Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

                               Я во всем проста,

                               Ну а он – урод.

                               Урод так урод,

                               Груба так груба,

                               А вот мысли у нас

                               На двоих одни…

Женский голос был низким и хриплым, шутливая песенка звучала прерывисто. Девушка невнятно напевала пару строк, потом останавливалась, затем снова продолжала беспечно напевать.

Хотя все тело ныло от боли, раны вдоль меридиана инь-вэй на груди и на левой ноге постоянно сводило судорогой, в тяжелую голову словно периодически вонзались иглы, Чжу Юйхэн все же чувствовал себя окруженным теплом и нежностью, невероятно умиротворенным и спокойным.

– А-Нань… – прошептал он, еще не открыв глаз.

Безмятежное пение прекратилось, девушка приблизилась к нему, голос ее был хриплым, но под конец предложения резко стал высоким:

– А-Янь, ты проснулся?

Чжу Юйхэн открыл глаза. В прыгающем свете факела из сосновой лучины он обнаружил, что все еще лежит в темной угольной пещере, перед ним – лицо А-Нань, освещенное оранжево-желтым сиянием пламени.

– Ай, я лицо поцарапала, изуродовано, да? – увидев, что он не отрывает от нее взгляда, девушка потрогала себя по щекам.

– Нет, очень красиво, – он изо всех сил скривил губы в подобии улыбки.

– Врешь, а я вот думаю, ты сейчас, весь перемазанный в угольной пыли, очень некрасив. – А-Нань, говоря это, вдруг вспомнила только что спетую строку: – Я во всем проста, ну а он – урод.

«Урод так урод, груба так груба, а вот мысли у нас на двоих одни».

В груди у девушки мелькнула непонятная эмоция, заставив ее, такую толстокожую, слегка смутиться.

А-Нань отвернулась, поправила волосы, чтобы скрыть неловкость, затем подняла стоявшую рядом флягу, открыла ее и поднесла к его губам:

– Попей немного воды, но только чуть-чуть, нельзя много.

Он промычал в ответ, но боль во всем теле мешала ему пошевелиться. Тогда девушка приподняла его голову и положила себе на колени, затем наклонила флягу и дала ему медленно сделать пару глотков, смочив его потрескавшиеся губы.

Оба были измождены. А-Нань сидела, прислонившись к земляной стене, Чжу Юйхэн лежал у нее на коленях. Они спокойно замерли в своих позах, не говоря ни слова.

Но и спрашивать не нужно было – Чжу Юйхэн знал, что с ними все в порядке, и с Шуньтяньфу тоже.

– Откуда вода? – заговорил юноша на отвлеченную тему.

– Чжугэ Цзя принес – он задним умом крепок. Мы тут уже со всем управились, а он только-только потушил огонь в первом зале и привел людей на подмогу. Только в самом узком месте прохода носилки не пройдут, так что он велел своим людям немного расширить его, чтобы вынести тебя.

Услышав это, Чжу Юйхэн повернул голову и посмотрел вокруг. Действительно, в проходе неподалеку стояли несколько солдат, наблюдавших за ними издалека.

– А как вы справились с подземным огнем? – снова спросил он.

– Не напоминай. Ты был без сознания, а Чу Юаньчжи и я уже умирали от усталости. Мы пробили пол медными трубами, выкопали уже горящие угольные пласты, полностью изолировали очаги возгорания и за счет этого потушили пламя. Хорошо, что Чу Юаньчжи так прекрасно разбирается в управлении огнем. – А-Нань развалилась у земляной стены с усталым видом. – Выйду отсюда – буду спать семь дней и семь ночей!

Чжу Юйхэн тихо рассмеялся. Он лежал у нее на коленях, глядя на девушку снизу вверх. Ее лицо было грязным, волосы растрепались, позу, в которой она сидела, склонив голову к стене, тоже нельзя было назвать изящной.

И тем не менее он очень долго не мог оторвать от нее взгляд. Последние события вымотали его, Чжу Юйхэн закрыл глаза, но мозг оставался ясным, он слышал легкое дыхание А-Нань, чувствовал мягкость ее коленей под головой и долго не мог заснуть.

Когда он снова открыл глаза, то обнаружил, что она уже спит.

И тогда Чжу Юйхэн снова, не в силах совладать с собой, смотрел на нее не отрываясь, пока мир вокруг, озаренный оранжево-желтым прыгающим светом огня, не стал мягким и расплывчатым. Тогда он тоже погрузился в глубокий сон вместе с ней.

Эпилог

Когда мы выступили в поход…

Спустя три месяца жизнь в Шуньтяньфу текла по-прежнему шумно и оживленно.

А-Нань, нарядно одетая в легкую блузу, с полной сумкой абрикосов прогуливалась по городу. Когда она дошла до хутуна Яньчжи, знакомые девушки завидев ее, радостно окружили

– А-Нань, тебя давно не видно! Где пропадала?

– Съездила в Цзяннань и вот вернулась. – А-Нань с удовольствием угостила всех абрикосами.

– Хорошо, что тебя последнее время не было в столице. Представляешь, позавчера ночью толпы чиновников и богачей столицы ринулись прочь из города. Мы с сестрами узнали только под утро, думали, ойраты напали, в спешке собрали вещи и уже собирались бежать, но угадай, что случилось… – Девушка в красном надула губки и с досадой сказала: – Не успели выйти из города, как те уже вернулись, сказали – ложная тревога! Устроили переполох на пустом месте!

– Как говорится, лучше перебдеть! – весело ответила А-Нань, поедая абрикос.

– Кстати, зачем ты ездила в Цзяннань? Там интересно?

– Цзяннань прекрасна! Я еще с Цися встретилась – ее игра на флейте в Ханчжоу тоже пользуется успехом, – улыбнулась А-Нань. – А что до меня, то вы, конечно, не поверите, но за эти два месяца я совершила одно великое дело!

– Какое же великое дело ты могла совершить? – рассмеялись девушки. – Неужто отхватила золотого жениха? Тогда почему все еще одна болтаешься по улицам?

А-Нань не могла сказать, что внесла свой скромный вклад в спасение Шуньтяньфу, и, смеясь, продолжила жевать абрикос, как вдруг болтавшие вокруг девушки притихли, уставившись за ее спину с многозначительными улыбками.

А-Нань обернулась и увидела Чжу Юйхэна в одеянии из алого шелка, приближающегося к ней на статном вороном коне. Пятна солнечного света, проникая сквозь листву, скользили по юноше, переливаясь и сияя.

Недаром этот мужчина сводил с ума столько столичных девушек.

– А-Янь! – с улыбкой на лице крикнула ему А-Нань, помахав рукой.

– Ты пришла сюда, чтобы посмотреть на прежнее жилище? – склонившись с коня, спросил ее подъехавший Чжу Юйхэн.

– Ага, я уехала в такой спешке, не успела компенсировать хозяину траты на ремонт, – рассмеялась А-Нань. – Нужно вернуться и посмотреть.

– Не нужно, Отряд чудесных механизмов уже выплатил компенсацию по рыночной цене, хозяева сейчас строят новый дом.

– А мои вещи?

– Я посылал людей разбирать завалы, сейчас твои вещи, должно быть… – Чжу Юйхэн обернулся к Вэй Ханчжи.

– После обрушения на расчистку развалин приходили люди из Министерства наказаний, – с каменным лицом отвечал тот, – они хорошо знакомы с такими работами. Сейчас, вероятно,