Узоры тьмы - Кэри Томас

Оно противоречит всем нашим устоям. Это форменная безответственность. Заклятие никак не контролирует духа, выпущенного им на свободу, и его невозможно отменить. Дух будет продолжать терроризировать этот мир, питаясь страхом, который сам же и порождает, до тех пор, пока не выдохнется.

– И когда это, по вашему мнению, произойдет? – осторожно спросила Роуэн.

– Не могу сказать. Через несколько месяцев, возможно, даже через несколько лет.

– Через несколько лет! – воскликнула Анна. – Мы не можем допустить, чтобы это продолжалось несколько лет! Должен же быть какой-то способ положить этому конец.

– Его нет. Чтобы управлять духом, нужно знать его посмертное имя. Этого духа выпустили на свободу без этой меры предосторожности. Мы сомневаемся, что те, кто это сделал, знают его имя. – Она покачала головой. – Иногда возможно определить имена духов, которых мы не знаем, но не в этом случае. Этот дух покоится слишком глубоко. Его имя можно узнать, лишь спустившись в Нижний мир. Это заклятие можно снять только в Хаду.

– Ясно, – кивнула Анна. – Значит, способ все-таки есть.

Мор была явно ошарашена:

– Даже не думай об этом. Подобное путешествие было бы безумием.

– Значит, вы намерены сидеть сложа руки и смотреть, как мир погружается в безумие? Неужели вы не можете совершить это путешествие? Или кто-нибудь другой из верховных ведьм Хада? Ведь многие из вас уже там побывали, разве не так?

Мор засучила рукав и продемонстрировала шесть меток смерти на коже между запястьем и локтем:

– Я была в Нижнем мире. Нас готовят к этому десятилетиями. И мы отправляемся туда всего однажды. Это личное путешествие. Мы не путешествуем туда с магическими миссиями. Мы не разыскиваем опасных духов. Ведьмы Хада не вмешиваются в подобные вещи и никогда не вмешивались. И сейчас мы тоже не станем нарушать наши принципы.

С этими словами Мор опустила рукав обратно.

– А, так, значит, вы утверждаете, что ведьмы Хада не выпускали этого духа на свободу, однако же делать с ним вы ничего не намерены, – засмеялась Эффи. – Мы не можем доверять ни единому вашему слову.

Она двинулась прочь, но тут дверь одного из склепов распахнулась, и темнота за ней изрыгнула совершенно перепуганного и ошалевшего мужчину.

– С тобой все в порядке, Ангус? – невозмутимым тоном поинтересовалась Мор.

– Я… я… я… – залепетал тот.

– Пойди посиди на свету и попрактикуйся в трансовом дыхании.

Ангус с видимым усилием кивнул и, сделав несколько нетвердых шагов, осел на пол в озерце электрического света, как будто это был единственный во всем мире источник тепла.

Роуэн перевела потрясенный взгляд с Ангуса на Мор:

– Что вы с ними всеми делаете?

– На протяжении своего многолетнего обучения наши посвящаемые выполняют разнообразные упражнения, цель которых подготовить их к последнему этапу – путешествию в Нижний мир. Это одно из самых трудных упражнений.

Анну тянуло открыть дверь в гробницу, в темноту за ней – в темноту, которая, казалось, дрожала и колыхалась, нежно и незаметно обволакивая ее своими удушающими, точно перина, объятиями, подобно тьме из ее снов…

Мор подошла и остановилась рядом, сделала глубокий вдох, вбирая эту темноту в себя.

– Посвящаемый должен войти в гробницу и пробыть там столько, сколько сможет выдержать.

– Ой, подумаешь, всего-навсего посидеть в темной комнате! – презрительно бросила Эффи.

– Это же не обычная темнота… да? – тоненьким, как перышко, голосом спросила Анна.

– Да, – отозвалась Мор, с интересом глядя на нее. – Это темнота, созданная при помощи магии и призванная имитировать Подлинную Тьму.

– Подлинную Тьму?

– Вы слышали когда-нибудь от коунов о семи кругах ада?

– Упоминания о них встречаются в мифологии многих народов мира, – подал голос Аттис.

– Это потому, что эти представления основаны на истинном положении дел. Спускаясь в Хад, ты должен пройти семь испытаний – семь уровней страха, каждый из которых лишает тебя ощущения собственной личности. Если ты оказываешься не в состоянии сохранить себя, то будешь вынужден иметь дело с Подлинной Тьмой Хада – темнотой, которая не сравнима ни с какой другой, которую невозможно описать кому-то, кто не сталкивался с ней сам. Она существует исключительно в Нижнем мире. – Мор устремила взгляд в гробницу за открытой дверью. – Эта темнота – всего лишь слабое подобие Подлинной Тьмы, но она помогает посвящаемым морально подготовиться к тому, что им предстоит.

Тут распахнулась еще одна дверь, и из нее с криком выскочила какая-то девушка.

– Юки, пойди успокой Частити, – велела Мор.

Анна отвернулась от гробницы, пытаясь унять дрожь, которую вызвали у нее слова Мор.

– Мор, но если за этим заклятием не стоит кто-то из ведьм Хада, то кто тогда? Кто еще разбирается в магии смерти?

Мор уклончиво повела глазами, казалось, пытаясь решить, что стоит говорить, а что – нет.

– Путь ведьмы Хада непрост. Не все преодолевают его до конца. И не все, кто спускается в Нижний мир, переживают путешествие. Некоторые возвращаются… надломленными. И залечить этот надлом удается не каждому. Многие потом покидают наши ряды.

– То есть вы хотите сказать, что вокруг нас куча невменяемых экс-ведьм Хада, обозленных на весь свет, к услугам которых все духи Нижнего мира? – холодно рассмеялась Эффи.

– До чего же ты любишь передергивать, Эффи, – неодобрительно нахмурилась Мор. – Они уходят не потому, что мы их выгоняем, а по собственному выбору, и большинство никогда больше не занимаются магией смерти. Однако не исключено, что кто-то из них теоретически может это делать.

– Значит, за всем этим может стоять кто-то из бывших ведьм Хада? – сердито выдохнул Аттис.

– Заклятие высвобождения – могущественная и древняя магия. Мы полагаем, что его не мог наложить одиночка, только группа ведьм. Нужен был ритуал. Мы считаем, что его провели в самом духовно заряженном месте Лондона – в Тауэре, и начало его как раз и знаменовала смерть тауэрских воронов.

Круг за кругом, снова и снова, до полного изнеможения, до смерти.

– Мы также полагаем, что те, кто наложил изначальное заклятие, могут сейчас способствовать его распространению по городу. Ведьмы действуют как громоотводы – оттягивают на себя энергию духов и вызывают приступы истерии. То, что вы обнаружили на территории вашей школы спиритический порошок, наводит на мысль, что подобный человек может быть в числе учеников или сотрудников школы Святого Олафа.

– Экс-ведьма Хада в нашей школе, – протянула Роуэн.

У Анны не получалось это представить. Предположить, кто это мог бы быть.

– Возможно. Или кто-то, кто целенаправленно воздействует на одного из вас.

– Но зачем? – воскликнула Роуэн. – Зачем они это делают?!

– Этого мы тоже не знаем.

– Неужели вы не можете их вычислить? – спросил Аттис.

– Мы не отслеживаем местонахождение бывших ведьм Хада, и