Стена копий - Брэдли Бэлью

Глава 62

Чеда чувствовала, как утренний ветер набирает силу. Паруса «Амаранта» раздувались, угол тоже был удобный, и капитан выжимал из этих преимуществ все, что мог. Ветер казался злым, словно рвался в бой, – конечно, сам Тааш пришел посмотреть на битву. Значит ли это, что он поможет Королям?

Восемь кораблей следовали за «Амарантом», всего – девять против флота Черного копья. Чеда рассмеялась, чтобы разбавить напряжение.

– Не знаю, слушаешь ли ты, Наламэ, но ты нужна нам! Направь нас сегодня, в самый важный из дней!

Как бы ей хотелось поговорить с богиней лицом к лицу! Но, увы, Наламэ скрывалась.

Чеда взглянула на бушприт, где Леора стояла, держась за канат стакселя. Она не отрываясь смотрела в линию вражеских кораблей, словно могла узреть сквозь дерево трюмы. Второй рукой она сжимала посох Наламэ. Все тело Леоры дрожало.

Исхак и Чеда спрашивали ее о посохе, она признала, что получила его от Наламэ, пожелавшей уравновесить силы после того, как Йеринде даровала Онуру власть над змеем. О большем она говорить отказывалась, и Чеде показалось, что сама Наламэ запретила ей.

Богиня была дальновидна, на кону лежало нечто большее, чем победа в одной битве. Если это и вправду сама Йеринде даровала Онуру власть над змеем, значит боги участвуют в сражении, и Наламэ нужно действовать с особой осторожностью, чтобы братья и сестры ее не нашли. Разве не спрашивал о ней Ихсан? Разве не вмешиваются боги в дела Таурията так же, как в дела пустыни? Это объясняло неуверенность Наламэ, но никак не успокаивало.

Чеда взглянула на запад, на длинную линию королевских кораблей. Некоторые из них, не пришедшие на битву с маленьким флотом Эмре, неслись в сторону Онура.

«Мы можем проиграть эту войну до того, как она начнется».

Сумейя и Мелис присоединились к ней на носовой палубе. Лица у всех троих были закрыты от колючего ветра. Завидев их, Исхак подошел тоже, его длинную седую бороду сдуло за плечо. Он разглядывал корабли спокойно, даже удовлетворенно, будто, всю жизнь проведя в бегах, благодарен был за возможность остановиться, обернуться и ударить в сердце врага.

– Как-то ты странно невозмутим, – сказала ему Сумейя.

Не обращая на нее внимания, он повернулся к Леоре.

– Ты нашла его?

Леора яростно замотала головой.

– Нет. – Ветер исступлено трепал пучок на ее голове, высвобождая пряди. Она снова помотала головой. – Оставь меня!

Она плачет, вдруг поняла Чеда. Леора отчаянно молила о помощи, но это было слишком даже для нее, она была на грани истощения.

– Матушка, пора идти. – Исхак попытался увести ее, но она не далась, крепко вцепившись в канат. – Пора идти вниз, скоро начнется битва.

Она повернула голову, согбенная, как умирающее дерево.

– Я не боюсь битвы.

– Не страшитесь, – сказала Чеда им обоим. – Мы найдем его. Рано или поздно он придет взглянуть на ход сражения.

Движение на горизонте привлекло взгляд Исхака. Извиваясь, словно вымпел на ветру, песчаный змей летел по небу к кораблям, призванный Онуром.

Даже готовя корабли к бою, все напряженно следили за змеем, но взволнованнее всех, если это было возможно, выглядела Леора. Она отчаянно вглядывалась в корабли, смаргивая слезы с покрасневших глаз. А потом вдруг обмякла и упала в обморок.

Исхак и Чеда поймали ее и передали Малышу Леми. Тот взял ее на руки, словно она ничего не весила, и унес, ласково шепча:

– Все хорошо, бабушка. Все хорошо будет.

Тут же по бледно-голубому небу полетели первые книппели, десятки их врезались в снасти, загремели о палубы. За ними пошли горящие горшки со шлейфами черного дыма. Черные копья ответили тем же, и янтарный змей понесся к «Амаранту».

Чеда вздрогнула от страха, наблюдая, как чудовище скользит по небу, широко раскинув крылья, и солнце зажигает пурпуром извивающиеся на полупрозрачных перепонках вены. Ее сердце заколотилось от ужаса, но ужас этот сдерживало облегчение: еще до боя она пришла к выводу, что Онур пошлет змея на корабль Исхака. Исхак согласился и позволил всем семнадцати отрекшимся залечь в трюме.

Она чувствовала их голод.

«Не сейчас, – сказала она им, – но скоро».

Все ближе и ближе подходило Черное копье, все ближе и ближе подлетал змей. Стоило ему распахнуть шире крылья и выставить когтистые лапы, как Чеда закричала:

– Сейчас, кровь моей крови! Сейчас!

Команда откинула крышку люка, и отрекшиеся вырвались наружу. Они отказались от доспехов, оставшись в погребальных пеленах, каждый вооружен был двумя длинными боевыми ножами. Это выглядело странно: Чеда привыкла, что асиримы встают на четвереньки, как звери, вечно страдающие от нужды служения Королям и магии, которой сковали их боги. Но эти были иными. Они служили праведной цели и стояли гордо, внушая страх.

Отрекшихся предупредили об ужасном дыхании змея. Первая из асиримов, когда-то бывшая Сальсанной, вскинула руку, и песок взметнулся стеной вокруг корабля, ударил чудовище прямо в распахнутую пасть, прямо в глаза.

Змей замотал головой в попытках защититься от песка, забивающего глотку, и смертоносный черный поток прекратился.

Чеда, Исхак, Мелис и Сумейя вовремя убрались с носовой палубы – змей приземлился всей тушей, и отрекшиеся бросились на него, карабкаясь по мачтам и канатам, облепили, когтями отрывая тонкие чешуйки, раздирая полупрозрачные крылья.

Змей перекусил одного асира массивными челюстями, отшвырнул второго, мотнув головой. Со странным рокочущим ревом он выпустил из пасти тонкую струю черного дыхания. Двое отрекшихся попали под нее, их белые пелены потемнели, задымились, плоть начала плавиться, но они все вонзали и вонзали ножи в тело змея, оставляя широкие зияющие дыры. Горячая кровь хлынула на палубу.

Вражеские корабли приближались. Чеда вдруг услышала громкий лязг под днищем, удар отозвался дрожью по всему кораблю, и судно накренилось на правый борт, развернулось в ту же сторону.

Стоило Чеде обрушить черный шамшир на переднюю лапу зверя, как она заметила у левого борта нечто темное и массивное. Разум велел ей готовиться к удару, но было слишком поздно: нос вражеского корабля врезался в их борт. Ее подбросило, пронесло вдоль змея, сабля вылетела из руки. Она ударилась обо что-то, обжегшее ее левый бок, и приземлилась, скользя по палубе чужого корабля.

Она выхватила нож, вонзила в палубу, он заскреб по доскам, замедляя ее, но недостаточно – она влетела во что-то твердое и выскочила на верхнюю палубу корабля, врезавшегося в «Амарант».

В мгновение ока вокруг оказались враги. Отмахиваясь от них кинжалом, она попыталась взглядом отыскать потерянный шамшир. Он нашелся