Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Но, чуть погодя, он, пожалуй, еще поспал бы. Облегчение было мимолетным, слабость все еще накатывала, накрывала. Прилив, отлив... Отдаться энергии волн – так хорошо!

Пламя очага, накормленное досыта, упругими языками облизывало раскаленный бок тигля, вещество в котором совершало свой сложный маневр превращений. Субстанция походила на расплавленную магму, и была яркой, что твое солнце. Но солнце утреннее, на него можно было смотреть, не отрываясь, без ущерба для глаз. Чем Луллий и занимался. Отблески огня плясали в его глазах, от них отражались на стенах; там тени шарахались в стороны, ускользая, и заводили завораживающий хоровод. Все это месиво устремлялось вверх, к скрытому во мраке куполу, где кто-то, маскируясь под вой ветра, читал свои заклинания. Мистика, думал Доманский. Мистика и колдовство.

– Скажите, Луллий, – пользуясь моментом, хотя, может, и опрометчиво, решился он на вопрос, мучивший его с момента, когда впервые увидел адепта. – Ведь вы не всегда были таким... Образно говоря – Шивой?

– Не понял? – встрепенулся алхимик. – Какой еще шивой?

– Шива – многорукий бог разрушения. Я имею в виду вашу, простите, необычность, с точки зрения обычного человека. Мне кажется... мне почему-то кажется, что вы не всегда так выглядели. Нет?

– Ах, это... Конечно, не всегда. Когда с Тянским рассекали на байках, мы с ним были похожи, как братья. Оба худые, и с одинаковым количеством рук. Я тогда тоже ходил в бандане, точно такой же. Нас и путали часто, честное слово.

– Тогда, как же это возможно? Не понимаю.

– А что тут понимать? Любой, пускающийся по пути делания, рано или поздно сталкивается с такой проблемой, что одному ему не справиться. Ведь это только кажется со стороны, что алхимик лишь сидит у огня и ждет, когда же само собой приготовится его главное блюдо. Ничего, замечу, подобного. Иногда, да, приходится подождать, но чаще работы столько, что не знаешь, за что хвататься. Вот и я однажды понял, что ничего не успеваю, что элементарно зашиваюсь. Тогда, помнится, подумал, что если хочу добиться успеха в делании, мне придется обзавестись помощником. Кто же не хочет добиться успеха? Все хотят! Без этого желания, без веры в то, что оно осуществимо, нечего и приступать к работе. Собственно, жажда успеха, то единственное, что способно поддержать адепта на нашем воистину бесконечном пути. Беда в том, что я одиночка по натуре, как оказалось. Люблю работать в тишине и уединении. Да и, с другой стороны, где взять толкового помощника? Нет их, толковых. При таких условиях, чем объяснять кому-то, что да как, лучше самому все сделать правильно. В общем, классическая дилемма. И хочется, и колется.

Луллий задумался, пожевал бороду, почесал шею. Потом кивнул каким-то своим мыслям и продолжил рассказ.

– Пока я раздумывал, пока сомневался, как же мне поступить, так или эдак, однажды произошло событие, которое не оставило мне выбора. В лаборатории, вот в этой самой, произошел взрыв, и мне начисто оторвало руку. Видимо, я был недостаточно осторожен. Думал не о том, о чем следовало, и потерял бдительность.

– Ай-ай-ай! – встрепенулся Сан Саныч. – Как же это? Бдительность терять ни в коем случае нельзя!

– Ну, теперь-то это очевидно. Мне еще повезло. Многим в подобной ситуации голову отрывало.

– Нет- нет, без головы никак нельзя, на ней шапку носят. Оно и без руки, думаю, не слишком-то удобно. И что же вы сделали? Как удалось восстановиться?

При упоминании о шапке, Луллий обеими руками за клапаны натянул колпак поглубже, после чего продолжил:

– Что сделал... Отлежался сперва, а потом прямиком в комнату счастья рванул. Я пока валялся и в себя приходил, прочувствовал непосредственно, что без руки неудобно просто жить, не то, что еще и деланием заниматься. Но для меня, конечно, главным было делание продолжить. И я стал просить Господа, чтобы вернул мне руку. Ему, думал я, какая разница, байком человека одарить, или дать ему новую руку? Никакой. Вся бо суть подвластна воли его, верно?

– И что же, так сразу и вернул?

– Нет, не сразу. Мне, кстати, ваш скепсис, товарищ, понятен. Я ведь тоже так думал, что раз – и все. И готово. Всякий раз, засыпая, надеялся, что проснусь уже здоровым человеком. Но ничего этого, разумеется, не происходило. И я терял надежду, я злился, был близок к отчаянью. Хотел что-нибудь эдакое с собой сотворить. Или еще раз сходить к Господу. А потом подумал, что Господь и так со мной, всегда и повсеместно, и нечего ему досаждать лишний раз. И еще вспомнил, что Он никогда никому не отказывал, и все просьбы непременно выполнял, а, значит, я просто чего-то не услышал, или не понял.

– И тогда, наконец, услышали?

– Д-да... Вроде того. Однажды я придумал, как запустить у себя процесс регенерации. Ведь руку можно вырастить, правда? Если ящерица способна отрастить хвост, почему мы не можем – руку? Или, что угодно другое? Можем! Все необходимые потенции в организме нашем есть, заложены изначально, сами знаете, кем. И он мне об этом напомнил. И подсказал, как все сделать.

– Знаете, я никогда ничего подобного не слышал, – честно сказал Сан Саныч. – У нас это даже не обсуждается почему-то, хотя людей без рук, без ног – миллионы. И, наверное, никогда бы вам не поверил, если бы не увидел собственными глазами результат.

– Многие и глазам своим не верят, так что, успокойтесь.

– А в чем суть-то? Вашего метода? Почему на Земле не удается регенерировать утраченные органы, а вам здесь удалось?

– На Земле, я так понимаю, все больше думают над новым оружием, а следовало бы над другими вещами задумываться. И давно бы все уже получилось. Тем более, что метод достаточно прост, и состоит в том, что надо не позволять ране зарубцовываться – с одной стороны. И параллельно запустить программу восстановления.

– И что, любой человек так сможет? Новую руку себе вырастить?

– Абсолютно!

– А зуб?

– Без проблем!

– Поделитесь? Знанием?

– Я дам вам свой бальзам.

– Спасибо. А дополнительные руки? Они зачем?

– Мой эксперимент. Я подумал, что, чем обучать помощника, лучше обзавестись дополнительной парой рук. А лучше – двумя парами. Это, конечно, немного другое, не регенерация. Но,