Упал намоченный - taramans

Из-за стола поднялся невысокого роста, коренастый генерал-майор.

«Осипов, Николай Петрович. Назначен примерно год назад. Только-только генеральские погоны получил. Х-м-м… Видно, что еще не привык и периодически косится на расшитую красоту. Кайфует мужик!».

Улыбаясь, генерал подошел к пришедшим.

«Ну вот, что и требовалось доказать… Про секретуток имею в виду: вон он, как ощупал взглядом Светочку. Прямо-таки ощупал, раздел и уестествил. Х-м-м… Как бы у Полянской карьера после этого вызова не поперла в гору: сколько я таких случаев в будущем видел. Да-да… Один из самых известных, это когда у Шойгу советница была в звании генерал-майора. Ага! В двадцать-то шесть лет, красотка девица. Наверное, кубик Рубика во рту языком секунд за десять собирала — как же такую не отблагодарить за… 'Стойко переносить все тяготы и лишения службы». И ведь переносили, кисы эти, ох какие они тяготы переносили!

Многие в их сторону плевались и матерились, но… Представьте сами: если бы эти девицы не отсасывали у начальников, не помогали тем сбросить нервное напряжение — какие разносы ждали бы подчиненных⁈ А так… Поработала девчонка губами и языком, начальник сбросил пар, успокоился и неохота уже ему никого «драть» за упущения в работе, расслаблен он и мягок!'.

Васильев рывком стянул белую перчатку и осторожно пожал протянутую генеральскую руку. Начальник осмотрел Серегу, как молодого племенного жеребчика, с усмешкой хмыкнул:

— Хорош, хорош… Гвардеец просто, да, Василий Митрофанович? — повернулся генерал к сидевшему за приставным столом у начальственного места полковнику.

— Да, хорош, товарищ генерал. Неплохо их там, в милицейских частях, муштруют. Хоть сейчас на пост к знамени УВД ставь.

Улучив секунду, пока Осипов возвращался на свое место, Васильев одними губами, уголком рта, спросил Светлану:

— Полковник — кто?

— Карташев, Василий Митрофанович. Зам по службе… — также почти беззвучно прошелестела Полянская.

— Присаживайтесь, товарищ старший лейтенант! — кивнул генерал, указав на один из стульев вдоль стены.

Что характерно, Васильева оставил стоять.

— Ну, товарищ сержант, расскажите о себе, — предложил самый главный областной мент.

«Можно подумать, ты уже в личном деле не прочитал!».

Но куды бечь, пришлось рассказывать. Васильев постарался быть кратким, экстрактным, как сказали бы ранее.

— А почему участковым и почему именно в Кировск? — внезапно прервал доклад полковник-службист.

— Если по порядку, тащ полковник… Участковый — краеугольный камень всей системы органов внутренних дел. Хороший участковый инспектор заменяет собой все службы милиции: он и опер, и следователь — до определенного момента, и профилактик преступлений, и разрешитель, и паспортист, и работник ГАИ, и патрульный… Универсал, если позволите.

Генерал почесал мочку уха, хмыкнул:

— Ну-у-у… Можно, в общем-то, согласиться. А — Кировск?

— Хочу быть самостоятельным, товарищ генерал.

— Значит, бежишь из-под родительского крыла? — засмеялся Осипов.

«То есть, родителей моих он либо знает, либо уже „пробил“. Следовало ожидать!».

— Не то, что бегу… Но полагаю нужным начать самостоятельную жизнь с нуля. Так будет честно, я думаю.

Полковник Карташев хмыкнул и покачал головой. Непонятно было: сомневается ли он в способностях Васильева к самостоятельной жизни, или в искренности сержанта в данный момент.

— А расскажи-ка нам, сержант, что там произошло в Н-ске, по месту твоей службы, — предложил начальник.

Васильев замялся: с одной стороны — как отказать генералу, с другой стороны — подписка о неразглашении:

— Товарищ генерал… Я подписку давал.

— Похвально, сержант, похвально, — Осипов повернулся к своему заму, — Василий Митрофанович! А у тебя какая форма допуска?

— Вторая, товарищ генерал…

— А у меня — первая. У вас, девушка?

— Вторая, товарищ генерал! — вскочила Полянская.

— Да вы сидите, сидите… Кстати! Сержант, присаживайтесь рядом со старшим лейтенантом.

Серега чуть выдохнул и сел на соседний стул, покосился на колени Светланы, что выглядывали из-под полы юбки. Как он уже успел заметить, Осипов тоже несколько раз косился на ножки кадровички. А та…

«Нет, ну что у нас, у русских за пакость в крови? Раболепие, что ли? Ты можешь хаять большого начальника всяко разно… Президента, к примеру! Стучать себя в грудь, какой ты ненавистник существующей власти, какой принципиальный оппозиционер, но стоит вдруг, случайно… Ну, может, бывает такое — оказаться с ним лицом к лицу и все: где эта оппозиционность, где классовая ненависть? Сплошные придыхания и прилив „всенародной любви“ к Гаранту, вплоть до любовного томления и обмороков. Вот и сейчас Полянская алеет щечками и смотрит на генерала как… „Кумир мой, кумир мой!“. Прямо сейчас раком ее ставь и… Не сдюжит старший лейтенант, отдастся безропотно. Хотя какое, к черту, безропотно? Со всем пылом и с жаром отдаваться будет! Может, смутиться немного, что посторонние здесь присутствуют, и только-то!».

— Как вы видите, сержант, допуски у нас позволяют… Не оформляли же на вас «государственной важности». Ну так что же?

Васильеву пришлось вкратце пересказать происшествие в СИЗО. Только «позабыл» про убитого им «зэка».

— Х-м-м… Однако… Я так понимаю, что шрам у тебя, сержант, оттуда? — голос генерала немного потеплел, — И медаль свою ты там честно заслужил. Молодец!

Последовали еще несколько вопросов, больше по спорту: чем занимаешься, какие результаты. Васильеву здесь скрывать было нечего, как, впрочем, и испытывать гордость: нормальный результат — первый разряд по лыжным гонкам, чего там, но не более того.

— И что, товарищ полковник, — больше, конечно, ради проформы задал вопрос генерал своему заму, — Подписываем приказ о назначении?

Полковник пожал плечами и снова повернулся к Сергею:

— Так, может, все-таки в Тюмени останешься? Вон ты какой строевик. Назначим тебя… Командиром взвода ППС в какой-нибудь городской райотдел, это — пока. Наведешь там порядок, а то иной раз посмотришь на наших патрульных — аж стыдно становится, как пленные румыны, честное слово. Покажешь результат и лет через пять — командир роты. А? Как тебе, Васильев?

Сергей, вскочив, чуть пожал плечами:

— Мне бы в Кировск, товарищ полковник…

Карташов досадливо поморщился:

— Упрямый, значит… Ну да — ладно! Так что я думаю: отслужил в наших частях; спортсмен; комсомолец. Награжден, опять же… Подписываем, товарищ генерал, чего там…

Размашистая подпись легла на бумагу, подпись аналогичная, но более аккуратная и куда мельче — на служебное удостоверение.

Осипов поднял голову, поверх очков уставился на Светлану:

— А вы, товарищ старший лейтенант, аккуратно дело сформировали. Прямо показательно аккуратно. Молодцом! Передайте мое удовлетворение работой кадрового подразделения своему руководителю. Полянская, значит, Светлана Николаевна… Х-м-м…

Светка вскочила