Леди пепла - Мелисса Рёрих

– Нужно убираться отсюда, – прорычал он, обводя взглядом противников.

– И бросить остальных?

Талвин щелкнула молниевой плетью, обернув ее вокруг меча одного из тех, кто бросился к ней. Энергия потекла по лезвию, проникла в тело мужчины. Он резко содрогнулся, напрягся и сжал челюсти. Пока он был парализован, Азраил отрезал ему крылья. Противник взвыл от боли и ярости, из раны на его спине хлынула кровь. Следующим взмахом меча Азраил перерезал ему горло.

– Вот это удача, – вздохнул он, шагая к Талвин при виде наступающих на них двух новых врагов со свирепыми лицами.

– Это единственный способ их одолеть, – ответила Талвин. Вместо того, чтобы не давать крылатым созданиям подняться в воздух, она превратила свои ветры в щит и прикрыла их с принцем Земли.

Запрокинув головы, они посмотрели на парящих над ними пернатых противников, осыпающих их градом стрел, которые отскакивали от воздушного щита. Азраил прав. Нужно убираться отсюда.

В тот момент, когда Талвин собралась схватить своего Второго и перенестись подальше отсюда, град стрел прекратился. Враг взмыл вверх и скрылся за стеной. Посмотрев на Азраила, она убрала заслон, и они оба поспешили к воротам. Возможно, сражаясь бок о бок с остальными, они сумеют найти более легкий способ победить угрозу.

Вдруг путь им заступила фигура в черном плаще.

Талвин и Азраил замерли, и у Талвин заныло в груди, когда мужчина откинул капюшон. Его прямые черные всклокоченные волосы контрастировали со смуглой золотистой кожей, в светло-зеленых глазах отражалось облегчение.

– Хвала Сайласу, – воскликнул он, бросаясь к ним. – Я повсюду тебя искал.

Подняв меч, Азраил загородил собой Талвин.

Сама она при виде стоящего в паре шагов от них Тарека Ордоса не могла вымолвить ни слова.

Он низко склонился, как надлежит подданному перед своей королевой, и выпрямился. Его глаза, казалось, заглянули ей прямиком в душу.

– Талвин, – мягко произнес он.

Азраил зарычал.

– Не смей с ней разговаривать.

Их голоса вывели ее из состояния транса, в который она впала. Она почувствовала, как черты ее лица изменились, ожесточились. Прищурившись, она посмотрела на Тарека, а тот потупился и понурил голову. Стоило ей шагнуть к нему, как Азраил схватил ее за руку в попытке остановить.

– Я не нуждаюсь ни в чьей защите, – рявкнула Талвин, бесстрастно встретив взгляд своего Второго.

Посмотрев ей в глаза, он опустил подбородок.

– Это верно, – согласился он, разжимая пальцы.

Талвин преодолела отделяющее ее от Тарека расстояние, и тот снова поднял голову. Она знала, что он видит, глядя на нее: лишенные эмоций черты лица, плотно сомкнутые губы, прямую спину и устремленный вперед взгляд. Он видит королеву фейри, образ которой она культивировала на протяжении десятилетий.

Браслет начал разматываться с ее запястья. Не стоило использовать магию оборотней. Не после того, как она истратила столько сил, сражаясь с крылатым противником. Однако она не могла допустить, чтобы Тарек увидел ее ослабевшей.

– Талвин, – начал было он, но она вскинула руку и медленно сжала пальцы в кулак.

Тем самым перекрыв ему доступ воздуха.

Зеленые глаза Тарека на мгновение расширились, но в следующую секунду в них появилось некое подобие решимости. Он поднял ладони перед собой и медленно встал на колени, опустив подбородок в знак повиновения. Даже лишенный кислорода, он не корчился и не молил о пощаде. Он покорно принимал ее ярость, а она молча смотрела на него сверху вниз.

Когда Талвин протянула руку и, подцепив пальцем его подбородок, заставила поднять голову, Тарек встретил ее взгляд, поджав посиневшие губы. Она вернула ему доступ кислорода, и он сделал несколько глубоких вдохов.

– Говори, – велела Талвин, продолжая держать его за подбородок и не отводя глаз.

– Все ради тебя, – ответил Тарек хриплым голосом.

Она склонила голову набок, но ничего не сказала, поскольку давно усвоила, что многие раскрывают свои секреты без дополнительных побуждений, если думают, что она уже все знает.

– Меня взяли в плен, – продолжил Тарек, понизив голос. – После того как миссия по спасению королевы Элинé провалилась. Все посчитали меня мертвым наряду с Тиа. Очнувшись в камере Черного синдиката, я был вынужден выбирать между смертью и выживанием. Должен был либо раскрыть свои карты, либо придержать их до тех пор, пока не смогу вернуться к тебе.

Талвин посмотрела на левую ладонь Тарека, где прежде на бронзовой коже красовалась метка близнецового пламени. Той больше не было, как, впрочем, и ее собственной. Частичка его души затерялась среди миров, обреченная остаться такой же неполноценной, как и ее.

Никогда не обрести завершенности.

Быть вечно раздробленной.

– Встань, – велела Талвин, опуская руку вдоль тела и отступая.

Тарек медленно повиновался. Он не сказал ни слова, когда вокруг его запястий обвились плети и завели ему руки за спину.

– Куда ты хочешь его отвести? – спросил подошедший к Талвин Азраил. – В Залы или в Альказар?

– В Залы, – холодно ответила Талвин. На свою территорию, в свое собственное пространство, полностью ей подвластное.

Азраил кивнул, и слева от них появился земляной портал. Схватив Тарека за бицепс, он приготовился сопровождать его. Бросив последний расчетливый взгляд на свое близнецовое пламя, Талвин повернулась и первой шагнула в портал.

– Каков твой план, Талвин? – спросил Азраил.

Поместив Тарека в камеру предварительного заключения в Белых Залах, они поднялись в личное крыло королевы. Азраил успел посетить свои покои, чтобы принять ванну и смыть с себя кровь и грязь после битвы. Талвин сделала то же самое.

Она ни словом не обмолвилась ни с Тареком, ни с принцем Земли, но последнему слова и не требовались, поскольку он умел предугадывать ее желания. В конце концов, они много лет были единым целым.

А потом он все испортил.

Талвин вышла из гардеробной в свежей одежде, на ходу засовывая кинжал в набедренные ножны. Она окинула взглядом своего Второго, который в тунике с длинными рукавами и штанах стоял у окна, по своему обыкновению скрестив руки на груди.

– Ты вызвал Эштин?

– Я ждал, чтобы ты сообщила мне о том, чего хочешь, – ответил он.

Талвин недоверчиво фыркнула.

– Выскажи то, что у тебя на душе, Талвин, – прищурившись, прорычал Азраил. – Мы оба не любим красивых слов, призванных не задеть чувства.

– Чувствам здесь не место, – огрызнулась она.

Азраил вскинул бровь.

– Нет? Ты не испытываешь эмоциональной привязанности к мужчине, заточенному в подземной камере? Чувства не играют никакой роли в том, как решается нынешняя ситуация? Перестань, Талвин, – насмешливо сказал он.

– Это ты научил меня не позволять эмоциям затуманивать суждения, – парировала она.

– Да, но также я пытался научить