Фантастика 2026-158 - Максим Арх

А что напрасно? Неизвестно ведь, из чего они эти чипсы делают. Лучше поберечься, чтоб не было потом мучительно и больно.

– Ну-ка, дай пару штук! – Тянский потянулся к пакету и, ловко выудив из него горсть хрустких пластинок, отправил их в рот.

– Это какие? – спросил, прожевав. – С чем? Сэдер показал ему пакет, Тянский удовлетворенно кивнул.

В общем, складывалось впечатление, что ребята давно друг друга знали. И, что важно, понимали.

– Так, чем могу служить? – спросил Лудильщик. – С чем пожаловали?

– Надо одну штучку посмотреть, – ответил Тянский. – Одну приспособу наладить, а то работать не хочет.

– И все? Уф, а я-то думаю: что? Зачем я понадобился господину Худодо?

– За тем и понадобился. Чего ты так переполошился? Мы тебя только по основной специальности и беспокоим.

– А что, есть и не основная? – уцепился за намек Сан Саныч.

Оставив ответ за скобками, Лудильщик жеманно, вселяя новые подозрения, улыбнулся.

– Показывайте, что у вас? – сказал он ласково. Ласково, да, но ласка его отдавала ледком. Сан Саныч нахмурился. Интуиция говорила ему, что этого парня следовало опасаться. Держаться от него подальше. И он бы непременно так сделал, но другого выбора у него не было. Вовсе выбора не было, потому приходилось рисковать, доверяясь черт знает кому. К тому же, ключ ведь все равно не работал, так что толку таскать с собой бесполезную тяжесть? Пусть попробует реанимировать... Нет, пусть сделает, нефиг пробовать! А там посмотрим.

Заведя руку за спину, он вытянул из-за пояса ключ и, держа его на раскрытой ладони, показал Лудильщику. Никелированная сталь ярко заблестела, точно на ней сошлись лучи софитов. Увидев прибор, бог электроники замер в немом изумлении.

– Ух ты! – разрядился восклицанием, несколько отдышавшись. – Откуда это у вас?

– Не важно, – осадил его Тянский. – Это дело другое.

– Можно взглянуть? – нисколько не убоявшись его грозного голоса, Сэдер сунул пакет с чипсами Хотию и вытер руки о жилетку. – Вы позволите?

Он осторожно, как настоящую драгоценность, принял ключ у Доманского, и с почти благоговейным видом стал его разглядывать.

– Да, – сказал он через некоторое время, – Да.

– Да лучше, чем нет, – согласился Доманский. – Но хотелось бы услышать что-то конкретное.

– Я узнаю его. И признаю. Моя работа.

– Черт побери! В смысле, узнаю? В смысле, моя работа? Вы хотите сказать, что собственноручно изготовили этот ключ?

– Совершенно верно, изготовил. И не один, а несколько. Только это не ключ.

– Что же тогда? Мы как раз знаем, что ключ.

– Ключ, конечно, тоже. Нет, он открывает запоры, и двери, и даже в стенах делает проходы. Но это совсем не главное его предназначение.

– Умеете вы заинтриговать! – возбужденно сказал Доманский. – Но мы и сами знаем, что главное его назначение – открывать порталы в другие... Как бы... – Он задвигал пальцами в воздухе, будто помогая себе подобрать нужное слово.

– В другие слои пространства, – пришел на помощь Лудильщик. – Слои он вскрывает, как нож консервные банки. И, насколько я знаю, именно туда, в другое пространство, этот сэдер...

– Сэдер?

– Именно. Сэдер, модель 13. Я полагаю, что дать изобретению свое имя вполне нормально. Как Кольт, например, или Люгер. Вы против?

– Да нет, почему? Кольт мне нравится. И люгер.

– Хорошо. А то мне показалось...

– Вам показалось. Я всегда восхищался людьми, умеющими работать руками, еще больше – способными что-то придумать своей головой. Ну, а когда человеку доступно и то, и другое одновременно – это просто высший пилотаж.

– Приятно слышать. Хоть и не совсем понятно, что такое – пилотаж.

– Искусство полета, если вкратце.

– А расскажи-ка ты нам, Лудильщик, для кого ты эти свои сэдеры делал? И когда? – вкатился тяжелым ядром в разговор Тянский.

– Все-таки, попрошу называть меня Жало, – попробовал продвинуть свою повестку хозяин заведения, однако толстяк решительным жестом пресек его неуместную расхлябанность.

– Это мы еще посмотрим, как тебя называть, – сказал он. – Потом, по итогу. Давай, колись!

– А что тут колоться? Я и не скрываю – для дона Севрюхи делал. Однажды он сам меня посетил, вот в этих самых стенах. Сидел, между прочим, в этом же кресле, так что оно у меня вполне приметное, можно сказать, мемориальное. Да. Тогда он обрисовал, хоть и в общих чертах, но предельно ясно, что ему от меня нужно. Дал тех задание, так сказать. Я сказал, что не знаю, смогу ли. Он сказал, что уверен во мне, и что ему не хотелось бы ошибиться в своих надеждах. Так что, пришлось постараться, напрячь извилины. Потом несколько раз появлялся наперсник дона, этот, Коронзон. Налетит, нахамит... Руками еще размахивает!

– Грязный пес! – высказался со знанием дела Сан Саныч.

– Именно! – горячо откликнулся Сэдер. – Именно! Правильно вы его припечатали.

– Когда это было? – не позволил сойти с темы Тянский.

– Да, когда... Давно уже. Как раз перед теми событиями.

– Ты хочешь сказать, что эти твои железяки открыли тот портал?

– Нет, нет, что вы! Порталом никто не управляет, он открылся сам собой, сработал по собственной программе. Мои сэдеры для такой задачи слишком маломощные. Они предназначены для одиночных переходов. Только для одиночных.

– Но, в принципе-то, такой портал все же можно открыть искусственно? С помощью соответствующего технического устройства? Только гораздо более мощного? Я правильно понимаю? – Глаза Доманского сузились, превратившись в едва заметные щели.

– В принципе – все возможно. Но при определенных условиях. В том числе и портал.

– Что для этого нужно?

– Что нужно... – Сэдер вздохнул и задумался. Вздохнул еще раз. – Что нужно?

– Да, что нужно?

– Кровь нужна. Много крови, – сказал Лудильщик. – Очень много красной человеческой крови. Он вдруг вытаращил на Сан Саныча свои видеокамеры, склонил голову к плечу, будто насквозь просвечивал. На губах его заиграла знакомая уже ухмылка, потом он неожиданно захохотал. Немного успокоившись, добавил: – Нужна кровь, но она вся с той стороны. Вот незадача!

– Закрой кран, – зарычал на него Тянский, и сделал движение, будто приподнимается с кресла.

Сэдер осекся, прикрыл рот рукой.

– Извините, – сказал, – увлекся.

– Нервничаешь, что ли? – спросил его Сан Саныч.