Дело №28/2. Протухшие сливки - Милана Шторм

Что будет, если в его глазах вновь появится кровавая пелена бешенства, Капитан старался не думать. Кажется, сегодня ночью придется наведаться в Глубь.

Все оказалось именно так, как он опасался. Косые взгляды в сторону Киры заставляли цепенеть от злости. Он отрешался от этого чувства, сохраняя внешнюю невозмутимость, но с каждой минутой делать это становилось все трудней.

Нет, еще раз он на подобные мероприятия с Кирой не пойдет. По крайней мере, пока Мэри не ослепнет окончательно.

Кира держалась молодцом. Она, очевидно, была готова к тому, что грязные и липкие взгляды будут рассматривать ее декольте, фигуру, обтянутую бархатной тканью и тонкую шею, без ожерелья из искусственных бриллиантов кажущуюся совершенно беззащитной.

На самом деле, она ведь привыкла к таким взглядам. Даже Томас смотрит на нее именно так.

Она провоцирует эти взгляды. Одним своим существованием.

Капитан не считал абсолютно всех представителей знати порченными людьми, мающимися дурью от скуки, совсем нет. Встречались и достойные люди, и их, на самом деле, было много. Но, к сожалению, они не часто посещали званые вечера.

Капитан чувствовал себя камешком, тонущим в болотной трясине.

Фальшивый смех. Затянутые в корсет огромные тела. Слои пудры, скрывающие уже не сыпь, а струпья от чрезмерного потребления «черного порошка». Маслянистые взгляды. Затуманенные взгляды. Заинтересованные взгляды. Жеманные улыбки. Запах духов, пота и гнилых зубов.

Аромат шоколада и вонь немытых тел.

Здесь, в Верхнем Городе, не осталось ни одного дома, куда бы не был проведен водопровод.

Но по-настоящему чистой Капитану казалась только Кира. Кира, живущая в Угольных Доках и таскающая воду из колодца.

Или это все от того, что она заставляет его чувствовать себя живым?

Может, вся эта грязь ему только мерещится?

Может, это от того, что на картине Мэри все было подернуто болотной ряской?

Они действительно были самой заметной парой. Капитан казался этой своре бездельников таинственной фигурой. Его историю передавали из уст в уста, якобы восхищаясь его героизмом.

"Как хорошо, что мы не в Унрайле!"

"Говорят, он сражался с чудовищами!"

"В Рурке такое невозможно… "

"Так жаль его семью…"

Он сначала верил этому. Но реальность оказалась намного хуже, чем он предполагал.

"Сам виноват. Никто не заставлял его отправляться на чужую войну…"

" Герой… а семью не сберег…"

"Нечего было лезть, куда не просили…"

Иногда Капитану казалось, что он рад. Рад, что потерял все.

Потому что иначе он скорее всего стал бы одним из тех, кого сейчас презирал.

Они с Кирой сделали почти полный круг по залу, раскланиваясь и представляясь, когда виновница торжества, наконец, соизволила почтить их своим присутствием.

Пенелопа Эшер в будущем обещала стать абсолютной копией матери, а то и перегнать ее по габаритам. Сейчас она была просто полноватой круглолицей девушкой, чье розовое платье из кружев, шелка, шифона и атласа придавало ей невинный вид. Но совершенно не шло к ее темным кудряшкам и капризно надутым губкам.

Кира тихонько хмыкнула.

– Если вкуса нет, то его нет… – еле слышно прошептала она, наверняка не думая, что он ее услышит.

С появлением Пенелопы стало веселей. Полилась музыка, игристое вино, засновали слуги, несущие огромные подносы с горячими закусками.

Капитан и Кира не стали подходить и раскланиваться с Пенелопой.

– А это еще что за чудо? – внезапно спросила его спутница, легонько толкая в бок.

На помост, где сидели музыканты, взошла красивая девушка в легком струящемся платье. На вид ей было лет пятнадцать. Золотые струящиеся волосы были распущены, на губах играла смущенная улыбка, а платье казалось мокрым. Оно облепляло ее хрупкое тельце так, что Капитану показалось, что кроме струящейся тонкой ткани на девушке больше ничего нет.

– Наверное, будет петь, – пожал плечами Капитан, не в силах оторвать взгляд от девушки.

– Надеюсь, она будет делать это лучше, чем та Брайт… – проворчала Кира. – Эх… жаль, что Мэри не нарисовала оперу…

Картина, представившаяся его глазам, была соблазнительной.

Да. Он с удовольствием бы пошел в оперу вместе с этой женщиной.

Девушка на помосте тем временем завладела взглядами всех собравшихся. Капитан не сводил с нее глаз, чувствуя, что Кира тоже заворожена. Певица казалась слишком чистой. Слишком нежной. Слишком искренней.

Она казалась нежным цветком посреди чертополоха.

Музыка изменилась. Полилась воздушным потоком, ласковым ручейком, совершенно чистым звуком.

Девушка выпрямилась и запела.

Да. Она определенно пела лучше, чем бездарная певичка Брайт. Капитан был в этом совершенно уверен.

Он не понимал слов. Их смысл ускользал от его сознания. Не в силах оторвать взгляда от помоста, Капитан чувствовал, как его душу заполняет покой и тревога одновременно. Хотелось уйти и остаться. Хотелось закрыть уши и вечно наслаждаться этим прекрасным прозрачным и звонким, словно хрусталь, голосом. Хотелось повернуться к Кире, сжать ее в объятиях и бежать прочь от нее. Хотелось жить и умереть.

Песня лилась, звук заполнял зал сильнейшей вибрацией желаний, мечтаний и надежд. Хотелось бежать домой, открыть потайную дверь и погрузиться в туман опиума. Стать счастливым.

Внезапный толчок в бок заставил его поморщиться.

Обернувшись к Кире, он хотел напомнить ей, что они пришли сюда именно для этого: слушать этот невесомо-нежный, завораживающе-тяжелый и тягучий голос.

Но Кира стояла рядом, открыв рот. В уголке ее губ собралась слюна, и, облизав губы, Капитан понял, что у него было то же самое.

За спиной его оказался облаченный в одежду возницы Джек. В его глазах была паника.

– Капитан, нам нужно убираться отсюда. Сейчас же, – произнес он.

Голос певицы заволакивал разум, но Капитан, помотав головой, отбросил это наваждение.

Все обитатели зала неподвижно стояли, глядя на помост. Певица же, кажется, сама находилась в подобии экстаза. Ее глаза закатились, грудь, неприлично облепленная тонкой тканью, вздымалась и были видны очертания сосков.

Она пела.

Но теперь, когда наваждение спало, Капитан понимал, что ее талант был ни при чем.

– Она – Тварь, – подтвердил догадку Капитана Джек. – И, пожалуй, пока здесь не началась массовая оргия, а, судя по всему, именно к этому идет, нам лучше уйти. Томаса пришлось вырубить: он с первых же аккордов сошел с ума – чуть не накинулся на ближайшую к нему девицу.

Тварь, поющая для высшей знати Рурка…

Кажется, кому-то придется много объяснить. Но не здесь и не сейчас.

Схватив совершенно невменяемую Киру, Джек легонько пошлепал по щекам напарницы, приводя ее в чувство.

Несколько раз моргнув, Кира