На страже мира - Илона Эндрюс

Лицо мужчины заполнило весь экран. Кожа у него имела оливковый оттенок, но цвет глаз, глубоко посаженных под густыми черными бровями, поражал воображение: такого серебристого отлива большинство людей могут добиться только с помощью контактных линз. Его челюсть была слишком массивной и тяжелой – такую обычно встречаешь у старых седых вампиров, только вот этот мужчина явно не вампир. За годы я видела множество существ, но такого еще не встречала.

Светлоглазый мужчина взялся за ручку платформы, и посетители направились к дому.

Третий мужчина по росту приближался к арбитру. Но если Джордж был худощав и обладал элегантной, утонченной грацией опытного фехтовальщика, то этот мужчина излучал сдержанную, управляемую агрессию. Он не просто шел, а крался – целенаправленно, тихо, бдительно. Его темно-рыжие волосы были взъерошены. Мужчина облачился в черное, и, хотя брюки и камзол скрывали точеные линии его тела, было совершенно очевидно, что он мускулист. Его левую щеку пересекал рваный шрам, напоминающий маленькую бледную звездочку на коже. Он казался суровым, как ветеран боевых действий.

Шрам казался мне таким знакомым… Я определенно видела его и арбитра раньше, но не могла вспомнить где.

– Пора, – пробормотала я и пошла вниз.

Пока я спускалась, меня окутал восхитительный аромат жареного бекона, приправленный какими-то специями. Внезапно из кухни вырвалась Фурия, словно черно-белая пушистая молния, унося с собой маленький кусочек бекона в зубах. Вот она где. Тайна раскрыта.

Я просунула голову в кухню. Орро стоял с ложкой в руке у плиты. На огне шипели три разные сковороды, а на островке были разложены различные ингредиенты.

– Арбитр уже здесь. Так что у нас еще трое гостей. Вероятнее всего, люди. Пол – мужской.

Он что-то проворчал и вернулся к помешиванию того, что готовил. Ну ладно.

Я подошла к задней двери, дождалась стука и распахнула ее:

– Добро пожаловать.

Джордж кивнул:

– Здравствуй, Дина. Надеюсь, мы не слишком рано.

– Вовсе нет. Как раз к завтраку. Заходите.

Джордж вошел внутрь. Мужчина с каштановыми волосами последовал за ним. Третий взглянул на платформу – она была слишком широкой, чтобы пройти в дверь.

Я улыбнулась.

– Пожалуйста, оставьте здесь. Я обо всем позабочусь.

Мужчина повернулся ко мне. Платформа за его спиной начала беззвучно погружаться под землю. Гостиница отнесет вещи к ним в комнаты.

– Она тяжелая, – сказал он низким голосом. – Я могу занести мешки по одному.

– Все в порядке, – заверила я его.

Трава за его спиной сомкнулась, как будто платформы никогда и не существовало.

Он оглянулся и удивленно замер.

– Гастон? – позвал Джордж.

Здоровяк пожал плечами и вошел в гостиницу.

Я провела их в главную комнату. Джордж сел на стул слева, Гастон опустился на диван, а мужчина с каштановыми волосами прислонился к стене и глубоко вздохнул. Шон раньше часто так делал. Мне показалось, что и этот мужчина – оборотень. Но он не волк-оборотень и не кошка-оборотень из Солнечной Орды, а нечто другое.

– Завтрак будет подан в семь, – сказала я.

– Пахнет божественно, – сказал Джордж. – Я хотел бы воспользоваться этим моментом и обсудить нашу стратегию.

Я уселась в любимое кресло. Фурия вбежала в комнату, увидела рыжеволосого и зарычала. Когда он взглянул на нее, его верхняя губа слегка приподнялась, обнажив зубы. Да, определенно оборотень.

– Пожалуйста, не пытайтесь запугать мою собаку, – сказала я.

– И не собирался, – ответил мужчина. – Когда я решу запугать…

– Я сразу замечу, – закончила я за него. – Она ведь не обычная собака. Если укусит, то причинит серьезный вред.

Оборотень посмотрел на Фурию:

– Угу.

Джордж улыбнулся:

– Это мой брат Джек. А вон там Гастон, наш двоюродный брат.

Интересная семья.

– Ты должен понимать, что и отрокары, и вампиры воспримут Гастона как вызов.

– На это и рассчитываю. Говоря прямо, я – стратег, – сказал Джордж. – А Гастон – мускулы. Его работа заключается в том, чтобы привлекать к себе внимание и излучать опасность. И он в этом очень хорош.

Гастон ухмыльнулся, обнажив острые зубы.

– Джек – убийца, – продолжил Джордж. – Он знает других убийц, понимает их и, если потребуется, устранит физическую угрозу до того, как кому-то нанесут вред.

На кухне что-то разбилось.

Трое мужчин повернулись к дверям.

– Я понимаю, что люди вашей профессии знакомы с отрокарами и вампирами, – сказал Джордж. – Возможно, мы могли бы обменяться впечатлениями?

Об архивах арбитров ходили легенды. Он, вероятно, знал все, что вообще возможно было узнать о трех участвующих в саммите фракциях, и просто пытался оценить степень моего погружения в дело. Либо он не был достаточно осведомлен о хозяевах гостиниц – в чем я сомневалась, учитывая архивы, – либо не верил, что я уже знаю всю необходимую информацию, что раздражало. Возможно, недостаток сна просто сделал меня слишком вспыльчивой.

– Я бы с удовольствием…

Меня перебил злобный рык квиллонца. Он звучал так, словно повар оказался в смертельной опасности. Ну что там еще?

– Прошу меня простить.

Я встала и прошла на кухню.

Дверца дальнего шкафа была распахнута настежь. Орро со вздыбленными шипами стоял рядом. В руках он сжимал тарелку. Толстый деревянный усик вцепился в другой ее конец, пытаясь вырвать из рук повара и вернуть обратно в шкаф.

– Что происходит?

– Я разбил тарелку, и она отказывается давать мне другую! – прорычал Орро. – Откуда мне было знать, что доисторическая посуда так хрупка?

– Отдай ему тарелку, пожалуйста.

Усик разжался, и Орро отшатнулся с тарелкой в руках.

– Пожалуйста, помогай ему, – сказала я гостинице.

На кухне раздался скрип.

– Знаю, – сказала я. – Но тебе нужно научиться с ним работать.

Орро помахал тарелкой.

– Я буду упорствовать.

– Не сомневаюсь.

Я вернулась в гостиную и, сев в кресло, откинулась на его спинку, одновременно используя магию, чтобы вывести изображение.

– Терминал, разделенный экран, файлы о вампирах и отрокарах, пожалуйста.

На дальней стене появился широкий экран, на левой стороне которого был изображен вампир, а на правой – отрокар.

Джордж поднял брови.

– Спасибо, – сказал он. – Итак, на первый взгляд вампиры и отрокары кажутся схожими видами. Оба произошли от одной и той же хищной гуманоидной расы. Обе цивилизации отличаются воинственностью, и их общество построено вокруг идей завоевания и захвата земли, ценящихся выше других материальных богатств. И те и другие агрессивны и быстро отвечают насилием. Искусство и религии обеих цивилизаций демонстрируют сильное почитание воинской славы. В обеих культурах практически нет гендерного разрыва. На этом сходство заканчивается.

Справедливое замечание.

– Вампиры Святой Анократии стремятся стать идеальными солдатами, – сказал Джордж.

– Вампир, – пробормотала я.

На левом экране появился крупный план рыцаря-вампира в боевых доспехах, размахивающего черно-красной боевой булавой.

– Каждый рыцарь – универсальная машина для убийства, воин, владеющий