее от плотной толпы «почётных гостей». Шерматц прикоснулся к кнопке телеэкрана. Послышался голос:

– …задерживается всего лишь на несколько минут. Шептуны уже прибывают. Они поведают вам, с какой неутолимой ненавистью враги народа стремятся оболгать и подорвать успехи эгализма! Будут названы имена! Будут изложены неопровержимые факты!.. Шептуны всё ещё не прибыли. Они уже должны были подняться на Пьедестал. Терпение! Подождём ещё пару минут…

– Если Шептуны покажутся на Пьедестале, значит, я ошибся, – сказал Джантифф.

– Интуиция подсказывает мне, что у тебя есть веские основания для опасений, – отозвался Шерматц. – Но я всё ещё не могу разобраться в фактах. Ты упомянул некоего Шваркопа, перевозящего грузы, а также некоего Олина. Какая между ними связь? С чего начинается цепочка умозаключений?

– С несоответствия, уже подмеченного ранее и вами, и мной. Настоящих Шептунов знали очень многие – многие знали и Шептунов-самозванцев. Самозванцы похожи на настоящих Шептунов, но недостаточно похожи, чтобы обмануть знакомых. Самозванцам необходимо свести к минимуму риск того, что их опознают и разоблачат.

Олин от кого-то получил пропуск на Поле голосов. От кого? Он – приятель Эстебана, но в «почётные гости» никак не годится. Пропуска получили и те, кому они действительно предназначались, – например, члены Совета депутатов. Эти почётные гости хорошо знали покойных настоящих Шептунов. Думаю, что сейчас на Поле голосов собрались все знакомые Эстебана, Скорлетты и Сарпа. Все они получили пропуска и все удивлялись своему везению, предполагая, что в число «почётных гостей» они попали случайно. Я не видел никого из Розовой ночлежки, но они могли прибывать к другим воротам, по предыдущей латерали. Кроме того, шесть пропусков кто-то послал по почте в Аластроцентрал. Допустим, что коннатиг так-таки приехал бы в Аррабус. Провокационные плакаты вполне могли бы возбудить его любопытство. Разумеется, он не стал бы выходить с Шептунами на площадку Пьедестала. Но он, скорее всего, воспользовался бы одним из пропусков.

Шерматц коротко кивнул:

– К счастью, коннатиг этого не сделал – можешь не сомневаться, мне это известно наверняка. Какую же роль во всей этой истории сыграл перевозчик грузов Шваркоп?

– Будучи оператором аэробаржи, Шваркоп сделал шесть рейсов, перевозя фракс… – У Джантиффа возникло тошнотворное ощущение – ему показалось, что его слова вызвали катастрофу. Город под космическим ботом исчез в клубах грязного дыма. На мгновение Поле голосов превратилось в ослепительное пятно белого пламени, сразу утонувшего в гигантском грибообразном облаке пыли. Во многих других точках Унцибала сверкнули такие же вспышки и выросли такие же гигантские клубящиеся грибы. На месте Розовой ночлежки и шести других жилищных блоков, а также «Приюта путешественников» и Аластроцентрала образовались зияющие кратеры. В Уониссе, Серсе и Пропунции взлетели на воздух, вместе со всеми жильцами, ещё тринадцать блоков, тоже превратившихся в столбы пыли и горячего пара.

– Я был прав, – прошептал Джантифф. – Увы, я был прав.

Шерматц медленно протянул руку и нажал на кнопку:

– Корчионе!

– Слушаю.

– Операция отменяется. Вызовите госпитальные суда из ближайших систем.

– Так точно!

Опустив голову, Джантифф выдавил:

– Если бы я всё понял чуть раньше…

– Ты понял – и успел спасти мне жизнь, – сказал Шерматц. – По меньшей мере это обстоятельство меня ничуть не огорчает. – Шерматц посмотрел вниз на Унцибал, где ветер относил к югу оседающую пыль: – Теперь ясно, в чём состоял их план. Подлежали уничтожению три категории людей: все, кто хорошо знал настоящих Шептунов, все, кто хорошо знал самозванцев, – и третья, небольшая группа людей, включающая коннатига или представителя коннатига, в зависимости от того, кто приедет наблюдать за торжествами. Но ты выжил, и я выжил. Их план провалился.

Заговорщики об этом ещё не догадываются. По их