Женщина, создавшая короля. Книга 1 - Ким Чжи Ын

Ему приходилось изо всех сил сдерживать смех. Перед ним стоял У в платье придворной служанки, которое совершенно ему не подходило. Слишком короткая юбка обнажала лодыжки, да и в целом на его крепком высоком теле наряд смотрелся откровенно нелепо. Они оба переоделись служанками, но Сухо не мог не признать, что образ У ему не удался.

– Если нас из-за твоего смеха поймают, это будет не моя вина. – У посмотрел на него так, будто мог испепелить одним взглядом, а затем уверенно зашагал вперед и опустился на большой валун.

Сухо в ужасе ахнул:

– И вы так уверенно вошли сюда?

– А что, нельзя?

– А если нас разоблачат?! Нет, пожалуйста, хотя бы сядьте нормально! Какой смысл переодеваться, если вы сидите вот так? Опустите юбку, сложите ноги аккуратно, вот так, поскромнее…

– Долго ты еще будешь выводить меня из себя?

Сухо так увлекся, что начал показывать, как правильно сесть, пока не перехватил мрачный и предостерегающий взгляд У. Только тогда он нехотя вернул лицу более серьезное выражение, заставив себя убрать улыбку:

– Я просто беспокоюсь, что нас поймают, вот и все.

– Не нужно так переживать. Все равно это место никто не охраняет.

– Почему?

– Потому что почти никто во дворце не знает о нем.

Эта боковая калитка, скрытая за густыми деревьями, служила тайным выходом на случай внезапной опасности. Обычно ее держали запертой, и пока не происходило ничего необычного, охраны здесь просто не было.

Сухо округлил губы и протянул:

– Ого… Значит, вы хорошо знаете это место?

– Ее величество показала мне его.

У вспомнил, как в детстве королева Хёсон научила его пользоваться этим проходом, и он порой выбирался наружу, чтобы осмотреть окрестности. Однажды его поймал покойный король и как следует отругал. А в другой раз он заметил главного евнуха, несшего на спине… маленькую девочку.

– Тогда откуда о нем знает евнух Пак?

У, погруженный в воспоминания, тяжело вздохнул, услышав неожиданное имя.

– Ты снова все выудил из Тучхона? Перестань уже мучить его.

Сухо так уверенно вел его к потайному входу, да еще и калитка оказалась открытой. Тут явно не обошлось без чьей-то помощи. Конечно, евнух Пак, кто же еще… Именно он бесчисленное множество раз бегал туда-сюда, разыскивая маленького У, тайком сбегавшего из дворца. Неудивительно, что он знал об этом проходе.

– А что мне было делать? Единственный, кто знает, как я отношусь к принцессе Чхонхэ, и готов помочь мне, – это евнух Пак. Вот и дверь нам открыл и одежду достал.

– Его жизнь и так висит на волоске лишь потому, что он когда-то служил мне. Если его теперь поймают, даже десяти жизней не хватит, чтобы уцелеть.

– Десять лет назад его величество ясно дал понять, что старшие придворные и евнухи невиновны, так что он живет себе спокойно. Если только нас не поймают, беспокоиться не о чем. Кстати, мы должны были встретиться с ним где-то здесь… Ох!

Внезапно Сухо резко дернул У за рукав, и тот рухнул на землю. Он даже не успел спросить, что случилось, когда яркий свет факела осветил камень, на котором он только что сидел.

Сухо ухмыльнулся, и У словно услышал его самодовольный тон: «Если бы не я, беды не миновать».

Что-то было не так. Обычно сюда никто не заходил. Глаза У сузились, но прежде, чем он успел хоть что-то подумать, раздался отчетливый крик старшей придворной дамы:

– Ищите быстрее, быстрее! Если его величество узнает, что принцесса Чхонхэ исчезла, нам всем не сносить головы!

У и Сухо поглядели друг на друга расширившимися глазами.

– Вы это слышали?..

Сухо не мог даже нормально говорить от шока. Тем временем к ним приближался новый факел. У быстро схватил друга за плечи и заставил пригнуться. Огонь мелькал то тут, то там, освещал каждый угол и не раз проходил совсем рядом. Напряжение нарастало. И вот когда свет факела уже почти лизнул их ноги, Сухо внезапно поднял руку:

– Евнух Пак!

– Ох! Вечный надзиратель!

Они одновременно вскрикнули и одновременно в страхе приложили пальцы к губам, призывая друг друга к тишине. Тучхон быстро отшвырнул факел подальше, подбежал и присел перед ними. В отличие от У, который отвернулся, избегая взгляда, раздраженный до предела Сухо тут же накинулся с упреками:

– Какой еще вечный надзиратель?

– А разве неправда? Вы десять лет как застряли на должности надзирателя в Сонгюнгване![5]

– Тогда и вы, евнух Пак, хороши! Вас ведь тоже понизили до евнуха восьмого старшего ранга, так что мы в одном положении!

– Эх, да что ж вы прицепились к этому! Ладно, понял, моя вина. Но что вообще произошло?

Сухо, все еще недовольно глядя на Тучхона, слегка склонил голову:

– Что вы имеете в виду?

– Как вы сюда попали? Мы поздно прибыли, и я не успел оставить калитку открытой.

– О чем вы говорите? Она была широко распахнута…

Растерянный Сухо не успел закончить – его перебил низкий и твердый голос:

– Калитку открыла Дам. – молчавший до этого У сорвался с места.

– Стойте! А если вас заметят? Подождите, я с вами!

Сухо поспешил следом. Тучхон, оставшись в одиночестве, несколько раз растерянно моргнул.

– Кто вообще этот человек? Какой-то парень, которому совершенно не подходит одежда служанки, осмеливается свободно называть имя принцессы! Вот уж наглец, какого следовало бы проучить! – пробормотал себе под нос Тучхон, но внезапно осознал, что лицо незнакомца показалось ему смутно знакомым. Он резко вскочил и с открытым ртом уставился в ту сторону, куда только что убежали У и Сухо.

– Что… Неужели? Его высочество принц Мухон?! – Едва не выпалив эти опасные слова вслух, он поспешно зажал рот обеими руками.

* * *

Дам осторожно взглянула вниз. Высота сама по себе внушала страх, но еще более жуткой казалась черная, словно дорога в загробный мир, вода внизу. Колени задрожали.

– Уф… – Положив руку на гулко бьющееся сердце, Дам глубоко вздохнула.

– Дам! Что ты делаешь на этом опасном утесе? Почему ты плачешь?!

– Я должна прыгнуть, но мне страшно.

– Прыгнуть?!

– Я умру. Умру и попрошу у матушки прощения.

– Что ты сказала?!

– Говорят, что это я погубила нашу мать. А теперь я несчастная принцесса, которая обречена погубить и тебя.

– Кто посмел сказать такую чушь?!

– Нет… Я не выдержу, если ты тоже умрешь! Даже если мне суждено умереть. Я не хочу терять тебя!

Внезапно Дам вспомнила, как в пятилетнем