Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

class="p1">К вечеру Велль скомандовала «Стоп!» и мы остановились. Ребята занялись обустройством лагеря, а я вышел на берег. Именно здесь полноводная Пья сливалась с, не менее полноводной, Шорс. Ого! Да это не река, а море! Другого берега и не видно! А виден, на самом горизонте, как раз тот самый островок Такарелла. Чем же ты страшен? Почему не вернулись три экспедиции эльфов? Может, у тебя подводные скалы? И лодки эльфов попросту разбились о камни? Нет-нет, здесь всё гораздо серьёзнее. Не такие эльфы дураки, чтобы всем сразу на остров причаливать. Тем более, после первой пропавшей экспедиции. Тогда, что там? А течение здесь, между прочим, стремительное. Словно у горной реки. Из-за чего бы это? М-м-м… пожалуй, дело вот в чём. Здесь начинаются предгорья. Вон, дальше по течению уже идут возвышенности и небольшие горы. Я знаю, что дальше Пья, вобравшая в себя воды Шорс, сворачивает в сторону, не в силах пробиться сквозь камни. Но здесь, она сумела проложить себе русло в каменных берегах. И здесь же в неё вливается Шорс, то есть, почти столько же воды, сколько было до этого. И этой массе воды тесно в каменных берегах. А размыть их трудно. Поэтому такой бешенный напор течения. Трудно будет здесь высадиться на берег Такареллы! Я имею в виду, трудно, без помощи водяного элементаля. А мне так не хотелось никого из них напрягать до высадки! Но, придётся.

Я присел на валявшийся поблизости валун и принялся размышлять, планируя свои действия. В каком порядке мы будем высаживаться, как будем продвигаться по острову, как обеспечивать возможное отступление. Гм! Пожалуй, первой пустим эльфийку. У неё и глаза острее и слух гораздо тоньше. Если кто-то где-то шевельнётся, она услышит первой. Гай, конечно, будет против, но так будет лучше. Вторым… вторым лучше идти мне. Не потому, что безопаснее. А потому, что так проще прийти на помощь и первому и последнему. Замыкать наш отряд будет Гай. Он тоже, лучше меня, в лесах ориентируется. И следы читает. Значит, это решено. Теперь про высадку. Тут сложнее. Лучше, если Велль будет страховать нашу высадку и сойдёт на берег последней. А кто первым?

- Эй, Лёха! – окликнули меня.

- Да, Гай? – повернулся я к нему.

Это был не Гай. Это был хафлинг. Кралон Киркобородый. Морок и наваждение.

- Может, тебе нужно чего? – уныло спросила галлюцинация.

- Нужно! – твёрдо ответил я, – И готов платить за это! Золотом!

- А чего нужно?! – просиял хафлинг.

- Мне нужна самая важная вещь на этом свете. Да и на всех других тоже. Только не все ещё здесь это понимают. Информация. Мне нужна информация. С чем таким ужасным нам придётся встретиться на острове Такарелла, когда мы на него высадимся? Можешь ты ответить на этот вопрос? Я плачу!

Хафлинг нервно затеребил свою бороду и принялся расхаживать передо мной взад и вперёд, напряжёно размышляя. Это что, тайна? Он боится выдать какой-то секрет? Что такого секретного может быть на острове? Я навострил слух до самого предела. Хафлинг бормотал себе под нос:

- За триста пятьдесят меня просто побьют свои же… За четыреста пятьдесят Лёха не согласится… Он же не сумасшедший! За четыреста?.. или попробовать четыреста двадцать? Нет, лучше четыреста тридцать, и постепенно скидывать понемногу, до четырёхсот… десяти! Да! Это лучший вариант!

И хафлинг развернулся ко мне, с сияющим выражением лица.

- Триста шестьдесят золотых монет! – сказал я первым.

Вы бы видели, как сползала улыбка с его морды! Знаете, есть глупая и жестокая шутка: дать ребёнку вместо конфетки пустую обёртку? Тот разворачивает её с замиранием сердца… а там вместо конфетки – скрученная бумажка. Вот так же сползала улыбка с лица хафлинга. Неотвратимо превращаясь в гримассу боли и обиды.

- Четыреста… сорок! – шмыгнул носом хафлинг.

- Триста шестьдесят… пять! – прибавил я.

- Четыреста тридцать пять! – повеселел Кралон.

- Триста семьдесят! – я снова прибавил.

- Четыреста тридцать! – на лице Кралона опять заиграла улыбка. Он явно надеялся, что мы в итоге выйдем на четыреста золотых. Фигушки!

Нет, мне не жалко было золота. Даже не знаю, как объяснить. Мне было жалко отдавать сверх того, что сам Кралон считал нормой. Кроме того, золото могло очень понадобиться впоследствии. За триста пятьдесят хафлинга будут презирать свои же. По его словам. Четыреста он считает нормальным торгом. С прибылью. Значит, нормальная цена без прибыли – триста семьдесят пять. Или я не прав?

- Триста семьдесят! – повторил я, – И ни полупака больше!

- А? – улыбка опять сползла с лица хафлинга, – Как это, триста семьдесят? Нет!!!

Час. Целый час шла отчаянная торговля. С топаньем ног, стуканьем кулаком по валуну, яросным швырянием разных предметов себе под ноги и уходом прочь. И возвращением, конечно. Мы сторговались на триста восемьдесят пять. Ну не умею я торговаться, как следует! Я же не из этого мира! Я привык к ценам на бирочке.

- Ладно! – сдался Кралон, держась за сердце и изо всех сил показывая, как ему плохо и как он погорел на торговле, – Неси деньги!

- Нет! – заявил я твёрдо, – Я отсчитаю тебе деньги в лагере. После того, как ты всё расскажешь. Всем нам. Троим.

- Триста девяносто, – быстро сказал хафлинг. Мгновение подумал и добавил, – Пять!

Я молча встал и пошёл к своим. Не глядя на гнома. Кралон бежал рядом, забегая то с одной стороны, то с другой.

- Ну? – не выдржал он наконец.

- Ты мне не интересен! – заявил я, – Проваливай! Или соглашайся на мои условия.

- Ну, ладно, не триста девяносто пять! Триста девяносто два! А?

Я молча шёл вперёд, не глядя по сторонам.

- Триста девяносто?..

Я молчал.

- Триста восемьдесят семь?!..

Я вышел к костру и присел на кучу хвороста.

- Триста восемьдесят шесть? – спросили из-за спины, – С половиной?

- Триста восемьдесят шесть ровно! – сказал я отчётливо.

- Чего триста восемьдесят шесть? – повернулись ко мне одновременно и Гай и Велль.

- Ну? – прикрикнул я, – Или сделка разрывается навсегда!

Понурый Кралон сделал шаг из-за моей спины.

- Хафлинг! – обомлел Гая и сел прямо на колючий репейник.

- Хафлинг! – взвизгнула эльфийка, и в руках её появился лук с дрожащей стрелой, наложенной на натянутую до отказа тетиву.

- Господин