Обольстительное пламя - Эйдзи Нацубара

Рури робко надеялась, что после случая с Сонодзё отношения с Дзёкити наладятся, но увы. В отместку она решила выспросить детали у другого помощника.

– Где-то в округе нашли растерзанное тело девушки. Судя по ранам, на нее набросились собаки.

Близнецов пробила дрожь.

– Ужас какой! Бедняжка!

– Так тут собаки водятся? – уточнил Тоёдзиро, оглядываясь по сторонам.

Рури раздраженно вздохнула:

– То есть демонов и нечисти ты не боишься, а перед собаками струсил? Впрочем, странно: разве будешь ненавидеть этих бродяжек настолько, чтобы обратиться демоницей? Ерунда какая-то.

– Что, если собаки были не бродячие, а их кто-то натравил? – спокойно предположил Дзёкити. Он по-прежнему смотрел прямо перед собой.

– Хочешь сказать, заманил сюда девушку и спустил на нее собак? Скормил питомцам человека? – уточнил Эйдзиро дрожащим голосом.

Похоже, у обоих близнецов не на шутку разыгралось воображение, подбрасывая картины одна страшнее другой.

– Возможно! Неясно, кем ей приходился этот человек, но если она отозвалась на его приглашение в такой темный час, то, верно, сильно доверяла.

Поняв, что ее заманили в ловушку, чтобы скормить собакам, жертва вполне могла затаить такую обиду, которая позволила ей обернуться адской тварью. Что за мысли роились в голове девушки, пока живую плоть терзали звериные клыки?

– Одна неувязка: дело было год назад.

Рури с непониманием уставилась на Гондзо:

– И почему нам поручили разобраться с демоном только сейчас?

– Об этом же мы спросили хозяйку. Она отказалась отвечать: говорит, не имеет значения, когда свершилось убийство. Других ужасных историй, мол, на набережной не случалось, и демоница совершенно точно та самая девушка, растерзанная собаками.

На сей раз О-Кику доверила все детали задания только Дзёкити и Гондзо. У последнего явно осталось не меньше вопросов, чем у не посвященных в суть дела товарищей.

– Неужто за целый год тварь никого не убила? – влез Тоёдзиро.

– Хотелось бы верить, что никого, потому как по ночам здесь никто не бродит. Но…

Повисла тяжелая тишина, которую разбивали только шаги пяти пар ног и плеск реки.

Наконец Рури сказала:

– Помнится, Цукаса замечала, что демоны убивают людей так же, как умерли сами.

– Похоже на правду. Помните, как существо из Проклятого зала все норовило кому-нибудь в шею вцепиться? Молодец Цукаса, всегда отличалась наблюдательностью, – гордо ответил Тоёдзиро и тут же потупился: она была его первой любовью.

Эйдзиро ухватил затосковавшего брата за рукав, а Гондзо ободряюще похлопал его по спине.

– Д-да бросьте, не утешайте. Лучше давайте подумаем: как будет убивать демон, которого загрызли собаки? – пропыхтел мальчик, и даже в темноте бросался в глаза заливший его лицо румянец.

– То-то и оно. Такая тварь явно не ограничится простым удушением. Но ведь загрызть она вряд ли кого-то способна.

– Может… вот так? – неуверенно спросил Дзёкити, наконец нарушив молчание.

Остальные товарищи проследили за направлением его взгляда и увидели темный комок, который не заметили в разгаре беседы. Приглядевшись, они различили в нем мужчину и женщину. Мужчина повалился навзничь, а женщина хищно склонилась над ним и будто обнюхивала живот. До истребителей зла долетели звуки рвущейся плоти. Товарищи остановились.

– Она?..

Женщина была почти нагая: рваные лохмотья едва прикрывали ее тело. Она напоминала адскую старуху Дацуэбу со свитков, изображающих преисподнюю: с неприкрытой грудью, всклокоченную и лохматую.

Будто почуяв направленные на нее взгляды, женщина вскинула голову. Над пустыми глазницами выступали рога, по два суна каждый. Из разорванного провала рта свисали ошметки костей и плоти. Свежая кровь стекала по подбородку и капала на землю. Демоница поглядела на потерявших дар речи истребителей зла и заулыбалась. Тут же показались острые собачьи клыки.

– А-а-а!!! – завопили близнецы, и Рури поспешно зажала их рты руками.

Демоница, пошатываясь, выпрямилась в полный рост. Чавкая, перешагнула труп с выгрызенными внутренностями и пошла к демоноборцам. Пустые глазницы остановились на мальчиках.

– Гон, защищай их! – велела командир, и в тот же миг тварь прыгнула.

К близнецам метнулись росчерки черных когтей. Рури с Дзёкити заслонили детей от стремительно налетевшей опасности, а за своей широкой спиной их укрыл еще и Гондзо. Ойран отталкивала демоницу Хираем, пока спрятанным в ножнах.

– Мы еще не готовы. Обожди чуток, людоедка!

Тварь остановилась под натиском ножен и сякудзё, но клацала зубами, пытаясь дотянуться до жертв.

– Ох!

– Гон, отведи их в безопасное место! – закричал Дзёкити.

Здоровяк подхватил детей и побежал прочь. Издав боевой клич, оставшиеся истребители зла сделали шаг вперед и отбросили чудовище.

– А она силачка! Чувствую, еще потрепыхается.

– Командир, не выражайтесь так. Нам пока не встречалось демонов с клыками, надо соблюдать осто…

Не успел он договорить, как тварь вскочила и издала вопль, от которого отбрасывало не хуже, чем от взрыва, и во все стороны взметнулся песок. Рури с Дзёкити прикрыли уши, спасаясь от неожиданного удара. Воздух похолодел и надавил невидимой силой.

– Нена… вижу… Спасите!.. А ты смеешься… Еще попляшешь…

Вопль лился почти нечленораздельным потоком. Демоница будто сама не знала, на кого и за что направлен ее гнев.

– Тяжело…

И вдруг тело пыхтящей от напряжения Рури охватила неожиданная легкость. Все вокруг залило белым светом: над их головами засияла гигантская симэнава.

– Близнецы установили барьер? И на том спасибо!

Казалось, демоница была обескуражена, что силы не подчиняются ей, как прежде. Вопль постепенно стих.

– Как вы тут? – спросил подоспевший Гондзо.

На его ваджре уже белели санскритские письмена, и тем же светом начал наливаться сякудзё его товарища. Здоровяк, убедившись, что демоница очень опасна, велел мальчикам усилить их с Дзёкити оружие.

Барьер ослабил разрушительное воздействие воя, и Рури почувствовала себя свободнее. Жаль, из-за демонической скверны тело еще не до конца ей подчинялось, а дыхание пока не восстановилось, притом не только у нее, но и у напарников.

– Эта тварь все-таки убивала людей весь этот год. Ее ненависть хорошенько вызрела, теперь хлопот не оберешься.

Неизбывная ненависть искажает даже причину, породившую демона. Чем больше жертв он губит, тем больше теряет остатки человечности и забывает, отчего вступил на путь разрушений.

Демоница рухнула, упершись руками в землю.

– Во дела. На нее что, барьер подействовал? – удивился Гондзо.

– Нет! – тут же сообразил Дзёкити.

Под клочьями кимоно кожа демоницы стремительно наливалась чернотой. Ползая на четвереньках, она обратила окровавленное лицо к истребителям зла. В следующий миг тварь зарычала и бросилась на них, будто в самом деле злобная псина.

Гондзо и Дзёкити сделали по шагу вперед. Однако тварь увернулась и от сякудзё, и от ваджры! Она даже не обернулась к мужчинам и бросилась на Рури.

– Что?..

Демоница двигалась так проворно, что не уследишь и взглядом, и ей удалось