Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

– Я высчитаю.

– Ты не сможешь, Хуньдунь не поддается рассчетам. – А-Нань стиснула зубы.

– Даже если так, у нас нет иного выхода, мы должны попытаться. Я точно смогу найти хотя бы одну точку, куда ты сможешь ступить в этом беспорядочном море огня! – сказав это, Чжу Юйхэн бросился к возвышенности позади них, ступил на выступ и взобрался на самую высокую точку.

Глядя ему в спину, А-Нань глубоко вдохнула, туго завязала волосы в пучок, развернулась и ринулась в огонь хаоса в центре пещеры.

Пламя озарило ее фигуру, моментально атакованную четырьмя беспорядочно вращающимися огненными медными трубами. Девушка, словно мотылек, летящий на огонь, устремилась к центральному узлу механизма.

Чжу Юйхэн стоял на возвышенности и смотрел на нее. В ослепительно-ярком свете факела он пристально следил за этой фигурой, как тогда в море зеленого огня в пагоде Лэйфэн, выискивая в бешено бушующем пламени хотя бы крошечный просвет, который позволил бы ей избежать атаки.

– Юго-восток, два чи три цуня…

Не успел он договорить, как горло его внезапно сжалось, и он не мог издать ни звука.

Острая боль разорвала его тело. Та кровавая линия, что шла от голени до горла, дремавшая два месяца, внезапно заныла с новой силой. Казалось, кто-то полоснул ножом вдоль меридиана инь-вэй, рассекая его тело пополам, перед глазами потемнело, он схватился за горло, откинулся на земляную стену сзади, даже дышать стало трудно.

Его тайна, так тщательно скрываемая все это время, в самый важный момент внезапно вырвалась наружу, больше не давая молчать о себе. Чжу Юйхэн изо всех сил прижался к стене, стараясь не упасть с высоты. Перед глазами стояла тьма, свет огня мгновенно померк, лишь искривленные золотые змеи причудливо извивались перед ним.

Но А-Нань все еще там, в огне, она ждет его указаний.

А наверху, над морем огня – еще почти миллион человек, их жизни зависят от него.

Он впился пальцами в земляную стену за спиной, прикусил кончик языка, заставляя себя вернуть хоть каплю ясности сознания. Из-за помутнения перед глазами фигура А-Нань тоже стала неразличима. В полной темноте, опираясь исключительно на сохранившуюся в памяти ее последнюю точку опоры, он принялся искать среди бешено пляшущих огненных точек просвет, где она смогла бы укрыться от опасности.

– Запад… чуть севернее, четыре чи один цунь…

Его голос прервался, он хрипло и надрывно вскрикнул, чем заставил Чу Юаньчжи, внизу напряженно следившего за А-Нань, содрогнуться и поспешно обернуться к нему. Увидев, что юноша, весь побелевший, прижимается к земляной стене, дрожит с головы до пят, обливаясь потом, Чу Юаньчжи ахнул:

– Господин, вы… что с вами?

Чжу Юйхэн не ответил. Перед глазами все было затянуто туманной, расплывчатой пеленой, кое-как он разглядел, что бледная фигурка, окруженная темнотой, не ступила в указанное им место. Она отпрыгнула назад.

Беспорядочно вращающаяся горящая медная труба внезапно описала причудливую дугу, метнувшись сзади по диагонали, и ударила ей в спину. А-Нань, услышав свист за ухом, немедленно бросилась вперед, пытаясь выйти из зоны атаки, но ее движение все же не было столь же быстрым, как несущиеся медные трубы, раздался шипящий звук, и ее зеленая шелковая юбка загорелась.

К счастью, А-Нань среагировала мгновенно, в момент, когда труба приблизилась, она оперлась правой рукой в землю и перекинула ноги в сторону, избегая тяжелого удара, за счет чего погасила основную часть силы. И тем не менее труба задела ее левую ногу, с глухим стуком девушка тяжело рухнула на землю.

У Чу Юаньчжи задрожали уже не только руки, но и все тело. Он посмотрел на бледного, измученного болью Чжу Юйхэна, затем в панике обернулся на упавшую А-Нань и в отчаянии закрыл глаза.

Горящий механизм уже ушел под землю, они больше не могли остановить неумолимо приближающуюся смерть.

А-Нань, быстро перекатившись, чтобы сбить огонь с юбки, несмотря на острую боль в голени, поднялась и бросилась к Чжу Юйхэну. Ступив на выступ в стене и ухватившись за выступающий камень, она взобралась к нему, схватила юношу за руку и взволнованно спросила:

– Что случилось?

Зрачки Чжу Юйхэна были расфокусированы, ее лицо в свете огня расплылось в тумане, перед ним колебались золотые, оранжевые и кровавые тени, словно смерть уже наступала – ледяная и призрачная, ослепительная и неосязаемая.

Он больше не мог держаться и всем весом рухнул в ее объятия.

Пространство наверху было слишком узким, чтобы он не упал, А-Нань обхватила его руками, впопыхах бросив взгляд на хаотичный дикий огонь, по-прежнему под действием механизма бешено вычерчивающий режущие глаза дуги.

Обжигающая боль на голени сменилась пронзительной. Чжу Юйхэн в ее объятиях был без сознания.

Неужели ей действительно суждено умереть здесь, превратиться в пепел, не в силах ничего предпринять, так еще и обречь на жуткие муки в огненной геенне почти миллион жизней над головой?

– А-Янь, что с тобой? – А-Нань, обнимая Чжу Юйхэна, проверила его дыхание и, обнаружив, что оно сбивчиво, немедленно нажала на его точку жэньчжун.

Но Чжу Юйхэн в ее объятиях не реагировал.

– Госпожа Нань, ваша нога… – Чу Юаньчжи внизу достал из котомки лекарство и бросил ей.

А-Нань схватила пузырек, кое-как помазала ногу, подняла голову и увидела как внизу на отполированном до зеркального блеска черном угольном полу с ревом мечется хаотичный дикий огонь. Хотя его огненные следы сверкали все так же ослепляюще, но они уже не могли скрыть двенадцать красных линий, постепенно проявлявшихся внизу. Это были те самые огненные шнуры, о которых говорил Чу Юаньчжи, они словно вены с темной кровью, медленно расползались от хвоста Синего Луаня к двенадцати колоннам.

– А-Янь, просыпайся скорее, ты должен помочь мне добраться до центра хаоса, остановить механизм, перерезать эти огненные шнуры…

Но Чжу Юйхэн не реагировал, лишь горячо и часто дышал. Еще при тушении пожара в пещере наверху он сбросил верхнюю одежду, и сейчас, видя, что он дышит с трудом, А-Нань схватила ворот его нижней рубашки и разорвала его.

Рука девушки коснулась кровавой линии на его горле, та яростно пульсировала под кожей, словно пытаясь прорваться наружу. А-Нань замерла, затем с силой разорвала его рубашку до конца.

Перед ее глазами предстала кровавая линия, рассекавшая его тело пополам, в беспорядочно мелькающих отблесках светом огня она выглядела еще более зловеще и ужасающе.

– Неужели это… «Шаньхэ Шэцзи»? – дрожащей рукой девушка провела по кровавой линии, и лицо ее вдруг побелело, она не хотела верить и словно надеялась, что этим движением, своим состраданием и лаской сможет облегчить его страдания. – Кто это сделал с тобой? Цзи Чэнмин?

Чжу Юйхэн был без сознания и, конечно, не мог ответить.

Снизу вдруг донеслись беспорядочные шаги.