Создатели монстров - Рональд Гросс

искать дальше. Я обнаружила несколько сберегательных книжек, но баланс на каждой был крошечный – меньше одной иены. В конце концов я поняла, что финансовое положение моего мужа сделалось очень плохим. Неожиданно, печально, но факт.

Разочарование на какое-то время погрузило меня в ступор. Кажется, придется продать этот ненавистный дом и прилежащий крупный участок земли. Когда придет Мацунага, надо будет с ним это обсудить. Он скоро вернется, так ведь? Так он сам сказал, никто за язык не тянул. Я снова повернулась к зеркалу и пригладила волосы.

Но если день плохо начался, как водится, дальше – только хуже. Я ждала, ждала, но мой милый Мацунага все никак не приходил. Полчаса, час… прежде чем я успела осознать, что день прошел, часы пробили двенадцать.

Стоило догадаться! Он сбежал от меня – убийцы! – навсегда!

Я совершила ради этого инфантильного сопляка сущий подвиг, и смотрите-ка, его слабое сердце пропиталось страхом. Сбежал от Черной Вдовы! И к кому? Я, возможно, даже не узнаю…

Ночь прошла в муках. Новый день с первых минут оказался ненавистно-прекрасным. Растущее чувство изоляции распаляло во мне злость. Сотрясаемая изнутри легионом бесов, я, крича как зверь, бросалась всем телом на грязную серую стену. Крайнее одиночество, неизгладимое чувство вины, надвигающийся страх – агония, родившаяся из этих слагаемых, оказалась столь ужасной, что я уже заподозрила, будто теряю разум. Если б тяжелую крышку можно было поднять самой, я, возможно, последовала бы за мужем в жерло.

Крича, извиваясь и мечась, мое тело наконец-то истощилось, и я бросилась на кровать. Я заснула, но мне снился один ужасный сон за другим, снова и снова. От какого-то из них я резко очнулась. Кто-то безжалостно громко стучал в стеклянное окно, выходящее в сад.

Полиция, быть может? Катастрофа! Неужели все вскрылось так быстро?..

– …Да, та еще беда, – говорил Мацунага – это, конечно же, был он, – как-то чересчур жизнерадостно. – Средь ночи кто-то обчистил хранилище местного банковского отделения и сбежал. Мы не знаем, кто это был. Охранник филиала Аояма Кинношин был убит. И как ни странно, хранилище стоит запечатанным! Единственные пути доступа – вентиляционное отверстие и окно, высоко расположенное, в фрамуге. Окно не рассматриваем – стальные запоры на нем нетронуты. У вентиляционного хода есть съемная заглушка – она круглая, но всего-то двадцать сантиметров в диаметре, сопряженная с такой же по узости трубой. Человеку в такую дыру никак не пролезть – хоть маслом мажься, не выйдет! И все же никак не отвертеться от факта: преступник проник внутрь. Чертовщина какая-то!

– И что, много денег украли? – осведомилась я.

– Да, около тридцати тысяч иен. Все сотрудники банка попали под подозрение. Мне, как сотруднику младшего звена, даже уйти не дали – пришлось натурально переночевать на работе. Тот еще опыт! – Мацунага достал сигарету из кармана и с удовольствием закурил. – Ну, каково, а?

– А как убили охранника?

– От груди до живота идет длинный тонкий след от скальпеля, и он странно обожжен. На первый взгляд это похоже на старую рану… вот только она не старая! Я подслушал разговор о результатах вскрытия, так вот под этим порезом оказалось самое интересное: легкие, сердце, желудок и кишечник охранника исчезли. Все органы пропали! Кому о таком расскажи – примут за небылицу…

– Да, странное что-то. – «Странное что-то» в тот момент творилось у меня в душе. Я кое-что вспомнила. Вспомнила и ужаснулась.

– Но эта странная расправа в конечном счете спасла нас, арестованных сотрудников. Это доказало, что на нас никакой вины нет.

– То есть…

– Кто-то взломал сейф, не взламывая его, украл тридцать тысяч иен и, если говорить напрямую, украл органы охранника. Банкир на такое не способен, верно? – Мацунага глупо усмехнулся.

– Украл органы? – эхом повторила я. – Какой-то чересчур смелый вывод.

– Пришел какой-то известный детектив. Убедил в этом даже всех сотрудников следственного отдела. Говорит, что уже примерно знает, как ловить преступника. Ну, даже если и так, не думаю, что этакое дело можно раскрыть немедленно. А все-таки ужасные вещи подчас вытворяют люди, верно?..

– Давай о таком не будем сейчас, – поспешила сказать я. – Я хочу расслабиться.

Мы почали бутылку мягкого западного вина из запасов моего мужа, и весь мрак куда-то очень быстро выветрился. Хотя был еще ранний вечер, мы решили задернуть шторы и лечь спать. Той ночью я крепко спала: облегчение от возвращения Мацунаги и усталость от прошедших дней гармонично смешались с чарами вина, и забытье не заставило ждать себя.

Я встала с первыми лучами солнца, чувствуя себя обновленной. Каждая клеточка во мне исполняла песнь отдохновения.

Но Мацунаги не было ни на кровати – я-то думала, он все еще спит рядом со мной, – ни где-либо в доме. Я подождала какое-то время, думая, что он, возможно, гуляет в саду, но так и не услышала его шагов. Как-то рано он ушел – разве у него сегодня не выходной?

Мой рассеянный взгляд упал на стол, и по глазам резанул какой-то квадратный конверт – раньше его там точно не было. Дурное подозрение сжало когтистой лапой сердце.

Конверт развернулся в записку – несомненно, написанную рукой Мацунаги, причем очень дрожащей, как стрелка сейсмографа, рукой. С большим трудом удалось мне разобрать слова:

Моя дорогая Уоко, прости за то, что поступаюсь счастьем быть с тобой. Увы, я не хочу больше показываться тебе на глаза. Почему, спросишь ты? Из предосторожности! Я не знаю, кто стоит за ограблением банковского хранилища, но это явное чудовище, и полагаю, его истинной целью был я. Ночью я проснулся от странной боли, все мое лицо горело, и, пройдя к зеркалу, увидел, что мой выдающийся нос и упругие губы (не смейся над этим восхвалением собственных черт – оно в любом случае последнее) кем-то срезаны подчистую! Меня ужасно изуродовали – так, что я ничего не почувствовал! Молюсь о том, чтобы этот загадочный мститель не провернул нечто подобное и с тобой…

Бумага выпала у меня из руки. Все это напоминало сон. Кто-то украл деньги из банка, убил охранника, выследил Мацунагу у меня дома и изуродовал его прекрасное лицо во сне? Какому негодяю, если он человек, под силу такое? Что ему сделал лично Мацунага?

Может, все дело в… Нет, нет, никаких «может». Мой муж мертв. Он тут ни при чем.

В этот момент я внезапно заметила на полу странный предмет и подошла к нему, чтобы рассмотреть поближе. Это был комок коричневого пепла. Комок пепла – определенно что-то, что я уже видела раньше. Должно быть,