Фантастика 2026-158 - Максим Арх

с рукописью, читая текст, Гектор удивлялся витиеватости слога, за которой терялись проблески всякого смысла. Теперь же, в обстановке подземелья, читая заклинания вслух, вслушиваясь в звучание слов и по необходимости вдумываясь в их значение, наш новоиспеченный маг все больше приходил в недоумение. Получалось, что те силы и те сущности, к которым шло обращение, только такую нелепицу и понимали? Но это же не могло быть правдой!

Но... А если нет? Если никакая не разводка? Что, если это самый что ни есть верный способ и трушный ведьмовской ритуал? Потому что, а что на самом деле он знает про эти колдовские штучки? Ничего не знает. Кроме того, что бормотание колдунов, магов и шаманов, которое доводилось ему слышать, всегда казались ему до крайности странным и непонятным. Так что, давай-ка, брат, продолжай в том же духе, и до конца. Изгаляться будешь потом, когда ничего не получится и станет понятно, что тебя провели. Собственно, что сам ты себя провел.

И, получив дополнительную порцию твердости, Гектор продолжил движение по своему пути обретения силы. То есть, обратился к первоисточнику.

Вычитав очередное указание, он переложил перо в правую руку и, все так же стоя лицом на восток, нарисовал им в воздухе пятиконечную звезду и прочитал:

– Тремя именами Господа, открывшимися под знаком Востока, – Оро Э-ба-ха А-о-цод-пи, вызываю тебя, великий царь Востока Ба-та-и–ва-ха! Будь здесь сейчас, прошу, и дай моему талисману и, значит, мне силы большей, чем имеется у всех известных воздушных созданий. Позволь использовать силу мне во благо, как надежное и непревзойденное орудие, для подчинения и направления духов именем и волей Твоей!

Тут, следуя указанию, он приложил правую руку с пером к груди и прочитал заключительный куплет восточного заклинания:

– О, могучие цари восточного квадрата! Заклинаю вас, и прошу, услышать мою просьбу! Даруйте мне силу, настройте чистоту помыслов, чтобы личная материальная форма стала истинным символом и проекцией моей внутренней духовной силы. Аминь! Аминь! Аминь!

Последний вскрик удался Гектору особенно эмоционально наполненным. Как говорится, голос рвется, яростен и звонок. И звук долго еще висел под сводами, дробясь и раскалываясь. Перед переходом к следующему этапу колдовской мистерии Кумбарский испытал настоятельную потребность перевести дух, и, подумалось ему, что неплохо бы еще испить водички, не для того ли ее и приготовили? Но ничего сделать он не успел.

В подземелье вдруг подул и взвихрился резкий ветер, как раз с востока, погасив в этом квадрате все свечи. Гектор, защищаясь, инстинктивно прикрыл глаза рукой, а когда убрал руку и посмотрел вперед себя, то вдруг обнаружил, что больше в помещении не один.

Там, где раньше горели, а теперь торчали перстами погасшие свечи, на взявшемся ниоткуда вместе с ним стуле, сидел человек. И стул, и человек на нем, будто находились на невидимом подиуме, висели в воздухе, и, кажется, были они значительно больше размером, чем обычные люди и стулья. Решить, реальный человек находится перед ним, или тот только мнится ему, ввиду скоротечности происходящих событий, Кумбарский не успел. Но эффект присутствия был стопроцентный, это точно.

Человек выглядел очень худым, почти изможденным. И уставшим. Сидя на стуле, он подался вперед, пристально глядя на Гектора, навалившись при этом грудью на руки, которые в свою очередь возлежали на трости с костяным набалдашником. Руки его, как еще совсем недавно у Кумбарского, были в черных перчатках. Он вообще был одет во все черное, из-за чего плотно сливался с сумраком, образовавшимся на месте погасших свечей. Ярко выделялись белизной с примесью легкой зеленцы лишь набалдашник трости, манишка, вытянутое узкое лицо, жидкие волосы да прозрачные глаза незнакомца. С верхней его губы, обтекая ее, свисали тонкие, точно галстук-шнурок, усы, делая человека похожим на рыбу. Рыба та неподвижными размытыми глазами смотрела на него в упор.

Может, голограмма, догадался Кумбарский. Предположение ничего не объяснило и никак его не успокоило, наоборот, еще больше нагнало жути. Притом, что рокер был парнем не робкого десятка и во всевозможных передрягах побывал.

Гектор громко сглотнул. Похоже, заклинание оказалось вполне рабочим, а ведь он даже до середины ритуала еще не добрался.

– Что, не надоело тебе чепухой заниматься? – раскрыл вдруг рот и, шлепая губами, точно рыба, спросил незнакомец.

– Почему это, чепухой? – вскинулся в обиду Гектор. – Никакая не чепуха.

– Э, – человек махнул рукой. – Пустышка. Сельская самодеятельность.

– Может, и самодеятельность, так работает же, – возразил Гектор.

– С чего ты взял, что работает? – не поверил пришелец.

– Ну, вы же здесь, как я вижу, значит, сработало, – пояснил хозяин подземелья. – Вы, кстати, кто будете? Хассан? Или архангел Рафаил?

– Не пожелаем тебе встретиться ни с тем, ни с другим. Это так, на всякий случай. Ну, а нас называй просто Дон. Мы здесь потому, что имеем желание говорить с тобой. У нас есть к тебе предложение. Но ты прав в одном, если бы ты не проявил активность в магической сфере, и не стал проводить этот свой странный ритуал, мы бы до тебя не добрались. Нет, конечно, все одно добрались бы, но, вероятно, не сегодня. Так что, да, ритуал твой работает. Хотя реальной возможности наделить тебя силой, – а ведь ты силы пожелал? – так вот, такой способностью он не обладает. Но мы – Мы! – он поднял палец – могли бы тебе помочь. Собственно, в этом заключается наше к тебе предложение.

– Так помогите же! – вскричал Гектор.

– Как скажешь, – самозваный Дон покивал, отчего кончики его усов заколыхались, как водоросли в потоке. – Но, ведь ты понимаешь, все не просто так? Имеются определенные условия. Ради их выполнения мы все и затеяли.

– Я согласен! Все, что пожелаете! – снова вскричал Гектор. Он понимал: происходящее, – если это не видение, не галлюцинация, – его шанс, быть может, единственный. И потому действительно был готов на все. Но при этом за пределы круга старался не выходить.

– Хотелось бы уточнить, кхе, кхе, кхе, – начал Дон и закашлялся. Поправившись, продолжил. – А зачем тебе сила? Не наше, конечно, дело, но, все-таки, не задавшись таким вопросом своевременно, загодя, можно ведь впоследствии таких дров наломать, что ой-ей. Понимаешь, о чем мы?

– Понимаю. Что тут сказать? Сила – это власть. Над людьми, над любой жизненной ситуацией. Но меня, честно говоря, кое-что другое беспокоит, и сила мне нужна для другого. – Он пригладил рукой