Критическая масса - Дэниэл Суарез

class="p">В этот момент из рубки на носу вышел мужчина в чёрном лётном комбинезоне и фуражке с высокой тульей. Он протянул руку Тайю. — Добро пожаловать на борт. Я капитан Бернсен. — Он пожал руки сначала Тайю, потом Яку. — Мы отправляемся через несколько минут. По прогнозу — лёгкий ветер и ясное небо над Францией. Так что сегодня должно быть прекрасное путешествие.

Джин спросил: — Сколько займёт перелёт до Лагоса?

— В зависимости от ветра, наш маршрут займёт примерно полтора дня. Мы покинем Францию в районе Марселя, пройдём над Средиземным морем к Алжиру, затем Нигеру и наконец к западной Нигерии. Расчётное прибытие в Лагос — в субботу днём.

Джин повернулся к Рошá. — В зависимости от ветра…

Рошá сказал: — Понимаю, что такой способ передвижения может показаться вам архаичным, Хан, но изменение климата сделало обычные перелёты на реактивных самолётах проблематичными. Бортовые номера частных джетов считываются почти в каждом аэропорту — пассажиров клеймят в социальных сетях. А наш хозяин и главный инвестор, Мариус Хансен, относится к секвестрации углерода очень серьёзно.

Як указал в иллюминатор. — Смотрите…

Все обернулись и увидели, как один из удерживавших дирижабль тросов, закреплённых в траве, вдруг поднялся в воздух вместе со штырём на конце. По всей видимости, это был октокоптерный дрон размером с газонокосилку, оснащённый буром в основании, с помощью которого он ввинчивался в землю. Он — и ещё несколько подобных дронов — выворачивали буры в обратном направлении и взлетали, сматывая тросы на ходу, готовясь пристыковаться обратно к корпусу материнского судна.

Як наблюдал за этим с интересом. — Швартовые концы, управляемые дронами. Остроумно. — Он принял от стюарда дымящийся кофе в фарфоровой чашке на блюдце. Перед ним на стол поставили серебряный кофейник. — Медленно или нет, но к такому способу путешествий можно привыкнуть.

Ещё через несколько минут подготовки электрические двигатели дирижабля загудели снаружи, и судно двинулось вперёд, плавно и мягко отрываясь от земли.

Тай заметил серебряный кофейник, стоявший на столе перед ним, пока они постепенно набирали высоту. Кофейник едва подрагивал. В наклонных иллюминаторах внизу открылись сказочные средневековые улицы Люксембурга.

Следующие примерно двадцать минут команда любовалась видами, пока дирижабль в рассветном свете плыл на юг над лоскутным одеялом полей, лесов и деревень. Раскинувшаяся внизу сельская местность была безмятежной и живописной. Полёт проходил ровно, небо было усеяно лишь несколькими белыми облачными клочьями, к верхней кромке которых они постепенно приближались.

Рошá обратился к ближайшему стюарду. — Не могли бы вы подать завтрак в конференц-зале примерно через час?

— Конечно, господин Рошá.

Он повернулся к остальным. — Пока у нас есть это дорожное время, используем его для конфиденциального разговора. Нам нужно многое обсудить. — Рошá сделал знак следовать за ним.

Команда прошла в корму по коридору с пронумерованными дверьми кают и направилась к конференц-залу со стеклянными стенами.

Глава 4: Генеральный план

Войдя в конференц-зал дирижабля, Прия Чиндаркар обошла длинный стол, окружённый дюжиной кресел, — по обе стороны открывались захватывающие дух виды с высоты птичьего полёта. Она смотрела на землю далеко внизу. — Это что-то особенное.

Лукас Рошá нажал кнопку у двери, опустив полупрозрачные шторы. — И значительно надёжнее от прослушки, чем наши корпоративные офисы. Давайте начнём.

Все заняли свои места; Рошá занял место во главе стола.

Рошá открыл портфель и положил на стол рядом с собой электронное устройство размером с кубик Рубика. Он обратился к нему. — Включить режим стенографии. Учредительное заседание совета директоров, Catalyst Corporation 2.0. Кворум обеспечен. Присутствуют члены совета… — Он указал рукой — по всей видимости, для встроенной камеры устройства. — …Прия Чиндаркар, Джин Хан, Джеймс Тай, Севастьян Яковлев и я сам. Голосование по доверенности: Исабель Абарка — представляет Джин Хан. Адедайо Адиса — представляет Прия Чиндаркар. Документы в деле.

Рошá обвёл взглядом стол. — Присутствующие в совокупности представляют 63,64 процента голосующих акций Catalyst Corporation. Как главный исполнительный директор, я настоящим открываю заседание совета директоров.

Рошá раздал папки. — Первый пункт повестки дня — наш план по возвращению всех вас в космос для обеспечения наших ресурсов на лунной орбите. С этой целью я предлагаю принять приглашение встретиться с представителями правительства Соединённых Штатов на базе Космических сил Кейп-Канаверал в штате Флорида.

Джин нахмурился. — Космические силы?

— Станция Космических сил — это просто место, Хан. Мы будем встречаться с рядом официальных лиц.

— Но зачем вообще встречаться с правительством США? Нам следует купить места на одной из коммерческих ракет Мэйси или Бёркетта. Они регулярно запускают экипажи на низкую околоземную орбиту.

Рошá ответил: — Оба они запускают с мыса, а значит, вам всё равно потребуется разрешение FAA.

— Тогда запустите нас из Куру, во Французской Гвиане, как это было в 2032-м. У нас есть деньги.

— У Натана Джойса были деньги, чтобы отправить вас на орбиту в 32-м, но сейчас наше финансирование зависит от того, установит ли Catalyst юридический титул на те астероидные ресурсы на лунной орбите. — Рошá обвёл взглядом стол. — А юридический титул здесь, на Земле, пока ещё не установлен.

Тай сказал: — Я думал, для этого и существовала регистрация «Константина» в Люксембурге — чтобы дать нам права на то, что мы добыли в космосе.

— Да, но экспедиция «Константина», строго говоря, не была законной. А значит, происхождение этих ресурсов до сих пор остаётся под вопросом. Даже в Люксембурге.

— Мы добыли эти ресурсы. Мы их переработали и доставили на лунную орбиту. Трое наших друзей погибли ради этого. Без нас этих ресурсов не существовало бы.

— Всё это верно, Дж. Т., но эти ресурсы также являются важнейшим стратегическим объектом в нынешней космической гонке между США и Китаем. Обе их горнодобывающие операции на южном полюсе Луны, в кратере Шеклтон, пока дали лишь ничтожную долю материала по сравнению с тем, что вы привезли с Рюгу. Так что наши 5 000 тонн топлива и переработанных металлов на лунной орбите — это нынешний приз в астрополитическом соперничестве за контроль над цислунарным пространством. Они могут значительно расширить орбитальные операции той страны, которая получит над ними контроль. Поэтому ожидайте серьёзного политического давления с требованием выбрать сторону и знайте: мы нажили врагов среди тех, кому откажем. В любом случае нам придётся договариваться с какой-либо космической державой ради вашего возвращения в космос.

Джин нахмурился. — Вы уже, похоже, выбрали Соединённые Штаты.

Тай