Я - Красный сын - Николай Миронов

Берия сделал шаг ко мне, его пульс скакнул до ста десяти ударов в минуту. — Что это? Американская управляемая бомба? С-25 сможет её перехватить? Пятидесятый полк успеет поднять ракеты В-300?

— Нет, — коротко отрезал я, снимая серый рабочий халат и аккуратно вешая его на спинку стула. — Механические приводы пусковых столов В-300 тратят на разворот двенадцать секунд. Станция наведения Б-200 просто не успеет зафиксировать фазовый сдвиг на такой скорости. Эта цель движется быстрее, чем ваша оборонная система способна сгенерировать команду на подрыв.

Я повернулся к Серго. Мой взгляд больше не был взглядом скромного инженера Петрова. В моих ярко-голубых глазах плескался ледяной, бездонный космос Криптона — сила, которую я два года сдерживал в чайной ложке советской повседневности.

«Выбора нет»

Пришло время выкатить им настоящую, окончательную валюту.

— Оставайтесь у пультов, коллеги, — спокойно произнес я, застегивая верхнюю пуговицу своей простой гражданской рубашки. — Фиксируйте телеметрию. «РАДАН-1» должен записать профиль волны. Это будет полезно для будущих расчетов.

— Иван, ты куда?! — крикнул Серго, но его голос уже потонул в низком, нарастающем гуле, от которого задрожали трехметровые бетонные перекрытия ОГИВТА.

Я не стал отвечать. Волевое усилие — и мое тело плавно оторвалось от цементного пола, нарушая законы земной гравитации на глазах у онемевших инженеров и академика Лебедева. Я скользнул тенью к открытому технологическому окну вентиляционной шахты, ведущей на крышу корпуса.

Резкий рывок на сверхскорости — и мир внутри ОГИВТА замер, превратившись в неподвижную стоп-кадру. Я вылетел в серое, затянутое утренним туманом московское небо, гася звуковой хлопок своим биополем, и свечой ушел в зенит — навстречу серебряной стреле, летящей из стратосферы. Наша встреча была неизбежна.

*

Воздух за пределами вентиляционной шахты ОГИВТА встретил меня резким, колючим холодом утреннего ноябрьского приземья, но уже через долю секунды этот холод перестал существовать. Я волевым усилием толкнул пространство вниз, и мое тело бесшумной серебряной иглой пробило серую наволочку московских туч.

Мир внизу стремительно уменьшался, теряя свои весомые, номенклатурные очертания. Сначала смазались в невнятные серые квадраты корпуса Литерного института, затем извилистая свинцовая лента Москвы-реки превратилась в тонкую нитку, затерянную среди кирпичных кварталов и дымящих труб промышленных зон. Столица, еще не знающая, что над ней разверзается ад, жила своим привычным утренним ритмом: трамваи звенели на площадях, рабочие тянулись к проходным заводов, а в Свердловском зале Кремля партийная номенклатура рассаживалась по местам, готовясь слушать триумфальный доклад Лаврентия Берии.

Я уходил в зенит на пяти махах, филигранно управляя своим биополем. Главная задача на этом этапе — не допустить формирования ударной волны. Если бы я позволил звуковому хлопку сорваться с кромки моего аэродинамического кокона на такой высоте, половина стекол в домах от Сокольников до Кунцева осыпалась бы ледяным дождем, а ПВО столицы окончательно сошло бы с ума. Я выстраивал вокруг себя идеальный вакуумный карман, рассекающий разреженный воздух стратосферы без единого звука.

Десять тысяч метров. Двадцать тысяч. Тридцать.

Небо надо мной стремительно теряло свой привычный лазурный оттенок, наливаясь тяжелой, чернильно-черной пустотой открытого космоса. Солнце — яркий, нефильтрованный земной атмосферой желтый карлик — резануло по глазам ослепительным платиновым светом. Мои клетки мгновенно отозвались на этот чистый радиационный поток, кровь в венах словно превратилась в жидкий, гудящий от мощи электрический ток. Каждая митохондрия криптонского организма жадно пила солнечные фотоны, готовясь к столкновению.

Я завис на отметке в тридцать пять тысяч метров, развернувшись лицом строго на север. Воздух здесь был настолько тонким и сухим, что обычный человек потерял бы сознание за секунду от тотальной аноксии, но для меня эта пустота была комфортной. Я полностью отключил все земные фильтры восприятия, расширив радиус зрения и слуха до абсолютного предела.

«РАДАН-1» внизу выдавал лишь сухие геометрические координаты и скорость, но мне нужны были физические свойства объекта. Я ожидал увидеть всё что угодно. В моем мозгу историка, подкрепленном архивами Криптона, мгновенно пронеслись десятки вариантов: секретная американская баллистическая ракета, созданная в КБ фон Брауна в обход всех данных советской разведки; многоступенчатый сверхзвуковой снаряд; экспериментальный реактивный перехватчик «Локхид», работающий на новых принципах жидкого водорода. Капиталистический мир был изворотлив, и Громов с Хрущёвым явно рассчитывали на технический сюрприз.

Я сфокусировал телескопическое зрение, пробивая черную бездну стратосферы над Вологодской областью. В трехстах километрах от меня небо буквально горело. Плотное облако ионизированной фиолетовой плазмы окутывало летящий объект, стирая его четкие контуры для любых наземных радаров. Скорость цели была безумной — одиннадцать махов. Трение воздуха огибало траекторию снаряда, превращая атмосферу в сплошной факел.

И в этот момент мой слух, пробивший сотни километров пустоты, зафиксировал звук.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

Это было сердцебиение.

Высокочастотное, невероятно мощное, бьющееся с частотой под сто сорок ударов в минуту под воздействием запредельного адреналинового выброса. Но это было живое, органическое сердце.

«Я не ошибся».

Кто бы мог подумать, что здесь ещё один?

Сквозь фиолетовое месиво плазменного следа мое зрение наконец четко обрисовало анатомический силуэт.

Это была девушка.

«Супергёрл?»

Молодая, с растрепавшимися по ветру золотистыми волосами, зажатая в облегающий серый костюм с непонятными металлическими зажимами на плечах. Вокруг ее тела пульсировало точно такое же кинетическое биополе, как и вокруг моего. Ее клетки излучали колоссальную, подавляющую плотность чистой солнечной энергии. Тот же спектр, та же квантовая сигнатура, та же биологическая структура, что и в моих собственных венах.

Криптонские архивы в моей голове мгновенно выдали системный отклик. [ИДЕНТИФИКАЦИЯ: ДНК КРИПТОНА. ВЫСШИЙ ПОРЯДОК].

«Чёрт бы меня побрал... — мысль обожгла мозг ледяным холодом. — В оригинальном комиксе я был один. Должен был быть один. Откуда здесь второй выживший? Ее капсула упала в Америке?»

Судя по маршруту, всё указывало на это.

«Их спецслужбы нашли ее раньше, спрятали в своих бункерах и вырастили из нее... это?»

Я не знал ее имени. Не знал, кто она, откуда взялась и почему на ее костюме стоят клейма Пентагона. Но я прекрасно видел выражение ее лица сквозь плазменный щит. На меня со скоростью одиннадцать махов летело существо, чьи ярко-голубые глаза горели не просто лазерным накалом — они были полны слепой, фанатичной… Ненависти?

«Ещё не лучше».

Она летела убивать!

Глава 58: Столкновение криптонцев

*

Кто бы мог подумать, что они пришлют против меня зеркало? Мою собственную силу, завернутую в американскую идеологическую обертку. На такое я уж точно не рассчитывал. На что угодно, но точно не на это.

— Ну что ж... —