Обольстительное пламя - Эйдзи Нацубара

Наконец она отпустила «соперницу». Неприязни как не бывало, и теперь она держалась значительно проще.

«Вот чудачка», – успела подумать Рури, но успокоилась, только когда лед в голосе Хинадзуру растаял.

– Как, как… Я еще ни разу не видела, чтоб гость выпивал, любуясь спящей подругой. Он меня сбил с толку.

Ответ сильно повеселил Хинадзуру, и она прижала руки к груди:

– Поверить не могу, и вами любовался? Я тоже как проснулась, а он сидит и пялится! Напугал меня.

– И еще храпит невозможно, в постели очень приставучий и при первой же встрече пытался подарками задобрить.

– Было, было такое! – рьяно закивала Хинадзуру. Наконец ей удалось унять хохот, и она серьезно посмотрела на собеседницу: – Рури, вы, наверное, слышали, что я до прошлого месяца прожила в «птичнике»? Сегодня я здесь потому же.

Хинадзуру объявила старикам, что сифилис прошел и она готова участвовать в параде в сиромуку. Как известно, хворые на столь важный праздник не допускались. Останься на ней хоть чуточку сыпи, и девушку оставили бы не у дел. Однако кожа Хинадзуру лучилась гладкостью и красотой, что старейшины и признали.

– Ясно. Я много повидала дурных болезней с тех пор как оказалась в Ёсиваре. И вам, должно быть, несладко пришлось, – тихо проговорила Рури, стряхивая истлевшие листья в пепельницу.

– Я счастливица. Видите, опять принарядилась и могу работать, – ответила Хинадзуру, но на ее лице промелькнула непонятная тень.

Мало снова поселиться в борделе, чтобы вернуть прежних гостей. Богач Дэндзиро был для нее лучом надежды, и тут случилась история с изменой.

– Я перепугалась, вот и послала письмо. Только понимаете, оно…

– Проклято, да? – как ни в чем не бывало уточнила Рури, и у смущенной Хинадзуру округлились глаза.

– Так вы заметили? И… ничего не случилось?

Девушка заметно побледнела, и собеседница широко ей улыбнулась:

– Все эти заклинания в основном для отвода души. Но на всякий случай я попросила знакомого провести необходимые ритуалы, так что вам ничего не будет.

Рури поручила настоятелю Антоку сжечь письмо в очищающем пламени. Тот согласился, не задавая лишних вопросов, хотя явно встревожился, не понимая, чем девушка вообще заслужила проклятие в свой адрес.

Хинадзуру вздохнула с облегчением:

– Простите, пожалуйста. Мне другой гость рассказал, что такое бывает, и я в сердцах воспользовалась заклятьем, – искренне извинилась она, а собеседница лишь беззаботно набила трубку следующей порцией листьев.

– Вы меня не обидели. Лучше скажите: вы в самом деле готовы продолжать работу?

В полумраке зала лицо куртизанки казалось бледным, как лист бумаги. Рури доводилось слышать, будто от сифилиса кожа светлеет, но все же такая белизна казалась нездоровой.

– Да, я совершенно поправилась, даже и не верится, что меня подтачивал недуг. Только не привыкла, что надо меньше белил, и теперь то и дело слишком сильно пудрюсь, – беззаботно засмеялась Хинадзуру. – Жаль только, сестрица, которая со мной лечилась, не выздоровела: слишком поздно заметили. А ведь я так старалась ее подбодрить: обещала, что вернемся вместе.

Упомянутая «сестрица», Акэяма, тоже считалась одной из лучших в «Тёдзи-я», но по иронии судьбы она испустила дух тогда же, когда Хинадзуру отправилась обратно в Ёсивару.

Бросив взгляд в сторону опечаленной собеседницы, Рури молча закурила.

– Перед смертью сестрица Акэяма говорила, что болезнь ей занесли из злополучного ада.

– Как?

Рури вскинула одну бровь, и Хинадзуру поспешно замахала руками:

– Не того ада, где судят грешников! Я о новомодных местечках для знакомств и приятного времяпрепровождения. Кажется, в Юсиме… Не слыхали?

Так в самом деле звались разбросанные по всему Эдо заведения, где предавались страсти. Хозяева снимали дальние залы в небольших кабаках да лавках и собирали там симпатичных девиц вполне респектабельного происхождения. «Ады» пользовались спросом как среди бывалых ветреников, которым уже приелись бордели, так и среди неопытных мужчин, не успевших вкусить разгульной жизни. В таких местах брали высокую плату, и здесь могли заработать деньжат вдовы и другие горожанки.

Там, впрочем, не следили за чистотой, и «ады» становились рассадниками болезней. Заведовали подобными заведениями весьма сомнительные личности, и завсегдатаи Ёсивары считали эти злачные места небезопасными.

– До чего же мы докатились, что процветают такие выгребные ямы. Интересно только, кто придумал их адами называть? – скривилась Рури, выслушав рассказ.

Кажется, будто зарабатывать на жизнь собственным телом несложно, но такая работа таит в себе множество подводных камней и рисков. Рури искренне считала, что каждой девушке, не связанной с торговлей плотскими утехами, нужно благодарить судьбу. Ей оставалось только гадать, как кто-то может добровольно поступиться честным именем.

– Вот уж чего не знаю, того не знаю. Может, назвали так в пику Ёсиваре, которая, как известно, блаженная земля в нашем бренном мире?

– Рури, ты тут? – вдруг окликнули ее из-за фусумы, и обе девушки обернулись на голос. – Куда забилась… О, и Хинадзуру-ойран здесь?

Их нашел Кобэй.

– Нельзя же так убегать! Давай-ка назад, – мягко увещевал он, но в глазах читалась непоколебимая жесткость.

– Да зачем я вам? Не хочу развлекать старичков! – закапризничала Рури.

– Никаких «не хочу», живо! – настоял Кобэй и исчез.

Поднялась на ноги и Хинадзуру:

– Что-то мы заболтались. Знаете что, Рури? Давайте дружить?

– Что?.. Дружить?..

Та непонятливо похлопала глазами. Хинадзуру спрятала губы за рукавом и захихикала.

– Вы мне очень приглянулись! Работаем мы не вместе и видеться сможем нечасто, но я бы еще поболтала… Так вы не против? – Глаза девушки светились.

Рури с неожиданной охотой кивнула. Пусть знакомство началось не с той ноги, чувствовалось, что они с Хинадзуру запросто поладят. Не так-то часто встречались куртизанки, которые при виде первой ойран Поднебесной не предавались зависти к чужой славе и просто искренне раскрывали перед ней сердце. А если точнее, то до сих пор таких было две.

С одной стороны, девушка смутилась из-за неожиданного прибавления в кругу знакомых, с другой – наполнилась гордостью.

– Ага! С удовольствием выслушаю даже жалобы на почтенного Дэндзиро. Ругайте его при мне без стеснения.

Услышав такой ответ, Хинадзуру вновь весело рассмеялась.

Глава 6

– Наше следующее задание будет в районе Усигомэ. Там убили уже нескольких женщин за шестьдесят и видели детей, похожих на тени. Вероятно, так свидетели описали духов с фонариками.

– Гм-гм… Однако ж Усигомэ не ближний свет…

– Хозяйка велела отправляться заранее, но в Праздник любования луной взять выходной, конечно же, не получится. Поэтому дело назначено на послезавтра.

– Вот оно как. Не каждый сдюжит, помимо защиты Эдо и убийства демонов, еще и службу ойран! Мое почтение.

– Женщин, которые могут стать следующими жертвами,