Задача трех гробов. Расследования Ди, судьи-вампира - Леви Тидхар

– Здесь так спокойно, – сказал он.

Джонатан, который уже давно не мог спать спокойно, промолчал. Хотя он не мог не признать, что здесь довольно приятно. Воздух был свежим и чистым, костер весело потрескивал, ручей весело журчал, а перед тем, как покинуть ныне разрушенный приорат, Джонатан прихватил из погреба бесценную бутылку ромервайна[6]. Теперь он беззаботно откупорил вино и сделал большой глоток.

Хозяин смотрел на него с изумлением.

– Это вино приготовили еще римляне, – сказал он. – Много веков назад.

– Бывает, – сказал Джонатан и отпил еще.

На удивление мягкое, учитывая возраст. Он как-то раз спросил хозяина, что происходит с вампирами, когда они умирают. Очень старые, оказывается, обращаются в прах. Те, что помоложе, – в мумии. А недавно обращенные так и остаются трупами. Хорошо, что вампиры не пьют… вино.

Он сделал еще один глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу.

– И ты просто будешь его вот так хлебать? – спросил судья.

– Ага, – сказал Джонатан и снова отпил.

Вино и правда пилось легко. Он хихикнул.

– Можно и мне? – спросил судья. Он извлек изящную чашу из чистого стекла и налил в нее мизерное количество вина. Потом вернул бутылку Джонатану, поднял чашу длинными изящными пальцами и с явным наслаждением вдохнул аромат.

– Оно не имеет цены, – произнес он.

– Что есть синоним слова «бесплатно», – заметил Джонатан и снова приложился к бутылке.

– Ничто не дается даром, но смерть освобождает, – изрек судья.

– Геродот? – рискнул предположить Джонатан.

Судья посмотрел на него пустым взглядом, словно на идиота. Если честно, он всегда так смотрел на Джонатана.

Зачем судья держал его при себе? Почему Джонатан следовал за судьей Ди от одного кошмара к другому? Он до сих пор не понимал. Джонатан состарится и умрет смертным – это он знал точно. Судья не создавал вампиров. Он придерживался строгих правил.

– Давно я не пробовал вина, – сказал судья почти с сожалением.

Он снова понюхал жидкость в бокале, покрутил его.

– Держи, – сказал он, протягивая чашу Джонатану.

Тот взял ее и уже собрался опрокинуть в горло, как вдруг с неба на них спикировала большая черная птица. Вздрогнув, Джонатан уронил драгоценный сосуд. Тот разбился вдребезги.

– Знаешь ли ты, сколько веков этот предмет был со мной? – спросил судья.

– Два? – предположил Джонатан.

– Куда больше. Его выдул великий матер-стеклодув в давние времена, в месте под названием Фивы. Печально, когда разбивается красота.

– Это был всего лишь кубок, – возразил Джонатан. – Созданный, чтобы наливать в него вино.

– Стеклодув, полагаю, придерживался схожих с тобой взглядов, Джонатан, – сказал судья Ди.

Он почти улыбнулся, и не в первый раз Джонатан подумал, какое же странное создание этот судья.

Птица громко каркнула. Она вспорхнула на камень у костра и уставилась на Джонатана злыми глазами-бусинками. Судья протянул руку, и птица перелетела к нему. И тихо каркнула в ухо.

– Понимаю, – сказал судья Ди.

Птица каркнула еще несколько раз.

– Конечно, – кивнул судья. – Хорошо.

Он взмахнул рукой, и темная птица взмыла в воздух и скрылась из виду.

– Меня вызвали, – объяснил судья Джонатану. – Появилось новое дело.

Джонатан уставился в пустую бутылку.

– Да, господин, – печально произнес он.

– Это недалеко отсюда, – сказал судья.

– Да, господин.

– Замок Верденфельс в близлежащем герцогстве Бавария. Идем. Пора в путь.

– Да, господин, – отозвался Джонатан.

Его минутная радость испарилась. Он неуверенно поднялся на ноги. Холодные, нечеловеческие глаза судьи напомнили ему, где он находится и кому служит.

Судья вершил правосудие. И его приговор был окончательным.

– Замок Верденфельс? – повторил Джонатан, когда они тронулись в путь в ночи. Где-то вдалеке завыл волк, и Джонатан подпрыгнул. – Звучит мрачно и холодно, и, несомненно, он набит вампирами со смертоносными намерениями.

При этих словах судья действительно улыбнулся, обнажив острые клыки на суровом аристократичном лице.

– Ты, как всегда, прав, Джонатан, – сказал он. – Только на сей раз один из этих вампиров мертв – похоже, графа Верденфельса убили!

– Разумеется, господин… – пробормотал Джонатан.

Он взвалил суму на плечо и поплелся за судьей в ночь.

Всего лишь мгновение назад, подумалось ему, он был почти счастлив.

* * *

Они неспешно двигались у подножия Альп, углубляясь в герцогство Бавария. Местность была болотистой, а горы отбрасывали длинные тени на равнины, так что смеркалось рано. Вдали Джонатан порой видел симпатичные деревушки, возделанные поля и тучные стада. Однажды они наткнулись на ночную ярмарку, освещенную факелами, где все были одеты в причудливые костюмы. Дети резво бегали между прилавками, а на вертеле над огнем жарился целый кабан.

Судья Ди прошел сквозь гуляющую публику незамеченным, а Джонатан наелся до отвала, да еще и набрал яблок в карамели. В центре ярмарочной площади стоял большой шатер, где продавали вино и пиво из бочек. Джонатан с радостью взял знаменитого темного баварского пива, в то время как судья лишь держал в руке кружку, не притрагиваясь к содержимому. Все вокруг были слишком пьяны и веселы, чтобы обращать на них внимание.

– Замок Верденфельс? – переспросил один из местных, когда Джонатан завел разговор. – Жуткое место. Там много десятилетий судят ведьм. Судят, приговаривают и казнят.

– Кошмарное место, – подхватил второй.

– В лесах вокруг бродят волки, – с удовольствием добавил третий.

– Точно.

– И вампиры, – произнес кто-то еще, понизив голос.

– Ага.

Джонатан вздрогнул, и собравшиеся, поняв его страх превратно, от души рассмеялись.

– Не бойся, – сказал первый. – Не так давно здесь проходил отряд охотников на вампиров. Их предводитель заявил, что намерен очистить замок от древнего зла. Вот так напыщенно и говорил. Но клинки его были остры, а шрамы подлинные.

При этих словах судья Ди впервые проявил интерес.

– Он назвался? – спросил он. – Этот… охотник на вампиров?

Мужчина пожал плечами:

– Он вроде был из Труа.

– Француз? Два шрама, вот такие?

Судья провел двумя пальцами по воздуху.

– Именно так, это он. Вы его знаете?

Судья, к удивлению, пожал плечами. Джонатан поморщился от этого человеческого жеста: он лишь подчеркивал, кем был судья на самом деле – чудовищным, нечеловеческим существом.

– Слышал о нем, – сказал судья.

– А вы-то сами откуда будете? – спросил первый мужчина. Он находился в той стадии опьянения, когда веселость готова в мгновение ока обернуться злобой. – Я вас тут раньше не видел.

– Мы просто проезжие, друг мой, – сказал судья Ди.

– Я тебе не друг.

Только что между ним и судьей Ди было расстояние, и вмиг его не стало. Лицо судьи оказалось вплотную к лицу мужчины.

– Это куда как вернее, чем тебе когда-либо доведется узнать, друг мой, – тихо произнес судья. – Но моим врагом тебе быть не захочется.

Он